Страница 9 из 20
Глава 4
Они покинули полицейское управление, оставив Элиаса Вэнса приходить в себя после вампирского внушения. Время давно перевалило за полдень. Тяжёлые тучи, с самого утра висевшие над городом, начали расходиться, и дождь окончательно прекратился. Вторая половина дня грозила стать по-настоящему солнечной.
Для обычных людей это было благословением, но Адриан недовольно сощурился, глядя на светлеющее небо. Прямые солнечные лучи были для него пыткой.
— Спасибо за помощь, Майлз, — Габриэль пожал детективу руку на прощание. — Мы берём это дело на себя и продолжим поиски. Адриан сообщит тебе о результате.
— Только постарайтесь не разнести половину города, — устало усмехнулся Корбин. — Удачи.
Они сели в машину священника. Габриэль завёл мотор, чтобы отвезти напарника домой, пока солнце окончательно не пробилось сквозь облака.
— Мне нужно доложить Ордену о произошедшем и о том, что мы взялись за это дело, — нарушил тишину Габриэль, внимательно следя за дорогой. — Если в городе проснулась Далления, это уже не просто дело об убийстве. Я должен получить разрешение действовать по обстоятельствам…
— Ты имеешь в виду разрешение разрядить барабан твоего любимого револьвера? Потом снова придётся отчитываться, каяться, получать наказание и высылать отряд зачистки, святой отец. А сколько исписать бумажек! Бюрократия… — Адриан поморщился, поправляя манжеты пальто. — Вы, фанатики, не можете даже демона изгнать без заполнения бланка в трёх экземплярах.
— Порядок отличает нас от монстров, Рейвен.
— О, не льсти себе. От монстров вас отличает только то, что вы носите дурацкие воротнички, — парировал вампир. — Пока ты будешь общаться со своим святым начальством, я отсижусь дома. А как стемнеет — найду нашу Даллению. Вернее, ту тарелку, из которой она собирается поужинать.
Габриэль нахмурился.
— Как? Собираешься использовать свои связи?
— Верно. Искусство всегда вращается вокруг денег, тщеславия и порока. А в этом я разбираюсь куда лучше Святого Ордена. Встретимся позже у твоего прихода.
Высадив вампира у подземного паркинга его пентхауса, Габриэль направился в Орден. А с наступлением темноты, пока священник отчитывался начальству, Адриан Рейвен шагнул в совершенно другой мир.
Элитный закрытый клуб «Амброзия» прятался в подвалах старинного здания в финансовом районе. Сюда не пускали за деньги. Сюда пускали только за статус.
Адриан сдал пальто немому швейцару и прошёл в главный зал. Здесь играл джаз, пахло дорогим абсентом и сигарами. За столиками сидели люди в дорогих костюмах, но если бы сюда зашёл экзорцист, его бы ослепило от количества потусторонних аур. «Амброзия» была нейтральной территорией, где богема смешивалась с высшей нечистью.
Адриан направился прямо к барной стойке. У самого её края, в глубоком кресле, сидела женщина неопределённого возраста. На её глазах была плотная шёлковая повязка, но она безошибочно повернула голову в сторону подошедшего вампира.
Мадам Веспер. Слепая провидица и самый дорогой «скаут талантов» в городе. Она не видела лиц, но видела человеческие ауры.
— Лорд Рейвен, — её голос был похож на шелест шёлка. — Вы пахнете старой кровью и… раздражением.
— Добрый вечер, Веспер, — Адриан сел рядом, жестом приказав бармену принести ему бокал чего-нибудь тёмного. — Мне нужна твоя помощь. И давай без загадок, я спешу.
Провидица тонко улыбнулась.
— Мои услуги стоят дорого, Адриан. Да и к чему спешка?
— Я всегда щедр, дорогая. Поэтому не желаю тратить время зря, — мягко, но с явной угрозой произнёс вампир. Он наклонился ближе к её уху. — Мне нужно знать, кто в этом городе сейчас горит ярче всех. Кто находится на пике творческого экстаза. Абсолютный гений, чья искра жжёт даже твои слепые глаза. Джулиана Торна не предлагать — он уже остыл.
Веспер вздрогнула, услышав имя Торна.
— Значит, слухи правдивы. В городе появилась та, что убивает гениев… — провидица откинулась на спинку кресла, потирая виски. — Искусство сейчас в упадке, Адриан. Много бездарностей. Но… есть один. Его аура пульсирует так сильно, что у меня болит голова, когда я смотрю в сторону центра города.
— Имя.
— Лео Кассиди. Дирижёр и композитор. Он молод, невероятно талантлив и абсолютно одержим своей музыкой. Он вкладывает в неё саму свою душу. Идеальное блюдо для Даллении.
— Где он? — Адриан бросил на барную стойку золотую монету времён Римской Империи — плата за информацию, которую Веспер с жадностью смахнула в карман.
— Завтра вечером у него премьера в городском театре. Его главная симфония. Искры его таланта будут ослепительны. Если ваша «Горгона» голодна, она будет ждать его там. За кулисами…
* * *
К моменту, когда Адриан прибыл к приходу, погода снова испортилась — ночной город накрыла мелкая, противная морось. Старый собор выглядел мрачным и покинутым, если бы не тёплый свет, пробивающийся сквозь витражи.
Габриэль ждал его у крыльца. Священник тяжело выдохнул, поднимая воротник куртки. Разговор с архиепископом вымотал его больше, чем рукопашная схватка. Адриан плавно вышел из темноты. В руках он крутил элегантный зонт-трость, наблюдая за непогодой.
— Надеюсь, ты принёс хорошие новости, — мрачно сказал Габриэль.
— Позволю себе предположить, что Орден вновь ограничил тебя в действиях.
По выражению лица напарника Адриан понял, что угадал. А блеск стальных глаз подсказал и то, что святой отец всё равно поступит по-своему…
Вампир вздохнул и покачал головой.
— Хорошие новости в том, что я нашёл нашу цель.
Адриан закрыл зонт и посмотрел на священника. В тусклом свете уличного фонаря его лицо казалось высеченным из мрамора.
— Завтра вечером в городском театре. Премьера симфонии молодого гения, Лео Кассиди. По словам моих информаторов, его творческая аура сейчас пульсирует так, что её видно с другого конца города. Он вложил в эту музыку всю свою душу.
— Идеальная наживка, — подытожил Габриэль.
— Именно. Музыка достигнет кульминации, он будет истощён, обнажён эмоционально. Далления придёт за ним, как только он уйдёт со сцены.
Габриэль потёр переносицу, просчитывая варианты.
— Мы не можем просто отменить концерт или вытащить его из театра. Дух поймёт, что это ловушка, и найдёт другую жертву. Нам придётся позволить ей приблизиться к нему.
— И убить её в момент кормления, когда она снимет вуаль, — Адриан хищно улыбнулся. — Я люблю театр, святой отец. Особенно когда кровь на сцене настоящая…