Страница 20 из 20
Вечные будни Рейвена… 1782 год
Париж, Булонский лес. Утро, 1782 год.
Утренний туман лежал над травой густым, как парное молоко, ковром. Было зябко. Где-то вдалеке щебетали ранние птицы, совершенно не подозревая о том, что на поляне вот-вот прольётся кровь.
Адриан Рейвен, одетый по последней версальской моде, скучающе прикрыл рот ладонью в перчатке, подавляя зевок. На нем был изумительный камзол тёмно-бордового цвета с золотой вышивкой, стоивший больше, чем родовое поместье его сегодняшнего оппонента.
Напротив него, в пятнадцати шагах, дрожал молодой маркиз де Шантильи. Маркиз был бледен, его напудренный парик слегка съехал набок, а в руке он судорожно сжимал острую шпагу.
Секунданты, два расфуфыренных дворянина, торжественно отступили в сторону.
Причина дуэли была столь же нелепа, сколь и типична для этого суетливого века: на вчерашнем балу маркиз, перебрав шампанского, имел неосторожность наступить на носок туфли Адриана, а затем, в ответ на вежливое замечание, назвал его «провинциальным выскочкой».
Адриан мог бы убить его прямо в бальном зале, свернув шею двумя пальцами, но это было бы… неэстетично. К тому же, он только что плотно поужинал графиней де Лакруа на балконе и был сыт. Поэтому он великодушно согласился на дуэль.
— К оружию, господа! — крикнул один из секундантов.
Маркиз с криком, полным отчаяния, бросился вперёд, делая неловкий, но размашистый выпад. Адриан даже не поднял свою шпагу. Вместо этого он элегантно отступил в сторону, как танцор.
— Осторожнее, юноша, — лениво произнёс вампир, уклоняясь от следующего удара. — Вы так размахиваете железом, будто рубите капусту. Кисть должна быть расслаблена.
Маркиз, побагровев от ярости и унижения, сделал обманный манёвр и резко выбросил руку вперёд. Раздался противный звук рвущейся ткани.
Адриан замер. Шпага маркиза вошла ему точно в грудь, пробив безупречный бордовый камзол насквозь, и вышла между лопатками. Секунданты ахнули. Маркиз де Шантильи застыл, широко раскрыв глаза. Он только что убил человека.
Наступила мёртвая тишина…
Адриан медленно, очень медленно опустил взгляд на свою грудь. Вокруг тонкого лезвия, торчащего из его тела, начало расползаться тёмное пятно, безнадёжно портя золотую вышивку.
Вампир тяжело вздохнул. В этом вздохе не было боли — лишь безграничная, вселенская усталость от человеческой глупости.
— Лионский шёлк, — тихо и пугающе спокойно произнёс Адриан, поднимая взгляд на дрожащего маркиза. — Три месяца работы лучшего портного в Милане.
— В-вы… вы мертвы, месье… — пропищал маркиз, не отпуская эфес шпаги.
— Я в ярости, месье, — поправил его Адриан.
Его карие глаза внезапно вспыхнули ярким, демоническим багрянцем. Клыки удлинились, сверкнув в лучах утреннего солнца. Вампир небрежным жестом взялся за лезвие шпаги, торчащей у него из груди, и с металлическим скрежетом медленно вытащил её из своего тела, словно зубочистку. Крови почти не было, рана уже начала стягиваться.
Маркиз побледнел до синевы. Его глаза закатились, и он изящно, как институтка, рухнул в обморок прямо в сырую траву. Секунданты с воплями ужаса бросились бежать к каретам.
Адриан брезгливо отшвырнул чужую шпагу. Он достал кружевной платок и попытался промокнуть пятно на камзоле, но лишь размазал его.
— Никаких манер, — процедил вампир, оглядывая пустую поляну и лежащего без чувств дуэлянта. — Испортили такое утро…
Эта книга завершена. В серии Вера и Вечность есть еще книги.