Страница 13 из 20
Глава 6
Старенький, но ухоженный «Шеви Импала» Габриэля рассекал ночные улицы города, шурша шинами по мокрому асфальту. Дождь снова разошёлся, превращая свет неоновых вывесок в размытые акварельные пятна на лобовом стекле.
В салоне пахло старой кожей, оружейным маслом и — теперь ещё — железистым запахом крови.
Адриан сидел на пассажирском сиденье и держал большую розовую термокружку из нержавеющей стали. На ней болтался пластиковый брелок с ангелом. Вампир невозмутимо потягивал густую тёмную жидкость через пластиковую трубочку.
— Синтетические антикоагулянты убивают весь букет, — вздохнул Адриан, постукивая бледным пальцем по кружке. — Но, признаю, в этой пакетной крови есть некая… индустриальная пикантность. Как фастфуд для бессмертных.
— Пей и не жалуйся, — ответил Габриэль, не отрываясь от дороги и закидывая в рот последний кусок резинового сэндвича. — И вообще, где ты взял эту кружку? Ты выглядишь как идиот.
— Не суди, да не судим будешь, святой отец. Это был подарок одной из твоих чрезмерно восторженных прихожанок, от которого ты так жестоко отказался. Я нашёл её в бардачке твоей машины, наивная душа решила не сдаваться… К тому же, это практично. Вряд ли ты оценил бы, если я начну пить кровь прямо из медицинского пакета.
Габриэль лишь покачал головой.
— Знаешь, — задумчиво протянул вампир, глядя, как капли дождя скользят по стеклу. — В шестнадцатом веке во Флоренции был один парень. Тоже лепил статуи. Пытался достичь идеала. Тогда в городе объявилась похожая дрянь. Питалась душами и оставляла после себя иссохшую оболочку–мумию… Мальчишку постигла та же участь…
— Ты был там? — Габриэль продолжал вглядываться в мокрую дорогу. Свет уличных фонарей выхватывал из полумрака его напряжённый профиль.
— Я много где был, святой отец. В те времена я не был связан контрактами и… — Адриан слегка коснулся своего воротника, — ошейниками. Я наблюдал. Такие паразиты, как Далления, обладают чудовищной силой. Их нельзя просто «вызвать» спиритизмом. Ритуал призыва невероятно сложен. Нужна кровь девственниц с чистой душой, древний прах, проводник — тот самый бронзовый браслет, который ты так эффектно разбил. И, самое главное, частица самого духа.
Священник бросил быстрый взгляд на приборную панель, где в небольшом пластиковом зип-пакете лежали осколки бронзовой змеи, которые он успел собрать с пола гримёрки.
— Кто в этом городе мог продать такую вещь? — спросил Габриэль. — Артефакт Старого Света, «лепесток» Черной Даллении? Это не купишь в лавке эзотерики рядом с ароматическими свечами.
Адриан усмехнулся, обнажив краешки клыков. Он допил кровь, аккуратно защёлкнул крышку термокружки и бросил её в бардачок.
— В обычных лавках — нет. Но я знаю одно место. Поворачивай на восток. Нам нужен Переулок Слепого Пса.
…Спустя двадцать минут Габриэль заглушил мотор в узком, пропахшем сыростью и специями тупике. Единственным источником света здесь была тусклая, мигающая вывеска над подвальной дверью: «Антиквариат и редкости. Вход по приглашениям».
— Корнелиус Брам, — пояснил Адриан, выходя из машины и накидывая на плечи пальто. — Чернокнижник, скупщик краденого и лучший контрабандист оккультных вещей на этом побережье. Он торгует всем: от зубов чупакабры до проклятых картин.
— Орден разыскивает его уже пять лет, — Габриэль нахмурился, положив руку на рукоять револьвера.
— Именно поэтому ты сейчас снимешь свою очаровательную колоратку, Габ. Иначе он сбежит через чёрный ход, как только почует святую ауру, — Адриан выразительно посмотрел на шею напарника. — Оставь допрос мне. Позволь ему думать, что ты — мой ручной, молчаливый и очень опасный наёмник.
Габриэль стиснул челюсти, но спорить не стал. Он расстегнул воротник, вытащил белую вставку с серебряной пластиной и оставил её в машине. Теперь он выглядел просто как мрачный мужчина в строгом чёрном костюме.
Они спустились по скрипучим ступеням. Адриан даже не стал стучать — он просто толкнул дверь, и та открылась с мелодичным звоном колокольчика. Внутри магазинчик больше напоминал свалку сумасшедшего историка. Полки ломились от старинных фолиантов, заспиртованных уродцев в банках, ритуальных масок и потемневшего от времени оружия. Воздух был густым от запаха сандала и сушёной полыни.
Из-за прилавка вынырнул невысокий, сутулый человечек в круглых очках. Его жидкие волосы были зачёсаны назад, а глаза бегали, как у загнанной крысы. Увидев Адриана, человечек побледнел.
— Л-лорд Рейвен… — заикаясь, произнёс Корнелиус. Он нервно сглотнул, покосившись на спутника вампира. Габриэль стоял молча, но его выправка и холодный взгляд выдавали в нём человека, привыкшего убивать. — Какая… неожиданная честь. Чем могу служить?
— Доброй ночи, Корнелиус, — Адриан оперся локтями о прилавок, улыбаясь самой своей очаровательной и опасной улыбкой. — Мы ищем информацию. Одному моему… другу… нужна помощь в идентификации покупки.
Габриэль подошёл ближе и высыпал из пакета на стекло прилавка осколки бронзовой змеи. Туда же он положил стеклянный контейнер с лепестком Чёрной Даллении. Взгляд чернокнижника метнулся к артефактам. Зрачки за стёклами очков расширились.
— Я… я никогда этого не видел, — быстро пробормотал он, отодвигаясь от прилавка. — Бронза старая, египетская или римская. А цветок… нет, это не по моей части. Я торгую искусством, а не… флорой.
Адриан вздохнул. В тишине лавки, нарушаемой лишь тиканьем старинных часов, он прислушался. Тук-тук-тук… тук-тук-тук… Сердце Корнелиуса билось как у пойманной птицы. Но когда чернокнижник сказал «никогда этого не видел», ритм сделал резкий скачок. Вампир медленно покачал головой.
— Ложь — это такое дурное качество для бизнесмена, Корнелиус.
Габриэль наклонился над прилавком. Его серые глаза сузились и голос прозвучал так тяжело и угрожающе, что Брам вздрогнул.
— Слушай меня внимательно. Эти вещи использовались сегодня ночью. Из-за них погиб человек. Если ты продал их — ты труп. Но если ты скажешь мне правду, я уйду отсюда, и ты продолжишь продавать свои пыльные амулеты туристам. Выбирай.
Корнелиус задрожал. Он переводил отчаянный взгляд с сурового человека на улыбающегося вампира.
— Лорд Рейвен, — взмолился Брам, — ваш человек…