Страница 143 из 152
Ноллис в своей книге «English life in China» рассказывает, что встретил миссионера, который проповедовал в Китае в течение 12 лет, и на вопрос Ноллиса, сколько же человек обратил он в христианство в течение этого срока, ответил: «Трех».
Сам я слышал в Тайаньфу, в центре Саньдуна, от одного из старейших миссионеров, баптиста доктора Крауфорда, что он, несмотря на то, что сорок шесть лет ведет пропаганду, не может указать ни одного случая истинного обращения китайца в христианство. А вот и еще несколько характерных фактов.
Один протестантский миссионер, действовавший в Пекине, уезжая на время, передал все свои обязанности одному китайцу-христианину, в полном обращении которого он был вполне убежден, зная и испытывая его в течение семи лет. И что же? Вернувшись, миссионер узнал, что заместителем его был открыт в церкви игорный дом! Затем один миссионер рассказывал мне, что застал однажды нескольких человек из своей паствы усердно молящимися буддийским божкам; оказалось, что была засуха, и они просили дождя. Миссионер стал их стыдить, но они ответили: «Твой Бог не помог нам, надо попытаться найти помощь у наших богов». Не раз также слыхал я от миссионеров, что китайцы обращаются в христианство лишь по расчету и выражают свои религиозные воззрения так: «И Будда хорош, и христианский Бог хорош, а два бога еще лучше». Затем, многие китайцы не выказывают открытого нерасположения христианству только потому, что пользуются миссионерскими школами, где даром учатся английскому языку, чтению, письму и приобретают разные практические знания. Но как только они кончают школу, так прощаются и с христианством.
Из приведенных примеров, которые могли бы быть дополнены еще бесчисленным множеством подобных, видно, что китайцы вообще до сих пор не обнаруживают особой склонности к христианству. Мало того, в настоящее время они даже стали относиться к миссионерам, как и вообще к иностранцам, враждебнее чем когда-либо. Это доказывают постоянные нападения на миссии, разрушение церквей, жилых домов и школ миссионеров, преследование и избиение последних почти во всех провинциях обширного государства. Из этого, впрочем, не следует выводить заключение, что миссионеры ненавистнее китайцам, чем остальные иностранцы. Миссионерам приходится страдать первым, главным образом, потому, что они живут по большей части во внутренних частях Китая, далеко от открытых портов, и, следовательно, почти беззащитны, между тем как большинство других иностранцев живут в портовых городах, где всегда стоят готовые взять их под защиту военные корабли и другие суда иностранных держав.
Обеспечение безопасности иностранцев – одна из труднейших задач, которые предстоит разрешить державам в Китае, тем более что центральное пекинское правительство неоднократно доказало свою полную несостоятельность в этом отношении. Прежде же всего следует обеспечить именно безопасность миссионеров – не только по религиозным соображениям, но и по другим. Каковы бы там ни были приемы и поступки отдельных представителей миссионерских общин, нельзя упускать из виду, что миссионеры в Китае, как и в других странах, не только пионеры христианства, но также пионеры европейской культуры и торговли. Где удалось утвердиться миссионерским общинам, там китайцы быстрее осваиваются с европейцами и там легче завязать с ними торговые сношения. Словом, нравственный успех ведет за собой и материальный; с успехами миссионерских общин связано и осуществление надежд на мирное завоевание Китайского царства для европейской культуры, и уже в силу одного этого все миссионеры, без различия вероисповедания и национальности, заслуживают самого широкого покровительства со стороны всех держав.