Китай и китайцы. Жизнь, нравы, обычаи

Мандарины

Если бы все, что писалось в последнее время о китайских мандаринах, соответствовало истине, то, в виде первой и самой главной меры реорганизации китайского государственного строя, следовало бы рекомендовать императору без дальнейших проволочек перевешать всех мандаринов. Европа видит в мандарине олицетворение подкупности, лени и всякой подлости, считает это испорченное сословие главной причиной начинающегося разложения Китая.

Будь все это так, Китаю давно бы не существовать: таким, каково оно в настоящее время, сословие мандаринов было уже тысячи лет назад, а Китай все-таки оставался в течение этих тысячелетий самым обширным и многолюдным царством на земле, с большими естественными богатствами, с широкой торговлей, высокой своеобразной культурой и народом, который превосходит нравственностью многие другие народы.

Поэтому-то сословие мандаринов не может быть так дурно, как говорит молва.

В Китае не существует резкой границы между сословиями; это воистину демократическое государство; дарование и познание открывают каждому гражданину доступ к самым высшим должностям в непосредственной близости к императору. Единственно необходимые условия для достижения высокого положения – прилежное изучение классиков, красивый почерк, хороший слог, уменье ловко составлять статьи и знание древнего учения Конфуция, духом которого до сих пор проникнут весь государственный строй Китая. Кандидаты на все места или посты государственной службы и подвергаются письменным экзаменам по всем указанным предметам. Эти государственные экзамены производятся в областных городах, в главных городах провинции и, наконец, в Пекине, иногда даже лично самим императором. Всякий выдержавший экзамен приобретает право занимать государственные должности, и чем лучше он выдержал, тем больше у него шансов быть принятым на действительную службу. Число чиновников, по отношению к числу готовящихся к чиновничьей карьере, прямо ничтожно и далеко не соответствует потребностям страны. Европейская бюрократия в десять раз превышает своей численностью китайскую: гигантское Срединное царство управляется всего-навсего 2100 мандаринами. Вместе с тем в Китае бюрократия считается самым почетным сословием, в которое все стремятся попасть; военное считается куда ниже, так как экзамены на звание военных мандаринов куда легче, и военные чиновники считаются в сравнении с гражданскими невеждами. Поэтому при официальных торжествах, в которых принимают участие и гражданские и военные чины, первые размещаются на почетной восточной стороне, а последние на западной.

Уже из существующих постановлений относительно назначения чиновников видно, в какой чести в Китае это сословие. Прибавим к этому, что презираемые сословия, или так называемые неполноправные граждане, как, например, цирюльники, актеры, чернорабочие на судах и т. п., с их потомками до третьего поколения включительно лишены права держать государственные экзамены. В Ханькоу однажды и случился забавный казус, характеризующий китайские нравы. В числе принимавших участие в испытаниях на звание военного мандарина находился один молодой человек, который своими необыкновенными познаниями и способностями возбудил зависть всех своих соперников. Чтобы устранить его, экзаменаторам и было заявлено, что дед этого кандидата был цирюльником, как оно и было в действительности. Злосчастного кандидата немедленно вычеркнули из списка и рекомендовали ему поскорее убраться из города. Но цирюльники Ханькоу, узнав об этом инциденте, так возмутились, что решили устроить стачку. Три тысячи длиннокосых Фигаро, орудовавших в Ханькоу и соседнем Ханьяне, сложили с себя оружие – свои бритвы, и свыше полумиллиона жителей лишились возможности брить головы; волосы отрастали, население делалось все растрепаннее, а цирюльники и ухом не вели. Даже приказания властей не действовали. Тогда прибегли к военной силе; солдаты стали хватать рыцарей бритвы и тащить в ямэнь, где их под угрозой палок и заставляли за обыкновенную плату брить каждого желающего. Передний двор ямэня обратился на продолжительное время в громадную цирюльню, но большинство цирюльников сумели, однако, скрыться заранее или вырваться из рук полиции, и сотни тысяч голов обывателей все-таки оставались в плачевном положении. Даже разгром солдатами жилищ бежавших Фигаро не сломил их упорства; мало того, к забастовавшим цирюльникам двух названных городов присоединились еще цирюльники третьего соседнего города – Вучана. Лишь мало-помалу в Ханькоу стеклись цирюльнике из других провинциальных городов, и вся история кончилась-таки тем, что возмутившееся сословие смирилось и признало исключение своих коллег с их ближайшими потомками из лиц, имеющих права на соискание государственных должностей.

Цзунли ямэнь в Пекине

Ни один китаец не имеет права получить место мандарина в родном своем округе, и ни один мандарин права окружать себя подчиненными из своих родственников; мандарины, находящиеся между собой в близком родстве, не могут даже служить в одно и то же время в различных областях одной и той же провинции. В обеспечение беспристрастия мандаринов, последним воспрещено также брать себе жен в той области, где они служат. Брать в жены танцовщиц, актрис и певиц запрещено не только самим мандаринам, но и их сыновьям, а если мандарины принадлежат к потомственному дворянству, то запрещение это распространяется и на их внуков; нарушивших это постановление перемещают в низший класс.

Высшее государственное учреждение в Китае нэйгэ – «Великий секретариат» (или Главная канцелярия), управляемый четырьмя великими секретарями или канцлерами, но полномочия и влияния последних на ход государственного корабля не столь велики, как предоставленные членам цзюньцзичу, т. е. Государственного совета, который состоит из пяти мандаринов первого класса: из президента – обыкновенно принца императорского дома и четырех высших сановников, обязательно преклонного возраста, для которых должно быть трудненько собираться зачастую в три часа утра для совещаний с императором относительно разных государственных дел. Из Государственного совета дела поступают для исполнения в одно из шести министерств (Ли-бу), если только не касаются сношений с иностранными государствами, так как эти дела ведает ставший в последние годы столь знаменитым Цзунли ямэнь, президентом которого состоит принц Кун.

Министр Сюйген-шань ямэня