Страница 72 из 866
«форма», «выражение»); Он — вне вещного мира, в запредельной выси (ср., например:
3 Цар.
8:27;
Ис.
66:1), и Его невозможно выразить, изобразить в каких-либо материальных формах (ср.:
Исх.
33:18–23, 34:5–8). Возможно, в этой же плоскости следует интерпретировать ряд библейских указаний о «пребывании» Господа Бога в «густо-темном облаке»
(Исх.
20:21;
3 Цар.
8:12 =
2 Пар.
6:1; также:
Втор.
4:11, 5:22(19);
Пс.
97[96]:2;
Иов
22:13
{260}
). Ср., с другой стороны, тексты
Исх.
24:9—11,
Чис.
12:7–8,
3 Цар.
22:19 и параллельное место во
2 Пар.
18:18,
Ис.,
гл. 6,
Пс.
17[16]: 15, где говорится о видении пророком («об раза»;
Чис.
12:8) Бога, что может интерпретироваться как видение светозарной Славы
(kâbôd)
Господа, репрезентирующей Его Присутствие (ср., например:
Исх.
33:22;
Втор.
33:2; ср. также
Иез.
1:26–28, где «Слава» описывается в антропоморфных терминах).
Заповедь не содержит запрещения на создание изображений, которые не становятся объектом поклонения (как то: херувимов, животных, растений; см., например:
Исх.
25:18–20, 37:7–9;
3 Цар.
6:23 и сл.; 7:25, 29); если же созданный образ становится таковым, то его истребляют
(4 Цар.
18:4).
Доктрина чистого монотеизма, императив поклоняться единому Богу, который не может быть репрезентирован в какой-либо форме (последнее, в частности, вытекает из предписаний второй заповеди), — идеи, беспрецедентные дотоле в истории человечества.
Филон Александрийский (О Декалоге, 51 и сл., 65 и сл.) и Иосиф Флавий (Древности, III, 91) засвидетельствовали традицию, рассматривающую первую заповедь и призыв к единобожию (через запрет поклонения лжебогам) из второй заповеди как одну — первую — заповедь, а запрещение поклоняться идолам и образам — как вторую. Предписания не иметь других богов и не делать идолов и образов считаются двумя отдельными заповедями греко-православной и большинством протестантских церквей. В католической традиции, восходящей к Клименту Александрийскому и Августину и воспринятой Лютером и англиканской церковью, оба данных запрета считаются одной, первой, заповедью; общее число 10 сохраняется посредством того, что запреты относительно посягательства на чужую жену и чужое имущество
(Втор.
5:21; ср.:
Исх.
20:17) воспринимаются здесь как две отдельные заповеди.
Третья заповедь предписывает:
Не произноси
(букв.
«не поднимай», «не возноси». —
И. Т.)
Имени Господа, Бога Твоего, напрасно («всуе». —
И. Т.);
ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит Имя Его напрасно.
В эпоху Первого Храма произнесение Тетраграмматона, вероятно, в отдельных случаях допускалось. Сама формулировка третьей заповеди не предполагает запрета на это всегда, но только «всуе». Возможно, данное предписание следует интерпретировать как запрет клясться ложно Именем YHWH-Господа (ср.:
Лев.
19:12) или же хулить Имя, использовать его в проклятьях или вообще в каких-либо магических и неподобающих целях. В Библии и в дошедших до нас внебиблейских письменных источниках эпохи Первого Храма Имя YHWH-Господа присутствует в полном написании в клятвенных формулах, благословениях, обращениях и т. д. Девтерономист делает акцент на пребывании Имени YHWH-Господа в Святилище
(Втор.
12:5, 11; 14:23; 16:2, 6, 11; 26:2).
В послепленную эпоху, по крайней мере с III века до н. э., в силу ограничительной интерпретации третьей заповеди, а также, вероятно, с усилением универсалистских и прозелити-ческих тенденций, желанием подчеркнуть для иноверцев, что Бог Израиля есть
Господин
над всем мирозданием,
Бог
всего человечества, евреи перестают
произносить
Имя YHWH, говоря вместо него
'Адонай,
то есть
Господь (букв.
«мои Господа»).
Четвертая заповедь, посвященная соблюдению Субботы, имеет значительные расхождения в редакциях книг Исхода и Второзакония. В первой версии она призывает:
Помни День субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмой — Суббота
(Шаббáт)
{261}
Господу, Богу твоему: не делай (в этот день) никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец, который в жилищах твоих. Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них; а в день седьмой отдыхал. Посему благословил Господь День субботний и освятил его.
Таким образом, здесь субботний отдых коррелирует с событиями Творения — можно сказать, что каждая Суббота в определенной мере воспроизводит Божественный день отдыха, венчающий креационистскую Неделю (и, следовательно, каждая трудовая неделя в какой-то мере имплицитно соотносится с другими шестью Днями Недели Творения). В
Исх.
31:16–17 Суббота, соотносящаяся с седьмым Днем Творения, обозначается как «вечный завет» и «вечное знамение (знак)».
Заповедь в девтерономической редакции может быть переведена так:
Храни День субботний, чтобы святить его, как заповедал тебе Господь, Бог твой. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмой — Суббота Господу, Богу твоему: не делай (в этот день) никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни вол твой, ни осел твой, и никакой скот твой, ни пришелец, который в жилищах твоих, чтобы отдохнул раб твой и раба твоя, как и ты. И помни, что ты был рабом в земле египетской, но Господь, Бог твой, вывел тебя оттуда рукою крепкою и мышцею простертою; посему заповедал тебе Господь, Бог твой, соблюдать День субботний
{262}
.
Основное отличие девтерономической версии заповеди от редакции книги Исхода заключается в том, что происхождение обычая почитания и соблюдения Субботы здесь коррелирует с пребыванием Израиля в Египте, и ее обоснование как дня отдыха имеет общественно-гуманистический характер: здесь, видимо, имеется в виду, что израильтяне, постигшие в египетском рабстве всю тяжесть беспрерывного труда, должны понимать необходимость еженедельного субботнего отдыха для всех, включая рабов и даже рабочий скот. Здесь же заметим, что деление времени по «неделям»
(евр.
шавуа; семидневный [также семилетний] период), равно как и институт
регулярного обязательного еженедельного
дня отдыха для
всех