Страница 130 из 161
из которых каждая подразделялась на паргана. Низшей единицей административного деления была деревня. Шиваджи оставил нетронутой внутреннюю организацию деревенских общин. Во главе нескольких таких административных единиц — деревень — стояли
дешмукхи
и
дешпанде.
Эти должности были наследственными. Шиваджи пытался ввести некоторые поверхностные реформы, не производя в то же время коренных изменений. Он стал сам назначать финансовых чиновников в паргана, но дешмукхам и дешпанде были сохранены их доходы. Под руководством его чиновника Аннаджи Датто был проведен тщательный учет земель и установлен налог в размере 33 процентов валового сбора. Позднее Шиваджи стал взимать налог, составлявший 40 процентов урожая.
Кроме того, Шиваджи получал дань, называемую
чаутх,
или
сардешмукхи,
из областей, которые находились в вассальной зависимости. Размер этой дани колебался в диапазоне от одной десятой до одной четверти общей суммы налогового обложения в данном районе.
Армия Шиваджи.
Шиваджи лично проверял рекрутов, и каждый из них проходил суровую школу. Его армия состояла главным образом из легковооруженной пехоты и легкой конницы, великолепно приспособленной для ведения партизанской войны и военных действий в горах. Имелось два рода конницы — баргиры и силахдары. Баргир получал лошадь и оружие от государства, а силахдар воевал на собственной лошади. Шиваджи не допускал, чтобы его армия была обременена тяжелым вооружением или громоздким лагерным обозом. Никому не позволялось держать в лагере женщину. За нарушение этого правила карали смертной казнью. Военная добыча каждого воина должна была передаваться государству. Шиваджи не раздавал джагиры, а платил своим воинам либо наличными деньгами, либо предоставлял им право на получение должностей в отдельных районах. В его армии царила строгая дисциплина, и она отличалась прекрасной боеспособностью.
Важную роль в военной системе Шиваджи играли крепости. Во главе каждой крепости стояли три военачальника, занимавшие равное положение:
хавалдар, сабнис
и
сарнобат.
Они взаимно контролировали друг друга. К моменту своей смерти Шиваджи имел 240 крепостей. Крепости господствовали над всеми важными перевалами, проходившими по принадлежавшей Шиваджи территории.
После завоевания Конкана у Шиваджи появился свой флот. 400 судов различных размеров и типов — гурабы, гал-ливаты, речные лодки — составили две эскадры, каждая под командой своего начальника. Команды состояли в основном из коли и других народностей Малабара, занимавшихся мореплаванием. Главной базой флота был Малван. Морские традиции, созданные Шиваджи, сохранились у маратхов и после его смерти.
3. Аурангзеб в Декане
Деканская политика в первый период правления Аурангзеба.
В период 1658–1681 годов Аурангзеб не достиг ничего существенного в Декане, если не считать того, что в 1665 году Джай Сингх принудил Шиваджи заключить Пурандхарский договор. Причины неудач Аурангзеба на юге в это время в общем-то просты. Его сын Муаззам, бывший наместником Декана в течение одиннадцати лет, был человеком ленивым. Его главный помощник Делир-хан открыто выступил против него, и их вражда обострилась настолько, что, казалось, в могольских владениях в Декане идет междоусобная война. Сам падишах был слишком занят войнами с пограничными племенами и раджпутскими государствами, не уделял должного внимания деканским делам и не посылал в Декан ни достаточно войска, ни достаточно денег. Три деканские державы — Биджапур, Голконда и Маратхское государство — за это время окрепли, и уже трудно было, пользуясь их слабостью, стравливать их друг с другом. После 1662 года установилось определенное взаимопонимание между Шиваджи и Биджапуром; во всяком случае, Шиваджи больше не совершал нападений на столицу этого государства. А султан Голконды и вовсе был союзником Шиваджи.
Смерть Шиваджи, однако, совпала с коренным изменением политики Моголов. Взбунтовавшись против отца, сын Аурангзеба Акбар бежал ко двору Самбхуджи, сына и преемника Шиваджи, и Аурангзеб решил лично отправиться в Декан, чтобы сокрушить Самбхуджи и заставить Акбара покориться. Он прибыл в Аурангабад 22 марта 1682 года. Вместе с ним были три его сына и все лучшие военачальники. На юг также были переведены основные воинские контингенты Могольской империи.
Самбхуджи (1680–1689).
Чхатрапати Самбхуджи отличался храбростью, но был капризен и слишком любил всякого рода удовольствия. Он не вполне понимал серьезность опасности, грозившей со стороны Моголов, и вместо того чтобы направить свои силы против падишаха, распылял их в борьбе против мелких врагов, например португальцев. Между ним и Акбаром, который хорошо понимал, чем все это может закончиться, начались споры, которые довели их отношения до разрыва, и мятежный сын падишаха отправился морем в Персию. Когда Аурангзеб всей мощью империи обрушился на Биджапур и Голконду, Самбхуджи не предпринял никаких действий, хотя должен был понять, что угроза нависла и над его державой. Падишах же вел себя так, словно маратхов не существует, и «вспомнил» о них только после падения Биджапура и Голконды. Самбхуджи был захвачен во время быстрого рейда одним из могольских военачальников в Сан-гамешваре, когда предавался разгулу, не выставив даже охранения. Позже были захвачены многие маратхские крепости, включая Райгарх — столицу Шиваджи; вся семья Самбхуджи (в том числе его малолетний сын Шаху) также попала в руки Аурангзеба. Падишах подверг правителя маратхов страшным истязаниям, словно задним числом пытаясь отомстить его отцу, и в марте 1689 года казнил.
Присоединение Биджапура (1686) и Голконды (1687).
После своего прибытия в Декан Аурангзеб потратил около четырех лет на бесплодные попытки захватить в плен мятежного Акбара, но когда тот бежал в Персию, решил завоевать Биджапур и Голконду. Биджапур был осажден в апреле 1685 года и захвачен в сентябре 1686 года. Голконда была осаждена в январе 1687 года и захвачена в результате подкупа в сентябре того же года. Последние правители этих султанатов провели остаток жизни в заточении в Даулатабаде. Их владения были присоединены к Могольской империи.