Страница 124 из 161
2. Шах-Джахан
Восшествие на престол.
Шах-Джахан взошел на престол в феврале 1628 года. В значительной степени он был обязан этим тестю Асаф-хану, который помешал занять трон Шахрияру. Пока Шах-Джахан спешил в столицу из Декана, Асаф-хан объявил новым султаном Давара Бакша, сына Хос-рова, стравив тем самым его с Шахрияром, а затем разбил наскоро собранную Шахрияром армию и ослепил его самого. В отношении Давара Бакши источники расходятся. Одна версия утверждает, что при приближении Шах-Джахана Давару Бакшу разрешено было бежать в Персию, а другая говорит о том, что, когда Шах-Джахан появился в Дели, он приказал Асаф-хану убить несчастного, что и было сделано.
Захват Хугли (1632).
Португальцы обосновались в Бенгалии в конце XVI века, сделав Хугли близ современной Калькутты своей главной базой. Постепенно Хугли стал важным торговым центром. Но португальцы настроили против себя местное население и могольские власти, против воли родителей обращая детей в христианство, устанавливая свои законы и облагая купцов налогами. По приказу Шах-Джахана Касим Али-хан, наместник Бенгалии, после трехмесячной осады захватил Хугли. Много португальцев было убито, а остальные были отправлены в качестве пленников в Агру.
События вокруг Ахмаднагара (1633–1636).
Шах-Джахан сделал все, чтобы укрепить свое положение в Декане. Он сделал наконец то, чего не могли сделать до него другие Великие Моголы — завоевал Ахмаднагар. Ставший там первым министром после смерти Малика Амбара его сын Фатх-хан не пользовался доверием у султана Муртазы II и был посажен им в тюрьму. А Муртаза II заключил союз с Хан-Джаханом Лоди, представителем афганской знати, который, однако, мало чем ему помог, когда Шах-Джахан вошел в султанат. Попав в трудное положение, Муртаза II освободил Фатх-хана и вскоре пал от его руки. Фатх-хан посадил на престол мальчика Хусейн-шаха (1630) и согласился читать хутбу во здравие падишаха и чеканить монеты от его имени. Ав 1633 году Ахмаднагарский султанат прекратил свое существование.
Правда, падение династии Низам-шахов тут же попытались обратить себе на пользу султаны Биджапура и Голкон-ды, решившие поделить между собой Ахмаднагар. В дело вмешался также вождь маратхов Шахджи, который захватил часть ахмаднагарской территории.
Шах-Джахан прибыл в Декан в феврале 1636 года, решив лично руководить военными действиями против двух султанатов. Три могольские армии общей численностью в 50 тысяч человек должны были атаковать Биджапур и Голконду, кроме того еще одна восьмитысячная армия должна была захватить Джуннар, Пуну, Чакан и Конкан, подвластные Шахджи. Султан Голконды Абдулла Кутб-шах был слишком робким человеком, чтобы думать об упорном сопротивлении. Он сразу признал могольского падишаха своим сюзереном и пообещал ежегодно платить дань в размере 800 тысяч рупий. Султан Биджапура Адил-шах оказал сопротивление и сдался только после того, как могольские армии вторглись в его владения, безжалостно уничтожая все на своем пути. По условиям заключенного договора он обязался уплатить два миллиона рупий в качестве возмещения за убытки, но не должен был платить ежегодной дани. При этом он получил часть территории Ахмаднагара, включая округ Пуну и Северный Конкан, налоговые поступления от которых составляли 8 миллионов рупий. Шахджи тоже попытался бороться, но был пленен моголами. Ему разрешили сохранить за собой небольшой джагир в округе Пуна, которым он владел как вассал Биджапура.
Аурангзеб как наместник (1636–1644, 1652–1657).
В июле 1636 года Шах-Джахан возвратился в Северную Индию, оставив в Декане наместником своего третьего сына Ауранг-зеба, резиденцией которого стал Аурангабад, названный так в его честь. Первое правление Аурангзеба в качестве наместника закончилось в 1644 году — он впал в немилость и был смещен. В 1645 году, когда доверие к нему восстановилось, Шах-Джахан послал его в Гуджарат, а оттуда в Балх и Бадахшан. В Декане в это время правили, часто сменяя друг друга, самые разные люди. В 1652 году Аурангзеб снова был назначен сюда и обнаружил, что местное хозяйство расстроено, налоговые поступления сократились и площадь обрабатываемых земель уменьшилась. Поскольку могольские владения граничили с Биджапуром и Голкондой, правители которых не вызывали доверия, в Декане приходилось держать значительные военные силы, и молодой наместник вынужден был часто просить у отца денег на их содержание. Это приводило к частому недопониманию между ними и взаимному недовольству. Но затем Аурангзеб нанял к себе на службу в качестве дивана хоросанца Муршид Кули-хана, исключительно способного чиновника, который привел налоги в Декане в соответствие с местными условиями. Установленное Кули-ханом налогообложение не было слишком тяжелым, но собираемость налогов тем не менее повысилась, поскольку жители вернулись в покинутые деревни и там возобновилась нормальная жизнь.
Благодаря притоку денег Аурангзеб смог строить планы по захвату Биджапура и Голконды, тем более что оба султаната славились своими богатствами. Начал он в 1656 году с Голконды, земли которой отличались плодородием, а в ее столице Хайдарабаде торговали лучшими в мире алмазами.
Для войны Аурангзеб имел достаточно поводов. Ежегодная дань Голконды исчислялась в хунах, золотых монетах Южной Индии, обменный курс которых поднялся с 4 до 5 рупий. Но Кутб-шах хотел платить по старому курсу. К тому же он без разрешения сюзерена, могольского шаха, завоевал значительные территории в Карнатаке (в стране к югу от реки Кришна), а когда Аурангзеб выразил ему в связи с этим неудовольствие, отвечал довольно невразумительно. И наконец начало войны ускорило дело Мир Джумлы.
Мухаммед Саид, известный как Мир Джумла (официальный титул в государстве Голконда), сын торговца маслом из Исфагани, наживший состояние на торговле алмазами, поступил на службу к Кутб-шаху и стал при нем главным вазиром. Благодаря этому он еще больше разбогател и стал, вероятно, самым богатым человеком в Южной Индии, владея двадцатью маундами (более двухсот килограммов) первоклассных алмазов. Имея прекрасную артиллерию с европейскими пушкарями, располагая фактически независимой властью над принадлежавшей Голконде частью Карнатака, где у него были собственные обширные владения, он пользовался большим влиянием в султанате, нежели сам султан. Кутб-шаху это не нравилось, и все шло к разрыву между ними. Нарыв прорвало, когда султан приказал заключить в тюрьму сына Мир Джумлы — Мухаммеда Амина, который отличался вызывающим поведением при дворе.