Стражи Пограничья

— Может ты другим каким оружием владеть можешь?—сунули они ему в руки пику. Ноль. Топор. Так он чуть им бошки не отрубил махаючи. Дали нож. Таки и вот оно. Виртуоз любитель. Он как начал им промеж пальцев вертеть. Потом в мешок свой залез. Краюху хлеба вытащил и кусок мяса, и тут же на валуне придорожном, треугольничками их нарезал, и все один к одному. Бутербродиками сложил. Пряничную травку у меня унюхал, попросил чуть. Нарезал ее меленько и сверху бутербродиков накрошил. Стоит светится аж.

— Угощайтесь.

Попробовали мы. В самом деле было вкусно. Но хирдом ходить с этим умением у него вряд ли получится.

Отправились мы большой толпой до двора моего. Шли молча. На меня стражи косятся, я в землю смотрю, типа неодобрительных взглядов не вижу. Письмецо в уме катаю, маразматику старому, на Север дальний.

« Дедушка, я вообще то здесь прижилась вроде. Ты пошто, меня подставляешь так, а? Меня же не поймут здесь с такими чудесами. Я понимаю, ты как лучше хотел. И понимаю в качестве кого ты мне этого гнома мне подсовываешь.» И тут я взвыла в душе: « Но елки новогодние, я кого хотела? Женщину работящую чистоплотную в повары, а не громилу с пудовыми кулаками! Меня теперь по широкой дуге обходить будут, так как я прилюдно лучшего воина в повариху бабариху превратила. Да чтоб я еще раз у тебя что-нибудь попросила! Ну тебя! Вот совсем не твоя Анжи.»

В таком мрачном расположении духа дошли мы до двора моего. А там народу совсем не мало. Ну естественно те с кем пришла—поделиться решили о случившемся. Это только в сказках, что мужики не как бабы лишнего не скажут. Здешние, так как развлечений кроме как мечом помахать нету—все перескажут и в лицах покажут.

И погонят меня потом отсюда во избежании. Ох и грусть со злостью на меня свалилась, пойду думаю—перекушу что-нибудь, проблемы заем.

Чувствуя мой настрой, избушка на цыпочках прошмыгнула в свой уголок, огурцами завесилась, умертвие с бабочками на дальний лужок сбег. Ляшка орков забрал—решил их маршировать учить, подальше отсюда. Побирушка вылезла из кухни, закурлыкала по началу, потом поняла, что если и дадут ей что-нибудь, то только по хребту палкой и улизнула к раненным. Они выглянули, но увидев мое наигрознейшее лицо, закрыли дверь и приперли еще чем-то изнутри. А я зашла на кухню, села за стол. Щеку рукой подперла и взгрустнула, хлебушка корочку жую.

Тут топот копыт, быстрые шаги и дверь распахнулась, а там граф стоит, и как давай на меня ругаться. Да что я неугомонная, и в Чернозонье я за каким то лешим одна таскаюсь и вляпываюсь во все тяжкие. И он все дела свои забросил, только девицу непутевою ищет и спасает.

А я как расплачусь. Он и растерялся. Обнял меня, а я в его рубаху слезы лью:

— Не любит меня никто. А кто любит так и разлюбит скоро. Потому как магичка я с дурацкой магией. И я это тогда ручеек в реку превратила, и она деревни снесла. И хижине разбойничьей ноги утиные наколдовала и кота дохлого умертвием подняла. А Побирушка—это рыбка гавноедка на самом деле. И гнома я только от смерти спасти хотела, а получилось что воинского умения лишила и в повара превратила.

Народ мой всхлипы услыхал , под окошки открытые собрался.

— Любим тебя—кричат.—Жалеем, даже с магией твоей дурацкой. Ты же как лучше хотела.

— Ага,— зарыдала я—а получилось как всегда.

Граф меня по волосам гладит, говорит:

— Ну что получилось— то получилось.

Тут гном этот исправленный из под окошка голос подал:

— А я вообще-то и рад. Я же в душе поваром был. Возьми меня к себе в работники—я хороший.

И хор из стражей ему вторит:

— Возьми , он хороший.

И граф туда же:

— И тебе легче будет, бери.

А я лицо к окну повернула, кричу:

— А вы на меня ругаться не будете? И не выгоните?

— Да ты что!—отвечают –Никогда. Ты ж наш сестр страж.

Я носом хлюпнула, на графа глаза подняла. Он улыбается на меня смотрит. А за окном хор шепчет:

— Ну целуй ее давай.

Я фыркнула. Рассмеялись мы с ним. Отпустил меня. Говорит:

— Чаем напоишь с травкой пряничной.

— А то—отвечаю—у меня этой травкой Кряква битком набита. Мне б ее с рук сбыть надо пока не завяла.

Потом новому работнику кричу:

— Иди обязанности принимай.

Тот бочком на кухню прошел. Я обвела руками помещение:

— Вот. Твое место угодье, а комнату можешь самую ближнюю занять, она с окошком маленьким, но думаю это не страшно. Гном заулыбался во все свои белоснежные зубы. Надо же, даже их восстановила. Помнится трех в верхнем ряду не доставало.

— Как звать то тебя?

— Гимли,— отвечает.

Да ладно.

— Ляватар,— в окно высунулась—сюда иди.

Тот видя, что буря по наши головы миновала, резво прискакал.

— Гимли он—кивнула я на на нашего нового повара.—В Ляголаса перевоплощайся.

Лягуху мысленно рассказала , он все понял. На стол взгромоздился и анонс делать начал.

— Расскажу я вам братцы сегодня историю про братство кольца. Про Ляголаса — ельфа смелого , про гнома могучего Гимли, ну и про хоббита с волосатыми ногами что носильщиком кольца при них был.

Потом видимо вспомнив про орков , задумался и продолжил потом:

— И шли с ними и орки и люди. Друзья его и защитники. А нападали на них войска страшного Саурона из циклопов.

Ну враль! Врет как поет. Хихикнула я про себя , но виду не подала. Зачем мне Ляшкину репутацию портить.

Сгрудила я на Гимли все обязанности по кухне. Пальцем ткнула где что. Новый повар нашего трудового коллектива походил посмотрел и попросил в помощь орка- на помочь. Отдала ему художника нашего. В купальне стены с потолком тоже получились на славу. Все таки талантище у нас растет.

А граф чаек попил и предлагает:

— Могу Анжея тебя с травой твоей в город свезти, а вечером с подводами приедешь.

Естественно я согласилась.

Срок выплаты налогов близится , а денег кот наплакал. Побежала мешки готовить, чтоб на лошадей грузить. Сама думаю:

— С одной стороны засветилась с гномом по-черному, с другой дед желание то мое выполнил. Выйдет оно мне конечно боком—попой чувствую. Но зато на кухне пропадать больше не придется. В Чернозонье каждый день ходить будем. Ту же прянишную траву собирать и еще если что попадется . Может потихоньку глубже забираться, круги так сказать расширять.

Оставила всех сегодня дома. Только Ляшка сам попросился:

— Прическу мне измени на ельфовскую. Ленточкой только закрепи. Поеду с тобой рекламу делать.