Страница 79 из 262
Кони начали захлебываться — долгая гонка и ужас, внушаемый волками, выжали из них все силы. Они уже не могли поддерживать прежний темп, а неутомимые звери за их спинами продолжали погоню, двигаясь ненатурально ровно. Матиас вытащил второй пистолет и выстрелил в стаю, и снова вспыхнуло голубое пламя, и снова послышался долгий неестественный вой. Стая сократилась еще на одного зверя.
Неожиданно к жуткому звуку примешался еще один — мягкое журчание текущей воды. Матиас вспомнил дорогу, ведущую в крепость Клаузнеров, — между больными деревьями тянулся ручеек, и наверняка это именно он сейчас булькал, а значит, через пять или десять минут всадники доберутся до крепости. Смогут ли лошади сохранять скорость так долго?
— Светом и властью Святого Зигмара, бича нечистых, изгоняю вас! — крикнул Матиас, оборачиваясь к стае.
Это был заговор из экзорцистских обрядов, практикуемых некоторыми храмовниками в его ордене. Конечно, чтобы полностью совершить ритуал, требовались всевозможные приготовления и приспособления, но сейчас ситуация не позволяла ничего подобного. Но, возможно, это хотя бы на секунду задержит богомерзких тварей, а ныне и одна секунда могла оказаться решающей.
Волки и впрямь на мгновение прекратили преследование, их черные силуэты замерли на полдороге. На один удар сердца показалось, что простая молитва сломила волю и силу богомерзкой стаи. Но эта иллюзия почти сразу же развеялась — в следующую секунду послышалось злобное рычание и хриплый вой, и немертвые волки с удвоенным азартом бросились вдогонку за добычей.
— Отличная работа, — заметил Штренг, закатывая глаза, — вот теперь они разозлились всерьез.
— Они и без того собирались нас убить, — ответил Матиас, пытаясь подхлестнуть усталого коня.
Впереди показался небольшой деревянный мостик, перекинутый через ручей, — охотник разглядел черную полосу, рассекавшую надвое блестящий поток воды.
— Мы почти у крепости! — крикнул Матиас спутникам.
Троица с грохотом пронеслась по мосту, копыта лошадей высоко поднимались над деревянными досками. Никто из беглецов не планировал останавливаться сразу же по пересечении ручья, но тут неожиданно случилось то, что заставило их придержать коней.
Вокруг как будто сгустился холод, и в нос ударил странный запах, похожий на вонь жженого волоса. Сверкнула яркая вспышка, а за ней последовал грохот, похожий на раскат грома. Почти сразу же раздался вой, полный муки, и когда Матиас обернулся на мост, то увидел дохлую волчью тушу, над которой поднимался голубоватый дым. Остальная стая, метавшаяся взад-вперед на противоположном берегу, таращилась на охотника светящимися зелеными глазами.
Матиас спешился, вытаскивая из ножен меч.
— Ты уверен, что это разумно? — подал голос Штренг, заметив, как его патрон направился к мосту.
Матиас даже не услышал его, слишком озадаченный тем, что только что увидел и почувствовал.
Здесь оказалось светлее — сквозь проем между деревьями проглядывала Маннслиб, озаряя сиянием землю. И теперь охотник на ведьм смог в подробностях разглядеть жутких тварей, гнавшихся за ними по лесу. Это оказались невероятно огромные волки, почти такие же, как вымерший великий сильванийский волк, и куда более мерзкие. Их плоть прилипла к костям, как мокрая бумага, шкуры облезли, и в черном меху то тут, то там виднелись лысые пятна. Обнаженная кожа явно была некротической, глубоко изъеденной бледными червями.
Морды тварей соответствовали всему остальному, плоть с черепов давно слезла, а глаза совершенно неестественно светились.
Матиас сумел разглядеть, что живых глаз за этим сиянием нет. Жуткие гончие воззрились на него в ответ, рыча и завывая от неутоленной жажды крови.
Охотник повнимательнее присмотрелся к туше, лежавшей на мосту. Та разлагалась быстро, практически у него на глазах, кожа отходила, мех осыпался. Казалось, все годы, проведенные зловещей тварью вне положенной могилы, теперь разом взяли свое. Очень скоро осталась лишь груда костей, да и та начала крошиться в пыль.
— Воистину вы благословлены Зигмаром, — негромко проговорил Грегор, впечатленный чудесным спасением.
Охотник на ведьм покачал головой.
— Нет, это не помощь Зигмара, — с тревогой ответил он. — Я слышал старые байки о том, что неупокоенный мертвец не может пересечь текущую воду. Но никогда не видел ничего, что могло бы подтвердить эти слова, даже в летописях.
— Ну, вот вам доказательство. — Грегор указал на рассыпавшиеся на мосту останки.
Матиас покачал головой еще раз.
— Нет, здесь творится нечто более гнусное, чем просто легенда, — отрезал он. — Разве вы сами не чувствуете? Мурашки по коже, сальность в воздухе, могильный холодок, расползающийся по костям? Так воняет гниль и порча.
По лицу Грегора Матиас понял, что тот тоже пережил эти мерзкие ощущения.
— И что это означает? — хмуро спросил юноша.
Охотник оглянулся через ручей на мечущихся гончих
— Это та самая сила, что подарила тварям их пародию на жизнь, — ответил он. — Я уже видел, как точно так же уничтожали других отродий, в том сумасшедшем доме, где Енох Зильбер проводил свои нечестивые эксперименты. Некромант старается защитить себя от тех, кого сам же призывает из могилы.
Грегор не сразу нашелся, что ответить.
— Но такого быть не может! — возразил он.
— Может и происходит, — ровно ответил Матиас, холодно глядя прямо в глаза Грегору.
В этот момент подъехал Штренг, заставив их обоих обернуться.
— Кажется, эта компания хочет дать нам еще один шанс. — Наемник выругался и, подняв арбалет, широко улыбнулся своему патрону. — Как думаешь, имеет смысл пальнуть?
— Особого ущерба ты им не нанесешь, — ответил Матиас. — Дырки, пробитые в мертвой плоти, за серьезную рану не считаются. Но у меня есть для них угощение посерьезнее. — Он снял с пояса мешочек с порохом и вытащил из коробки с патронами серебряную пулю.
Стая прекратила метаться, уставившись на него светящимися глазами. Разразившись напоследок злобным рыком, твари ускользнули обратно в ночной мрак.
— А у нашего приятеля целый мешок всяких уловок, — заметил Штренг, провожая волков взглядом.
Матиас взглянул на ручей.
— Да уж, — произнес он негромко. — И впрямь целый мешок.