Страница 182 из 262
Говоривший подошел ближе, и Карандини с удивлением обнаружил перед собой знакомое лицо — и улыбнулся, разглядев бледную кожу Грегора Клаузнера и тусклые, безжизненные глаза. Значит, Сиббечай решил одарить проклятием некрарха обоих сыновей Вильгельма? Как предусмотрительно. Но почему он так долго ждал, прежде чем призвать своего невольника?
— Я знаю, что вампир здесь, — прорычал Грегор, продолжая наступать. Карандини изумленно взглянул на грубый деревянный обломок в его руках. — Не пытайся меня остановить.
Неожиданно некромант все понял. Вампир не полностью подчинил себе собственное творение. Грегор воскрес не как исполнительный раб, но как неупокоенный мститель, решительно настроенный уничтожить чудовище, обрекшее его на погибель. Их с Сиббечаем связывали невидимые узы, позволявшие Грегору ощущать местонахождение некрарха.
— Остановить? — рассмеялся Карандини и демонстративно отошел, освобождая Грегору путь. — С чего ты взял, что я собираюсь тебе мешать?
Клаузнер смерил некроманта подозрительным взглядом и прошел мимо. И Карандини едва не рассмеялся ироничности всей ситуации.
— Хорошей охоты! — крикнул он вслед Грегору, скрывшемуся в коридоре.
Будет невероятно уместно, если Сиббечай падет от руки одного из собственных творений, если все его гнусные мечты окажутся загублены его же хитроумными планами. Немногим из вампирских невольников хватало силы воли восставать против хозяев. Карандини надеялся, что Грегор как раз из них — и если это и впрямь так, то некромант очень скоро об этом узнает. Если Сиббечай умрет, развеется и наложенное им заклинание подчинения.
Но тут до ушей тилийца долетел шум огромной толпы, наводнившей тоннели. Карандини содрогнулся, услышав стрекочущий писк крыс, визгливую речь подземного народца. Визжащая орда подбиралась все ближе, лязг мечей и копий становился все громче, и Карандини укрылся в тенях склада, призывая силу тьмы на помощь, приказывая ей укутать его непроницаемым покровом и стать с ним единым целым.
Скавены хлынули из тоннеля сплошным потоком вонючего меха, рваной кожаной брони и ржавой стали. Вытянутые носы втягивали воздух, алые глаза таращились в темноту, отчаянно жаждущие отыскать хоть кого-нибудь живого. Тех, кто вышел первыми, подталкивали в спины напирающие сзади, и вскоре скавены заполонили склад. Карандини в безмолвном ужасе смотрел на оскаленные клыки, на чувствительные носы, выискивающие запах преследуемой добычи.
А затем в подвал выбралась тварь в тысячу раз страшнее, чем все предыдущие. Это был серый крысолюд, облаченный в темные одежды с меховым воротником, сжимавший в лапах посох с железным наконечником. Голову грызуна венчали огромные рога. Карандини ощутил мощь этого чудовища — он практически видел, как вокруг скавена 6урлит богомерзкая энергия. Скавен-чародей рявкнул приказ, и вся толпа хлынула вперед, пища и расталкивая друг друга. Они направлялись прямо по следам Грегора Клаузнера. Рогатый крысолюд обернулся и взглянул прямо на Карандини, а затем юркнул следом за подчиненными. Некромант поежился. Несмотря на то что он давно привык к немертвому пламени глаз Сиббечая, нечеловеческая злоба, полыхавшая в глаза скавена, все равно его испугала.
Когда какофония писка и топота смолкла, Карандини испытал огромное облегчение. Он до конца дней своих не забудет этот полный ненависти взгляд рогатого крысолюда.
А затем некромант случайно взглянул вниз — и в ответ на него уставились сотни крохотных красных глазок. Под ногами у Карандини шевелился живой ковер из тощих мохнатых тушек. Десятки маленьких пастей жадно распахнулись, сверкнули острые зубы.
Карандини еще успел подумать, что смерть от рук Сиббечая, возможно, выглядела бы более достойной. А затем полчища крыс набросились на него, как живая волна, накрывая с головой.