Тень короля

24

В тот день закатные руны повели путников на северо-запад, но путь оказался вдвое меньше, чем накануне. Когда Сериз в сумерках вновь бросила кости, для следующего дня руны предсказали еще более короткий переход.

– Всего пять миль, – сказала она спутникам. Девушка потянулась за рунами, чтобы убрать их, но они исчезли. Она ахнула и с надеждой посмотрела на Неро.

– Это значит то, что я думаю?

Неро кивнул, но его сжатые в ниточку губы говорили, что ее восторга он не разделял.

– Мы доберемся до Клинка Петроса завтра… Если тропа будет удобной, то к середине дня.

– Это хорошая новость, – сказал Дэрик, по очереди глядя на них. – Правда?

– Правда, – ответил ему Неро, – но…

– Меня ждет испытание, – закончила Сериз, – и я не знаю какое. Оно может оказаться невыполнимым. Тысячу лет никто не видел Клинок Петроса, а значит, никто не прошел этого испытания.

– Необязательно, – возразил Дэрик. – Я вот, например, думал, что закатные руны – это миф. Никогда их не видел, и никто из тех, с кем я общался, их тоже не видел. Если бы я не отправился с вами в это путешествие, так бы ничего и не узнал. То, что мы не видели клинок, вовсе не означает, что все это время к нему никто не прикасался. Может, кто-то его получил, а потом клинок исчез, вот как руны. Сколько угодно человек могли удостоиться клинка, но мы об этом просто не знаем.

– Верно, – сказал Киан. – К тому же тот, кто достаточно умен, чтобы получить Клинок Петроса, будет и достаточно мудр, чтобы его скрывать. Только глупец станет хвастаться столь ценной вещью, которую так несложно украсть.

Генерал Петрос хмыкнул, вороша угли в костре заостренной палкой.

– Заполучить самое разрушительное оружие в истории мира и не должно быть легко, – он глянул на Сериз. – Но ежели кто его заслуживает, так это ты, девочка моя.

– Согласен, – сказал Киан. – Я верю в нашу храмовую госпожу.

Воздух сгустился от привкуса энергии, когда отец Падрон раскинул над лагерем защитное заклятие. Сериз поглядывала на него, ожидая услышать его мнение о вопросе веры, но ему нечего было сказать. Он просто отправился в свою палатку, прихватив с собой ужин. Может, это не имело значения, но она заметила, что с ее Дня Обретения он стал еще более молчаливым. Пару раз во время дневных переходов она замечала, что он тайком бросал на нее косые изучающие взгляды, будто чувствовал изменения в ней, но не мог уловить, какие именно. От его молчания ей было неуютно. Отец Падрон был не из тех, кто держит свое мнение при себе, даже если оно ранит.

Особенно

если оно ранит. Она почти желала слушать его нотации, вместо того чтобы гадать, какие темные мысли он от нее скрывает.

Киан хлопком ладоней вернул ее к реальности.

– Отдохните сегодня как следует, – велел он всем. – Наутро нам понадобятся все силы.

Растворяясь в тенях, он подмигнул Сериз – молчаливо прощаясь и желая успехов в обучении, поскольку они решили, что ради еще одного урока с Неро она снова задержится.

Сериз повторила вчерашнюю хитрость – сделала вид, что пьет за ужином марантовый сироп, а потом, дождавшись, пока все уснут, выскользнула из палатки в ночную темноту, чтобы встретиться с Неро у границы лагеря.

Они вновь нашли камень, в котором был вход Вниз, и остаток вечера Неро учил ее создавать оборонительный щит и наносить атакующий удар. Сериз повторяла упражнения многократно, пока не освоила их, и по возвращении в палатку чувствовала себя более уверенно, чем раньше.

Наутро путники собрали лагерь и прошли пять миль на северо-запад. Как и на подступах к Заклятому Святилищу, чем ближе они подходили к месту, где был сокрыт Клинок Петроса, тем круче и опаснее становилась тропа. Лошади с трудом находили опору под ногами. Сериз как раз хотела предложить остановиться и привязать их, но Дэрик вдруг выпрямился в седле и в упор посмотрел на нее.

– Я вижу, – сказал он, и взгляд его затуманился.

Ужас скрутил ее желудок. Она уже наблюдала это отстраненное выражение на его лице и понимала, что это значит. Родовое проклятие просачивалось сквозь завесу времени, открывая ему тайны вселенной и разрушая тем самым его разум.

– Что ты видишь? – спросила она.

– Тут такой воздух. – Дэрик посмотрел перед собой, растопыривая пальцы в сторону чего-то, заметного ему одному. – Скользкие частицы. Магия не держится. – Он удивленно засмеялся. – Я теперь понял, как все устроено. Как частицы соединяются, чтобы создавать силы природы. Все так просто. И как я раньше не сообразил?

Сериз посмотрела на остальных. Судя по их помрачневшим лицам, все поняли, что происходит. Даже отец Падрон, обычно надменный, наградил Дэрика взглядом, полным жалости.

– Лорд Калатрис, – позвал друга Киан, подъехав ближе и кладя руку ему на плечо, – напомните, как там зовут вашу сестру – такую высокую, грудастую, с каштановыми волосами. Я в ее честь назвал кобылу, но, кажется, забыл, чт

о

обычно говорю, когда шлепаю ее по заднице.

Подначка, похоже, сработала. Дэрик вынырнул из транса и угрюмо парировал:

– Ты говоришь:

«Умерь ожидания, я и вполовину не так могуч, как моя матушка».

– Громоздкое какое имя, – сказал Киан. – А прозвище у нее есть?

Дэрик показал неприличный жест:

– Вот так достаточно кратко?

Киан ухмыльнулся и похлопал его по плечу:

– Рад, что ты снова с нами, друг мой.

Дэрик отвернулся, явно стыдясь своей потери рассудка.

– Заклятия здесь не держатся, – сказал он. – Значит, что бы ни потребовалось сделать, чтобы получить клинок, магия отца Падрона не поможет.

Для Сериз это звучало логично, учитывая, что оружие было спрятано от жаждущих войны королей, которые могли отправить на его поиски своих жрецов. Но она не понимала, как магия могла отсутствовать там, где находился зачарованный предмет.

Какая-то

магия должна была окружать клинок, иначе каждое полнолуние он не мог бы перемещаться в новое место. Может, в природе существует несколько видов магии и энергия, защищавшая клинок, отличалась от той, что была доступна жрецам. Ей хотелось спросить Дэрика, увидел ли он этому объяснение, но она не желала вызывать у него еще большую неловкость. Может, спросит позже, наедине.