Тень короля

– Это место, – наконец сказала она. – Думаю, теория Дэрика верна. То, что я попала сюда, – это дар от богини.

Киан подавил сухой смешок.

– Боюсь, это скорее дар для меня, чем для тебя. Мне неприятно, что ты вообще оказалась в этом аду, но, честно говоря, здесь хоть как-то терпимо лишь потому, что ты рядом, – он переплел их пальцы и поднял сомкнутые руки. – Я до сих пор не понимаю, почему ты смогла сюда прийти, но я благодарен.

– Я и сама не понимаю, – призналась она. И она тоже была благодарна за время, которое могла проводить с ним наедине, хоть это и была серьезная проверка ее самообладания.

– Идемте, моя госпожа. Я вам тут все покажу, – Киан галантно предложил ей локоть. – Ночь длинная, а здесь есть и более уютные места для времяпрепровождения, чем этот туннель.

Сериз взяла его под руку, и они прошествовали по темным коридорам, заполняя тишину беседой о пустяках, пока не дошли до ветшающего дворика и четырех арок-проходов. Она выбрала скамейку, обращенную к сухому фонтану, и осторожно присела на нее, проверяя на прочность. Древний мрамор не затрещал, и она похлопала ладонью по сиденью рядом с собой. Киан сел и приобнял ее, а она прильнула к его теплому телу, чтобы унять дрожь. Мрачные каменные коридоры нравились ей едва ли больше, чем это место. Старый дворик казался Сериз холодным и темным зеркалом цивилизации, напоминавшим ей, как далеко девушка от нее находится.

– Как думаешь, что здесь раньше было? – спросила она. – Ну, в этом дворике. Это единственная часть лабиринта, которая выглядит настоящей, как будто это место когда-то существовало на самом деле.

– Когда я впервые сюда попал, я и сам задался этим вопросом, – ответил он. – Несколько лун пытался разобраться, пока однажды не нашел рисунок в старой книге учета, принадлежавшей дальнему предку нынешнего дворцового смотрителя, – он указал на фонтан и окружающие его мраморные скамейки. – Тысячу лет назад точно такой же дворик был в центре зеленого лабиринта в восточном саду.

– Зеленый лабиринт, – она взглянула на четыре арки, пытаясь вспомнить, сколько часов она потеряла в попытках исследовать запутанные коридоры за ними. – Значит ли это, что каменный лабиринт должен повторять садовый?

– Наверняка сказать не могу, – ответил Киан, – но похоже на то.

Сериз наклонила голову и изучила фонтан, ища детали, которые могли бы помочь ей отличить его от любых других фонтанов в царстве смертных. Пока что ей казалось, что в нем нет ничего особенного. Мраморные скамейки тоже выглядели совершенно обычно. Однако же время однозначно имело значение.

– Тысячу лет назад. Времена Великого Отречения.

– Я тоже уверен, что это не совпадение, – откликнулся Киан. – Мне кажется, в этом дворике случилось что-то дурное и настолько оскорбительное для твоей богини, что она воссоздала это место в назидание тем, кто обречен на страдания. – Он горько вздохнул. – Жаль, что она не додумалась дать нам бесконечную память, чтобы мы хотя бы знали, за что нас наказывают.

Сериз пыталась представить, что за проступок мог случиться во дворике в сердце садового лабиринта. Может, запретное свидание? Хоть дворик со временем и изменился, он все еще годился для тайных встреч. Именно там она натолкнулась на Делору и ее спутника.

– Могу предположить только одно, – заявила Сериз. – Никто не знает, какую роль династия Мортара сыграла в предательстве богини. Я всегда считала, что именно дом Мортара собрал вместе другие благородные дома. Если я права, то, возможно, это случилось именно здесь, – она широким жестом указала на скамейки вокруг. – Может, как раз в этом дворике встретились четыре благородных дома и сговорились о попытке убийства богини. Не могу представить события более дурного.

Киан согласно хмыкнул, но, похоже, его мысли двигались в ином направлении.

– Я больше не хочу говорить о твоей богине, – тихо сказал он.

Она одарила его ответной улыбкой:

– Она и твоя богиня.

– И ты постоянно мне об этом напоминаешь.

– Потому что ты все время забываешь. Но я не держу на тебя за это зла.

– Тогда я тоже не буду держать зла, а буду держать тебя, – сказал он и обнял ее своими теплыми сильными руками, – и даже проклятый Орден не посмеет мне возразить.

Сериз уютно устроилась, прижавшись к нему, ее щека покоилась на его широкой груди. Она тоже не собиралась возражать. И пока что обретала утешение в целомудренном объятии.

Но приближался ее День Обретения.