Пустой. Пенталогия

Глава 7

Песок под ногами тихий, но напряжение в ушах создавало ложный гул. Пришлось сглотнуть, чтобы прочистить слух. Воздух казался слишком густым для лёгких.

Шорох слева был не как песок, тот шуршит длинно. Этот звук был короткий и сухой, как будто кто-то царапнул камень. Он был слишком близким. Я перестал дышать, сосредоточился на том, что приближалось. Когда всё утихло, шагнул дальше.

Темнота здесь была плотной. Луны светили, но их свет сюда не доходил. Я видел не мир, а лишь отдельные части. Выбирал не дорогу, а ближайший безопасный кусок и двигался к нему. Вокруг только контуры и размытые пятна.

Присел. Ладонь легла на холодный камень. Тряпки на руках мешали чувствовать. Мазь пропитала ткань насквозь, пальцы липкие.

Что-то пискнуло справа.

Голова дёрнулась в сторону. Ничего. Только тень, что качнулась и исчезла. Я заставил себя сделать короткий, сиплый вдох, проталкивая страх внутрь.

«Двигайся. Просто двигайся вперёд», — мысленно говорил себе.

Камень стукнул о другой. Звук показался мне громче обвала. Я вслушивался в темноту до рези в ушах.

Тишина взорвалась.

Шорохи со всех сторон. Писк. Царапанье. Что-то большое сдвинулось слева, камни посыпались вниз. Я не стал ждать и тут же бросился в сторону. Не думал, просто метнулся между плит. Спина ударилась о камень, боль стрельнула даже сквозь куртку. Прижался к стене, втянул голову в плечи.

В голову ударила мысль: «Руины не про силу, а про звук, во всяком случае ночью. Пока я тихий, меня будто нет».

Собственный хрип казался грохотом. Я зажал рот ладонью, давясь воздухом и запахом травяной мази, лишь бы не выдать себя.

«Тихо. Дыши тише.»

Через несколько десятков пульсаций зерна звуки ослабли. Тяжёлые шаги ушли вглубь, туда, где темнота ещё гуще. Опёрся о стену, чтобы не упасть. Слабость накатывала волнами, но я загнал её глубже. Дрожь не ушла, но стала послушнее. Я прикусил язык, чтобы не стучали зубы.

«Я — добыча… Здесь я — добыча» — эта мысль засела в голове как заноза.

Оттолкнулся от стены. Двигался медленнее, гораздо медленнее. Я смотрел вниз так часто, что шея начинала болеть. И всё равно было страшно. Я уже знал, что будет, если камень стукнет. Руины сразу станут живыми.

Попробовал землю носком, совсем чуть-чуть. Если камень шевелился, я на него не давил. Когда убеждался, то переносил вес на пятку. Один всё равно шевельнулся. Я превратился в камень, ожидая удара. Ничего не случилось. Значит, я успел.

Через сотни пульсаций получалось почти беззвучно, но медленно. Всё равно приходилось смотреть то вниз, то перед собой. Плохо. Надо научиться сразу наступать и чувствовать, а не поднимать взгляд. Я смотрю не тогда, когда надо, а только когда уже страшно.

Руки вытянул вперёд. Пальцы нащупывали камни до того, как в них врезалось тело. Тряпки скользили по поверхности. Синяки от палки Золтана напомнили о себе. Каждый вдох отзывался в рёбрах. Терпел, сжимал зубы и шёл дальше.

Место, где я оставил нож, было где-то впереди, даже в темноте я его найду. Знаю дорогу. Что-то хрустнуло под ногой, тут же поднял стопу и замер. Выждал паузу. Когда тишина вернулась, присел и нащупал тонкую и длинную кость. Чья? Шмыга? Или что-то больше? Убрал её в сторону.

Широкая колонна показалась впереди, узнал её по форме. Обошёл слева, здесь поворот. Плиты, три подряд, одна на другой. Под ними щель, где я спрятал нож.

Почти дошёл, ещё десять шагов.

Что-то свистнуло сверху. Взмах. Воздух ударил в лицо. Не успел среагировать, удар в голову. Резкий, тяжёлый. Он сбил меня с ног. Череп едва не раскололся, по щеке полоснуло огнём, но я успел выставить руки, чтобы не разбить лицо о камни.

Птица?

Я дёрнулся в сторону, закрыл голову руками. Крылья снова хлопнули рядом и громко. Когти задели плечо, прошлись по куртке. Ткань затрещала.

Тварь кружила надо мной. Слышал, как каждый взмах резал воздух. Пополз быстро вперёд, не поднимая головы. Локти ободрал о камни, колени скользили. Добрался до плит, нырнул под них.

Прижался и слушал. Птица кричала снаружи. Визг был как металл по металлу. Он резал уши. Потом взмахнула крыльями и улетела. Звук стих, растворился в темноте. Кровь текла по щеке, капала на землю. Вытер рукой, тряпка размазала её по лицу. Во рту тут же появился солёный вкус.

«Сверху. Они нападают сверху, и им плевать, что добыча больше, чем они сами».

Меня тряхнуло от этой мысли сильнее, чем от удара. Я всё время смотрел под ноги и вперёд как дурак. А воздух тоже опасен, и там есть тот, кто охотится. Заставил себя послушать не камни, а пустоту над ними. Сначала там было ничего, потом я услышал, как «ничего» издаёт далёкие звуки.

Снова вытер кровь. Пальцы дрожали. Зерно откликнулось слабо, неуверенно. Протянул руку вглубь под плиту. Нащупал знакомую рукоять: холодная, обмотанная жилами. Вытащил нож и тут же сжал в ладони. Вес успокоил.

Вылез медленно из-под плит, сначала голова, огляделся, потом уже полностью. Ноги держали чуточку увереннее, нож перехватил покрепче. Тряпки мешали, он скользил. Пришлось размотать одну руку, тряпку сунул за пояс. Рукоять легла на голую кожу, так лучше, удобнее, хоть и больнее.

Огляделся, искал гнездо шмыгов. Справа, там, где расщелина между камнями. Пошёл туда. Я заставил себя поднимать глаза каждые несколько шагов. Это было неудобно и страшно. Зато воздух больше не казался пустым. Выбрал ритм. Три шага я смотрю под ноги, на четвёртом поднимаю взгляд и замираю на вдох. Так я не забываю про верх.

Звуки не исчезали ни на мгновение. Если в начале постоянно замирал, то сейчас старался думать и представлять, кто это может быть и насколько близко. Это стало каким-то внутренним ориентиром к действиям.

Добрался до расщелины, тут темнее, чем несколько шагов назад, ждал, пока глаза привыкнут. Сначала почувствовал, а потом увидел движение рядом с ней. Тела, что ползали друг по другу. Шмыги и их десятки.

Похоже, тут не одно гнездо, как я думал, а несколько. А это значит… у меня не будет проблем с едой в ближайшее время. От этой мысли почему-то стало тепло внутри.

Пока я стоял, они почему-то меня не замечали, бегали тут, пищали, словно игрались. Облизнул сухие губы и медленно опустился на корточки, сжимая нож. Один из зверьков побежал в мою сторону.

Прикинул удар. Ладонь вспотела, нож чуть провернулся. Вытер рукоять о штаны. Нож стал продолжением руки, готовым к удару. Нужно в шею, одним движением, потом прижать ладонью вниз. Не дать пискнуть.

Сейчас!