Странник

— Мы никак себя не называем. Так чего ты хочешь, Сентек? Ты включил маяк, ты позвал нас, ты проделал долгий и, вероятно, очень сложный путь. Чего ты хочешь?

Момент истины. Момент, к которому я шел долгие годы. На моей руке снова рана, потому что ничего лучше я так и не смог придумать. Я протягиваю ему левую руку ладонью вверх.

– Та-Нечер, – говорит она и касается моей щеки окровавленной рукой.

— Она сказала, только вы сможете ее вернуть.

— Что там?

— Ее чип. Ее зовут Канитар. Она шесемт, потомок тех, кого вы оставили на Альрате.

Он молчит долго, как мне кажется, целую вечность.

— И только? – наконец, спрашивает он.

— Что? – непонимающе переспрашиваю я.

— Только это тебе и нужно?

— Да, – отвечаю я.

Он смеется. Мне кажется, что он смеется так громко, что каждый на Инсонельме слышит этот смех.

— Вам это непонятно? – спрашиваю я.

— Отчего же, – кажется, он вытирает слезы, выступившие на глазах от смеха. – Просто представь себе, Сентек, что ты стоишь перед сокровищницей знаний, но тебя не волнует, что в ней сокрыто – ты хочешь просто воскресить мертвую женщину. Знаешь, зачем приходил к нам Эсвель?

— Нет. Зачем?

— Он хотел, чтобы мы принесли мир. Он был воином, но война ему претила. Он просил нас стать арбитрами, некоей силой, которая будет вас судить и направлять, когда вы будете в этом нуждаться. Мы отказали, потому что вы все должны пройти свой путь: и Альрат, и Инсонельм, и Мирраер, и даже Хольг. Это ваш путь – мы не имеем права вмешиваться.

Меня подмывает ляпнуть, что они только и делают, что вмешиваются, но сейчас не время высказывать свою точку зрения.

— То, о чем я прошу, исполнить гораздо проще.

— Да, – он кивает. – В следующий раз у нас, видимо, попросят мешок золота.

— Для вас человеческая жизнь и мешок золота – одно и то же? Столь же несущественно, как и мир в нашей системе?

Он наклоняет голову и смотрит на меня, как взрослый на ребенка.

— Ты прилетел к нам, но оказался на Инсонельме. Думаешь, не сможешь так же запросто оказаться в открытом космосе?

Угроза. Это я понимаю. Это я часто слышал. В одно мгновение существо передо мной снова становится человеком. Да, удивительно старым, владеющим огромными знаниями, но все-таки человеком. С людьми я умею разговаривать. Даут меня раздери, я не оказался бы здесь, если бы не умел этого делать.

— Чем я могу вам отплатить? – спрашиваю я.

— Ты? – он презрительно усмехается.

— Я, – я киваю. – Здесь же только вы и я. Я прошу, логично, что вы вправе потребовать что-нибудь взамен.

— Самонадеянно, – замечает он. – Кажется, я начинаю понимать, как.. кто ты? Архитектор?

— На самом деле, художник, – признаюсь я.

— Художник.. Теперь понятно, как художник добрался до нас. И что же ты можешь предложить?

— Сложно предлагать тем, у кого есть все. Назовите вашу цену.

Он переводит задумчивый взгляд на огни Некалпа.

— А если это будет твоя жизнь?

Всего лишь?

— По рукам.

— Без всяких сомнений?

— Да.

— Поразительная смелость, Сентек.

Я пожимаю плечами. Смелость? Смелым меня вряд ли можно назвать. Я шантажист и альфонс, но никак не смельчак. Мне хочется закурить, но для последней просьбы можно приберечь кое-что посущественнее аваго.

— Раз уж я все равно умру, то можно задать вопрос?

— Давай.

— Самая главная из тайн мироздания – это не то, как появились Боги, а то, откуда появились мы все. Я имею в виду, абсолютно все мы: Альрат, Мирраер, – я указываю на город, – Инсонельм. Такое чувство, что человек появился одновременно на всех мирах. Это вы нас сюда привезли?

— Нет, Сентек.

— Тогда кто?

— Мы все осколки единого мира. А теперь назови имя.

— Имя?

— Имя того, в чьем теле возродится твоя Канитар.

Для меня это полная неожиданность. Мне почему-то казалось, что Канитар воскресят такой, какой она умерла. Мне никогда не приходило в голову, что она станет кем-то другим.

— Назови имя, – мягко повторяет человек.

Имя? Чье? В чьем обличье она будет в безопасности на Альрате, если рядом не будет меня?.. Имя вдруг само всплывает в голове.

— Нефис, – выпаливаю я. – Дочь Великого Царя Вейта Ритала, дочь Великого Царя Хескаана Хмаса, сестра Великого Царя Таала Ламита.

— Хорошее решение, – кивает человек. – Прощай, Странник.

Меня снова скручивает в узел, а потом выворачивает наизнанку. Надо было не выпендриваться с умными вопросами, а попросить закурить.