Странник

Хотя в голове у меня совершенно не укладывается, как, находясь почти в полутора месяцах пути от внутренних миров, я вдруг оказался на окраине столицы Инсонельма. Говорят, чем невероятнее события, которые с тобой происходят, тем проще рассудку их принять. Разум просто на них не реагирует – это защитный механизм. Я качаю головой и поворачиваюсь к своему спутнику. Я бы не удивился, если бы он пропал, а мне пришлось бы остаток ночи спускаться к городу, а потом еще очень долго объяснять, как же Великий Архитектор Сентек попал на Инсонельм. Но он все еще стоит рядом. Теперь я вижу его лицо. Как и сообщил Эсвель, его кожа такая же красная, как высохшая глина. Никогда не видел человека с такой кожей. Я поднимаю руку и показываю ему кольцо Эсвеля. Человек кивает.

— Его дал тебе Странник?

— Да, – можно сказать и так.

— Как он?

Вопрос приводит меня в замешательство.

— Он давно умер.. – осторожно говорю я.

— Это понятно, – перебивает меня человек. – Как сложилась его судьба?

Тут я оказываюсь в скользкой ситуации: как, наверное, официальный представитель Альрата, я не хочу выставить свой мир в невыгодном свете и рассказывать этому человеку с Та-Нечер о том, что Эсвеля запытали до смерти. Конечно, это было давным-давно, и сделал это не самый мудрый из наших Великих Царей, но все-таки это бросает некую тень на Альрат. Что если после моего рассказа Та-Нечер уничтожит Альрат и начнет свою игру в благодеяние с Инсонельмом? С другой стороны, возможности этого человека мне неизвестны, он может запросто понять, что я лгу. Я выбираю середину.

— Я не знаю, как сложилась его жизнь после визита к вам, но похоронен он был достойно, хотя и без роскоши. На стенах гробницы он изобразил полет к Та-Нечер как одно из самых выдающихся достижений своей жизни.

— Та-Нечер?

— Так мы вас называем. «Земля Богов».

Человек почему-то улыбается.

— Разве я похож на Бога?

Совершенно не похож. Наши Боги, уж поверь мне, незнакомец, после смерти выглядят гораздо лучше, чем ты.

— Я.. – с чего бы начать? Как вообще начать такой разговор? – Мое имя Сентек, я Великий Царский Архитектор. Это я нашел гробницу Эсвеля и заново открыл для Альрата Та-Нечер. Мы знаем, что именно вы дали Альрату Богов, и мы преклоняемся перед вашей мудростью и вашим могуществом.

— Сентек, – он как будто пробует мое имя на вкус. – Эсвель прилетел один, теперь вот ты.. Интересно, почему, раз вы так перед нами благоговеете, вы не прислали полноценную экспедицию, как это было в первый раз?

Я всегда знал, что этот «первый раз» был. Видимо, тогда перед Та-Нечер предстали лучшие умы Альрата. В свой следующий визит им пришлось довольствоваться Навигатором Эсвелем, а теперь вот и вовсе художником Сентеком.

— Наши Цари опасаются за свое могущество, – выпаливаю я.

Я тут же прикусываю язык, причем в буквальном смысле, но, кажется, мои слова не производят того эффекта, которого я опасался.

— Цари.. – задумчиво тянет человек. – Альрату мы дали возможность вечно пользоваться мудростью своих мертвых. И что вы сделали с этим? Вы ведь могли сохранять великих ученых, великих мыслителей, а вы всего лишь сделали из своих Царей Богов.

Видимо, он замечает мое замешательство.

— Эсвель уже все нам рассказал, даже то, почему он прилетел один, а не с экспедицией. Как мы видим, за это время ничего не изменилось.

Мы? Интересно, с кем я сейчас разговариваю? У них какой-то коллективный разум?

— Вы так сказали, как будто дали что-то не только Альрату.

Он кивает.

— Да. Инсонельму мы дали нашу технологию межзвездных путешествий, Мирраеру – секрет трансформации любого металла. Обе эти технологии были безвозвратно утеряны уже к нашему следующему возвращению. Элиты держали их в секрете, пока секрет не умер. Единственный, кто продолжал пользоваться нашим даром – Альрат. Но весьма своеобразно.

— Ну, ученых мы делаем малыми Богами, да и среди Великих Царей есть весьма достойные..

— Не сомневаюсь, – перебивает он. – Ваши три мира должны были быть очень разными, а ты посмотри.. Как вы это называете? – он указывает на башни.

— Зиккураты Некалпа, – отвечаю я.

— И с какой же целью их построили?

Я пожимаю плечами. За Инсонельм мне заступаться смысла нет.

— Здесь приносят человеческие жертвы.

Мой собеседник кивает.

— Это ваше видение цивилизации. Вы умеете летать в космос, но все еще вырезаете сердца, чтобы пошел дождь.

Мне нечего возразить. Тем более, что это так и есть – зиккураты Некалпа не зря окрашены в красный цвет.

— Почему мы именно здесь, на Инсонельме? – спрашиваю я.

— Красивый вид, – человек пожимает плечами.

Это я могу понять.

— Кто вы?

— Именно я? – он усмехается.

— Нет.. Вы все, те, кого мы называем Та-Нечер.

— Мы уже ответили на этот вопрос в самый первый раз, Эсвель тоже спрашивал. Каждый раз рассказывать одну и ту же историю утомительно.

— А вы помните все три визита? – осторожно спрашиваю я.

— Конечно.

Та-Нечер проходит мимо нашей системы один раз в тысячу двести тридцать один год, этому человеку, если он помнит все три визита, не меньше трех тысяч семисот лет.

— Может быть, сжалитесь над моей ограниченностью и расскажете еще раз? – предлагаю я.

— Тебе все равно, Сентек. Ты здесь не за этим. Зачем ты нас искал? – он поворачивается ко мне.

Раньше я считал его человеком, или мне так казалось в зареве Некалпа. Теперь я уже не уверен. Возможно, он и выглядит как человек, но на самом деле он что-то другое. Я смотрю ему в глаза – в его взгляде отблеск другого взгляда, того самого, который я, величайший из художников Альрата, так и не смог передать на бумаге.

— Шесемт, – говорю я.

— Что это? – спрашивает он.

— Вы не только Богов на Альрате оставили, – уже с полной уверенностью отвечаю я. – Вы дали нам чипы, которые могут записывать сознание, но еще вы оставили тех, кто может ими управлять.

— Да, вы сделали их первыми жрецами. Они еще живы?

— Их потомки, теперь это закрытый культ. Незначительный. Их считают колдунами.

— Великую технологию сложно отличить от магии, – человек улыбается.

— Глубокомысленная фраза, – я склоняю голову.

— Не моя, – он продолжает улыбаться. – Это сказал один великий мечтатель, даже не подозревавший, на какие свершения вдохновят его мечты. Так ты говоришь, ваши первые жрецы еще остались на Альрате? И они еще помнят нас?

— Они тоже называют вас «Та-Нечер». Возможно, Эсвель узнал это название от них.

— Мы никогда так себя не называли.

— А как вы себя называете?