Страница 89 из 90
— Господин Корвин будет ждать вас послезавтра. Время — на ваше усмотрение, если вы сумеете предупредить нас заранее, — пояснил мужчина как по писаному. — Так же мы можем перенести встречу в том случае, если у вас появятся неотложные дела. Сейчас такой период, что, бесспорно, Имперская Безопасность может войти в положение…
«Это даже звучит странно, но… льстит. Возможно, такого эффекта они и добивались. Однако…».
— Есть небольшая проблема. Связи нет, и сообщить господину Корвину о своих планах как в прошлые разы я не смогу.
— Просто обратитесь к любому представителю Имперской Безопасности, господин Лазарь, — Поук и это произнёс так, словно вопрос не стал для него неожиданностью. — Всего доброго.
— Всего доброго… — я проводил спину безопасника взглядом, а когда тот скрылся из виду — нахмурился.
«Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Для спецслужб Первой Империи такое поведение едва ли естественно… и поговорить с Родериком на этот счёт я уже не смогу — он работает. Значит, придётся разбираться вслепую, ориентируясь на свои ощущения и логику. Вопрос в том, чего именно они от меня захотят? Услуг? Нет ничего, что может дать безопасникам восемнадцатилетний студент. Вербовка? Вероятно, но, опять же, ни в одном из миров высшую аристократию не берут на такую работу — слишком сильны семейные связи, нет способов обеспечить достаточный уровень доверия и контроля. Вопросы, вопросы… Сплошные, что б меня, вопросы».
Я встряхнулся, отгоняя лишние мысли.
Впереди ждал вечер, а вечер сегодня принадлежал Эльзе — мы успели договориться о том, чтобы провести его на прогулке, и потому сейчас я прямым курсом двинулся искать девушку.
Забрал её из центрального зала, а спустя время, когда солнце уже уверенно клонилось к закату, мы сели в беседке у южного фонтана.
Никакой приватностью тут и не пахло: вокруг сновали студенты, патрулировала охрана, то и дело мелькали гвардейцы… но все привычные маршруты и дорожки к укромным местам были перекрыты, так что нам приходилось довольствоваться малым.
Эльза сидела на скамье, подобрав под себя ноги и укутавшись в полы накидки из невесомой ткани, выполняющей роль украшения и ничего более. Я устроился рядом, оперевшись спиной на стенку беседки и закинув руку на бортик так, чтобы девушка могла устроить на ней голову.
— Ты сегодня необычно задумчив, — заметила Эльза, поймав мой взгляд. — Ты и обычно витаешь в облаках, но с обеда… тебя как будто пришибло, Лекс.
— Так заметно? — я вскинул бровь, улыбнулся. — Я расскажу потом, Эльза. Сейчас это не важно…
— А что важно?
Я демонстративно обвёл свободной рукой окружающий нас парк:
— Тишина, умиротворение, гармония и хорошая компания, как по мне. — Я опустил веки, глубоко вдохнув. — Такие моменты ценны, знаешь?
— Ты же не собрался умереть на днях? — Эльза боднула меня затылком. — Это же не единственный такой момент. Да и вон, сколько народу вокруг… — она замолчала, тихо фыркнув. — Я сегодня упомянула леди Корнель, помнишь? Она подтвердила, что покинет Академию. На время. Ей нельзя сидеть тут без связи и без возможности нормально работать. Поэтому я пока предоставлена сама себе. Себе — и огромному списку литературы для изучения, который разве что экипажем с библиотеки вывозить…
— Расстроена? — я опустил ладонь ей на макушку, зарывшись пальцами в волосы.
— Немного. — Эльза помолчала. — Но я понимаю, что она слишком важный человек, чтобы сидеть тут и ждать, пока Имперская Безопасность соизволит отменить «режим тишины». Даже её присутствие было скорее исключением из правил. Она ведь даже не преподаватель…
— Как и многие другие приглашённые специалисты, — согласно кивнул я. — Но она всё равно взяла тебя под крыло, Эльза. Это о чём-то, да говорит…
— Взяла. И я ей за это благодарна. Но… — она вздохнула, — но теперь мне придётся больше заниматься самой, как раньше.
— Может быть, это даже к лучшему. Будет больше времени на тренировки. Твоя наставница наверняка оценит, если ты ударными темпами улучшишь контроль и закроешь свои слабые стороны… — как ни крути, а те навыки, которые мои друзья пожелали освоить, требовали усилий. Значительных усилий, которые особенно тяжело приложить в молодости, когда нет ни усидчивости, ни твёрдого понимания того, что есть вещи, которые даются только скучным каждодневным трудом. — Эльза?
— Да?
Я мягко погладил её по голове, перебирая локоны. Выдохнул.
— Ты ведь понимаешь, что ситуация, которая сейчас сложилась, может… затянуться? И что я буду втянут в этот вихрь независимо от моего желания? События вокруг развиваются так, что я, кажется, уже по пояс увяз во всём этом, — я замолчал на пару секунд, давая ей осмыслить сказанное. — И если ты останешься рядом, то…
— Лександр Лазарь! — Голос Эльзы резко стал ледяным, а она сама подняла голову, заглянув мне в глаза. Подалась вперёд, угрожающе прищурившись. — Ты опять пытаешься оттолкнуть меня ради моей же безопасности?
— Всего лишь пытаюсь дать тебе выбор, — я качнул головой, вернув на лицо мягкую улыбку. — Иногда лучше лишний раз спросить, чем промолчать.
— Пф-ф! — на этот раз она фыркнула громко, возмущённо и даже зло. — Я свой выбор уже сделала, Лекс. Меня не волнует то, что вокруг начали сгущаться тучи. «Будущий столп» ты или кто ещё — мне плевать. В хорошем смысле. Я не собираюсь убегать, поджав хвост… — Эльза как-то резко стала тише, продолжив. — Да и не поможет это уже. Очевидно, что если кто-то решит дотянуться до тебя, то он в любом случае ударит через меня, Алисию, Лизу… через всех, до кого сможет дотянуться с минимальным для себя риском.
Я фыркнул:
— Я постараюсь, чтобы этот риск не был…
— Я не договорила, — Эльза решительно прижала палец к моим губам. — Ты очень быстро стал слишком важной частью моей жизни, Лекс. И я не позволю ни тебе, ни кому-либо ещё самовольно это менять. Даже если ты думаешь, что так будет лучше. Понял?
Я окинул Эльзу взглядом, невольно задаваясь вопросом о том, как в этой миниатюрной, рыжеволосой, до невозможного резкой с чужими людьми аристократке может скрываться девушка, которую хочется спрятать где-нибудь, где ей не будет ничего угрожать.
«Совершенно абсурдное чувство для человека, который не больше месяца тому назад считал, что сентиментальность и слепоту чувств из него вымыли прожитые десятилетия. Но, видно, молодость — это не столько состояние разума, сколько состояние тела. Как иронично…».
— Понял, — я взял её ладонь в руку, усмехнулся едва заметно. — Прости.