Страница 38 из 90
За одним и столов у самого входа сидели Кризенфорты, собравшие вокруг себя целую свиту из десятка аристократов. Ян, как обычно, демонстративно меня игнорировал, а вот Астрид… она смотрела прямо на Эльзу, и этот её взгляд мне совсем не понравился. Блондинка вновь мимолётом посмотрела на меня, после чего вернулась к какой-то беседе за своим столом с совершенно равнодушным видом.
Эльза этого ожидаемо не заметила, не имея привычки ждать удара отовсюду сразу. Она с улыбкой продолжила вещать о леди Корнель и своём первом пилотном медицинском проекте, в то время как у меня в груди заворочалась холодная, липкая неприязнь.
«Я могу понять Кризенфортов. Могу понять их мотивы. Могу даже понять, почему они едва ли решатся на прямую конфронтацию. Но принять это?».
С одной стороны, всё шло к тому, что я буду вынужден воевать с детьми. Причём способами, далёкими от детских забав. Потому что в отношении себя я обоснованные выпады стерпеть ещё смог бы, сведя последствия к минимуму.
«Но под ударом моё окружение. И сколь бы матёрой интриганкой себя ни считала Эльза, что-то мне подсказывает, что против Кризенфортов со свитой прихлебателей она ничего не сможет поделать».
Мы покинули обеденный зал, бегом ринувшись в нужную аудиторию — пришлось ускориться, чтобы не опоздать. Успели за минуту до: едва заняли места, как в аудиторию вошла непосредственно профессор Мора, по устоявшейся в Первой Академии традиции сразу же заперев входные двери.
— Господа и дамы, — уверенная в себе возрастная дама прошлась вдоль кафедры, размахивая указкой на манер дирижёрской палочки. — Я просмотрела ваши выступления. Не каждого, но многих. И знаете, что я вам скажу? В совокупности вы умудрились допустить все возможные ошибки, которые только можно себе вообразить. И даже парочку таких, которые вообразить нельзя вообще!
Кто-то в аудитории нервно хихикнул, не иначе как вспомнив своё практическое выступление, попадающее под категорию невозможного, но в плохом смысле. Все остальные оказались много благоразумнее, и под взглядом женщины вели себя тише воды, ниже травы.
— Не обольщайтесь, — продолжила Мора, сложив руки за спиной и покачивая указкой. — Смеяться тут не над чем. Каждая ошибка, допущенная на экзамене, в иных обстоятельствах могла бы строить кому-то времени, здоровья или даже жизни. Даже если результат в итоге оценили на высший балл. Посему я взяла на себя смелость и каталогизировала ваши промашки, выделив основное. Внимание на доску…
Проекция всплыла параллельно поверхности доски, заполнив пустоту списком из нескольких пунктов, написанных аккуратным, каллиграфическим почерком. Как ни посмотри, а выглядело это настолько естественно, что даже я не смог бы заподозрить в увиденном иллюзию — чувствовался опыт многих лет преподавания.
— Ошибка номер один, господа и дамы. Самая распространённая, — она указала указкой на первый, подсветившийся пункт. — Непонимание разницы между стабильностью конструкта и его прочностью. Скажете, нечто простое? Но судя по практической части экзамена я бы сказала, что эта проблема присутствует у семи человек из десяти. Масштабируйте сами на весь поток, это несложно.
На проекции встретились два понятия: стабильность и прочность. А профессор продолжила вещать:
— Я попрошу вас запомнить, господа и дамы. Стабильность — это способность конструкта сохранять форму и свои свойства во времени. Прочность — это его способность выдерживать внешнее воздействие. Ни то, ни другое не имеет прямого отношения к воплощённому материалу. И это — разные вещи. Можно создать вазу, которая рассыплется осколками от малейшего прикосновения, а можно создать нестабильный, но прочный кусок стали. В работе с эриксом важно уметь делать и первое, и второе. И понимать разницу, умело балансируя между этими двумя характеристиками…
Я слушал с интересом, вопреки своей уверенности открывая для себя что-то новое. Профессор Мора знала своё дело, и её лекции, — это была уже третья с начала учебного года, — не позволяли особо отвлекаться на что-то ещё.
— А теперь ошибка номер два, — продолжила профессор. — Недооценка возможностей катализаторов… или переоценка их. Господин Лазарь, — я встрепенулся, — попрошу вас встать и выйти ко мне. Да, вот сюда, пожалуйста…
Я занял обозначенное место, держа в поле зрения и своих однокурсников, и профессора.
— Итак, что я имею в виду, спросите? Продемонстрируем наглядно. Господин Лазарь, воспользуйтесь любой удобной вам техникой или техниками, и создайте поочерёдно яблоко, стальной куб, ветку дерева, горящий факел и кусок льда…
Я послушно выполнил всё затребованное, для вида активировав вторую материализацию, и застыл в ожидании.
— Вы используете материализацию, господин Лазарь? — я кивнул, и профессор обернулась к аудитории, агрессивно взмахнув указкой. — Итак, что мы видим? Материализация. Одна из основных техник, которые используются людьми. Создание инструмента, постоянных конструкций, прочих явлений — всё это делают с помощью материализации или её подвидов. Огонь горит, лёд тает, металл твёрд, как ему и подобает…
Профессор постучала указкой по кубу стали, прежде чем продолжить:
— А теперь мы попросим господина Лазаря создать всё то же самое, но с использованием техники моделирования. То же самое — значит материальное. Прошу, — я удивился, но виду не подал, прервав материализацию и с помощью моделирования воссоздав все пять объектов. Профессор поднесла руку к факелу, ощутила жар, коснулась льда — и удовлетворённо кивнула. — Можете поверить мне на слово, господа и дамы, но и этот огонь горяч, лёд — холоден, а металл всё ещё достаточно прочен. Это — переоценка возможностей катализатора как она есть. Конечно же, я сама попросила господина Лазаря прибегнуть к моделированию, но это не более, чем способ наглядной демонстрации сути ошибки.
Абсолютно все в аудитории к этому моменту обратились вслух, не сводя взглядов с меня, профессора и моих конструктов.
— Господин Лазарь в данном случае добился нужного результата, но на деле — он перегружает устройство на порядок сильнее, чем если бы была использована специализированная техника. Это означает, что какими бы способностями ни обладал господин Лазарь, но с помощью материализации он бы создал на пару порядков более стабильные конструкты, нежели с помощью моделирования…
Мимолётным движением профессор создала длинный и вытянутый шип, пройдясь им по созданным мною объектам. И я не стал слишком сильно сопротивляться, позволив им распасться.