Страница 50 из 70
— Привет, — улыбнулся ей я. — Как дела у тебя? Хорошо выглядишь. — И, не дав ей возможности ответить, потащил к эскалатору. — Пошли быстрее!
— Куда пошли? — удивленно спросила Марина, послушно семеня рядом и заглядывая мне в глаза.
— Увидишь, — уклончиво ответил я и еле успел придержать ее, чтобы не грохнулась. — Осторожнее!
Время поджимало. Где-то наверху, возле ВДНХ, стояла Ирина и явно крыла меня недобрыми словами, потому что я уже опаздывал на добрых десять минут. Ее сообщения в виде гневных смайликов я на всякий случай игнорировал.
— Куда ты меня тащишь? — с недоумением переспросила Марина.
— Времени мало, нам сегодня нужно многое успеть, — сделал я ответственное заявление.
Марина не нашла, что мне возразить, но видно было, что она еле сдерживается от любопытства.
Мы торопливо выскочили наверх, стремительно пересекли дорогу на зеленый свет, и я принялся оглядываться в поисках Ирины. К счастью, обнаружил ее сразу. Она стояла возле небольшой рекламной тумбы и, свирепо притопывая от холода, что-то яростно наговаривала в телефон.
— Нам туда, — сказал я и потянул Марину за собой.
Когда мы подошли, я с радостным воодушевлением воскликнул:
— Привет, Ирина!
От неожиданности она чуть не выронила телефон.
— Стефания, я тебе перезвоню, — буркнула Ирина в трубку и отключилась. А затем воззрилась сперва на меня, а потом на Марину Носик.
— Та-а-ак! Ни-че-го не поняла, — отчеканила она столь ледяным тоном, что ему позавидовала бы и Земля Франца-Иосифа в самый холодный февральский период.
Я сделал вид, что вообще не врубился, и с энтузиазмом лучезарного простачка восторженно заявил:
— Девушки, знакомьтесь. Это Марина Носик, аспирантка нашего НИИ нейрохирургии, а это Ирина Павловна, вдова академика Епиходова. Да-да-да! Того самого легендарного Епиходова, моего первого научного руководителя.
Марина Носик, которая при виде Ирины сразу было скисла, нахмурилась и бросала то на меня, то на нее негодующие взгляды, при этих словах чуть воспряла духом.
Ирина, которая сначала была словно Снежная Королева, при имени «Марина Носик» тоже со странным любопытством взглянула на нее — видимо, от Лысоткина кое-что слышала или же Михайленко ей рассказал, на что я и рассчитывал.
Вволю насладившись возникшей мхатовской паузой и вау-эффектом, я как ни в чем не бывало с еще более лучезарным и придурковатым видом заявил:
— Ну что, раз все готовы, вызываем такси и едем туда, куда надо!
— А куда надо? — поджала ярко-карминовые губы Ирина и смерила меня нечитаемым взглядом.
— Мы же идем кататься в аэродинамической трубе, — пробормотала Марина и удивленно посмотрела на меня. — Погоди, Сережа, а ты разве Ирине Павловне не сказал?
При словах «Ирина Павловна» Ирину передернуло: она была лишь на год или два старше Марины, а та, получается, подчеркнула ее возраст.
— Можешь называть меня Ириной, милочка, — высокомерно позволила она, но при этом не преминула поджать губы и бросить на Марину концентрированно-ядовитый взгляд.
Та чисто по-женски легко считала все это и, в свою очередь, сказала абсолютно невинным голосом пятиклассницы, которая только что получила очередную пятерку по русскому языку за сочинение:
— Да как-то я не смею вдову академика, научного руководителя Сергея, называть не по имени-отчеству.
Лицо Ирины стало по цвету примерно таким же, как ее бледно-зеленая куртка, но она с достоинством выдержала поражение и ничего не сказала.
«Один — ноль в пользу Марины», — восхищенно подумал я. Вот уж от кого не ожидал. Обычно такие, как Ирина, таких, как Носик, едят на завтрак.
Тем временем подъехало такси, которое, к счастью, оказалось рядом, и ждать пришлось не больше двух минут. Я предложил девушкам садиться.
Тут тоже возникла небольшая заминка: Ирина хотела сесть впереди, но и Марина внезапно возжелала того же, поэтому в результате небольшой, но кровопролитной и яростной перепалки все закончилось тем, что я их усадил рядышком на заднее сиденье, а впереди расположился сам.
— Погнали! — скомандовал я слегка деморализованному этой перепалкой таксисту, и мы тронулись.
Не проехали мы и пары улиц, как Ирина заявила склочным голосом:
— Откройте окно, здесь так душно!
— Ой, не надо окно, я сквозняков боюсь! — мстительно воскликнула Марина дрожащим голосом, и я понял, что этот поход в аэротрубу отнюдь не станет самым мирным и радостным событием в моей жизни.
Что ж, я готов был терпеть все это ради главной цели. И не ошибся.
В гардеробе Марина пропустила Ирину вперед, чтобы сдать куртку. При этом посмотрела на нас чистым взглядом и громко сказала:
— Проходите, Ирина Павловна, старших надо пропускать вперед.
Ирина при этих словах побагровела, но не сказала ничего. Молча пошла раздеваться.
«Два — ноль», — подвел счет я, мысленно улыбаясь.
Было интересно наблюдать за всем этим и выяснить, где у Ирины находится точка кипения и насколько в моей прошлой жизни она умело притворялась и водила меня за нос.
Когда мы спустились в комнату для переодевания, Ирина посмотрела на Марину материнским взглядом и сказала с подчеркнуто плохо скрываемым злорадством:
— Мариночка, может, стоит снять такой толстый слой тонального крема? Под шлемом размажется, придется за чистку платить. За стеклом твои прыщики все равно видно не будет.
Марина вспыхнула и смутилась, искоса бросив на меня затравленный взгляд. Ирина попала в самое больное место.
«Два — один», — подвел итог я, с интересом продолжая наблюдать за развитием событий.
Хорошо, что пришел инструктор — спортивный, подтянутый мужчина примерно лет сорока пяти, который сразу сделал стойку и моментально положил глаз на Ирину.
Неудивительно: в отличие от Марины, которая пришла в стареньком свитере ручной вязки и дешевых джинсах, Ирина красовалась в туго обтягивающих ее роскошный зад леггинсах и в брендовой кашемировой кофточке, которая облепила ее бюст, словно вторая кожа. Умело нанесенный макияж, холеное лицо и красиво уложенные волосы выдавали в ней даму из высшего сословия. На ее фоне Марина, у которой волосики были скручены в какую-то дульку-косичку, выглядела дурнушкой.
Ирина, заметив заинтересованный взор инструктора, приосанилась и бросила торжествующий взгляд на Марину. Та поджала губы, но смолчала.
«Два — два», — разочарованно подумал я и продолжил наблюдать за развитием ситуации. Все-таки на чисто женском поле с Ириной соревноваться было сложно.