Страница 50 из 74
— Знаю-знаю, — Иванов положил руку ему на плечо. — Знаю, Иван Палыч. Но в Особом отделе работают люди, которые не будут разбираться. Для них слово «саботаж» — приговор. И если бумага дойдет до верхов, особенно до тех, кто тебя недолюбливает…
— Троцкий, — выдохнул Петров.
— Троцкий, — подтвердил Иванов. — Он тебя заметил еще давно. Видимо люди нужные доложили ему, фокус внимания его направили на тебя. Ну и сам понимаешь… И твой провал сегодня — это еще один повод для них. Для тех, кто хочет убрать тебя как фигуру. Коробейников — это только вершина айсберга. За ним стоит кто-то выше. И они уже работают.
Он помолчал, глядя в окно на заснеженный двор.
— Я пришел предупредить тебя, Иван Палыч. У тебя есть день-два, может, три, пока эта бумага пройдет все стадии. Потом будет поздно. Тебя вызовут на «беседу», и там уже никто не будет слушать про глюкозу и опилки.
— Что мне делать? — спросил Петров, и голос его звучал глухо, но твердо.
— Единственное, что может спасти, — немедленно доказать, что твои технологии работают, — Иванов сжал его плечо. — Нужен результат. Прямо сейчас. Не завтра, не через неделю. Действовать нужно на опережение. Когда Анна Львовна родит, и ты сможешь выехать — ты должен явиться в Особый отдел с образцами, с документами, с экспертизой. У тебя есть союзники — я, Шлоссер, еще несколько ребят. Мы дадим тебе охрану. Но действовать надо быстро. Иначе…
Он не договорил. Иван Павлович понял и без слов.
— Спасибо, — сказал он. — Что бы я без тебя делал.
— Друзья для того и нужны, — ответил Иванов и вдруг улыбнулся — той простой, теплой улыбкой, которая была так непохожа на его чекистскую строгость. — Как там Анна Львовна?
— Держится, — Петров вздохнул. — Но тяжело. Обвитие. Профессор Вартанян говорит, что все под контролем, но…
— Я видел его внизу, — кивнул Иванов. — Говорят, отличный специалист.
— Лучший в Москве.
— Тогда верь ему. Иди к жене, — Иванов хлопнул Петрова по плечу. — А я буду рядом. Если что — сразу дам знать. Ты только не сдавайся, Иван Палыч. Ты справишься. И с этим, — он кивнул в сторону палаты, — и с тем, что за дверями.
Петров кивнул, но не двинулся с места.
— Спасибо, — повторил он.
— Иди, — мягко повторил Иванов.
Петров повернулся и пошел обратно к палате. У двери он остановился, глубоко вздохнул, расправил плечи и вошел.
Анна лежала неподвижно, глаза ее были закрыты. Но когда он присел на стул и взял ее за руку, она открыла их и посмотрела на него.
— Ваня, — прошептала она. — Это тот твой друг, чекист?
— Да, — ответил он. — Валдис. Приехал проведать.
— Хороший человек, — слабо улыбнулась Анна. — Он тебя не будет зря тревожить. Наверное, что-то случилось?
— Ничего такого, что мы не смогли бы решить, — Петров прижался губами к ее пальцам. — Ты отдыхай. Я здесь. Я с тобой.
Анна вздохнула, снова закрыла глаза, и только пальцы ее остались сжатыми в его ладони.