Страница 21 из 49
— Я хочу понять, с кем мне придется провести четыре недели, — говорила она, размахивая рукой с бутылкой. — Вы всегда такой молчаливый или пока присматриваетесь? Может, у вас внутри идет сложный процесс знакомства, просто снаружи он никак не отражается? Я, например, когда присматриваюсь, задаю вопросы. Много вопросов. Люди иногда уходят, но это уже их решение.
— Я заметил, — ответил Валера.
— Что именно? Что я задаю вопросы или что люди уходят?
— И то и другое.
Я услышала, как Лариса шумно выдохнула, но по ее походке было видно: интерес только усилился. Любой другой мужчина уже попытался бы пошутить, заигрывать или хотя бы объяснить, что он просто сосредоточен на маршруте. Валера не пытался понравиться. Он шел рядом, вовремя придерживал ветки и коротко предупреждал о ямах. Для Ларисы, привыкшей брать людей напором, это было почти личным вызовом.
— Хорошо, — сказала она после паузы. — Раз вы решили экономить слова, я буду говорить за двоих. У меня большой запас. Я даже могу рассказывать вам о своей работе, бывшем однокласснике, который продавал фильтры для воды, и кошке тети Маши, хотя кошку я видела один раз. К вечеру вы сами попросите меня задавать короткие вопросы.
— Посмотрим.
— О, целое слово. Я добиваюсь прогресса.
Валера повернулся к ней, и даже с расстояния я заметила, как он слегка улыбнулся.
Лариса тоже заметила. После этого пошла бодрее.
Первые полтора километра дались мне терпимо. Дорога то поднималась, то выравнивалась, под ногами шуршали сухие иголки, пахло соснами и влажной землей. Я вспотела почти сразу, футболка прилипла между лопатками, под грудью стало жарко, а спортивный топ начал напоминать, что покупался в интернете по принципу «размер вроде мой, отзывы хорошие, женщина на фотографии улыбается». Женщина улыбалась зря. Через полчаса лямка впилась в плечо, резинка давила, а грудь при каждом более резком шаге пыталась жить по собственному графику.
Я старалась не думать об этом и упрямо смотрела вперед. На злости идти получалось проще. Злость выстраивала дорогу в короткие отрезки: дойти до поворота, до высокой сосны, до той женщины в синей футболке, которая сначала была далеко, а теперь шла всего в нескольких шагах. Я не собиралась никому ничего доказывать. По крайней мере, именно это повторяла себе, пока ускорялась всякий раз, когда впереди кто-то уходил дальше.
— Сбавьте темп, — сказал Максим.
— Я нормально иду.
— Сейчас — да. Через десять минут начнете задыхаться.
— Вы умеете предсказывать будущее? Тогда скажите сразу, будет ли вечером что-нибудь кроме гречки. Я готова терпеть ваши команды гораздо спокойнее, если в конце маршрута меня ждет хотя бы куриная ножка.
— Курица будет.
— Настоящая? Не измельченная до состояния грустной паровой котлеты?
— Насколько я знаю, курица обычно настоящая. Но готовить ее будете вы.
— Я приехала худеть, а попала в трудовой лагерь.
— Вы подписали программу с бытовыми нагрузками.
— Я подписывала документы после медицинского обследования, голодная и ослабленная. Любой хороший адвокат докажет, что я находилась под давлением обстоятельств.
Максим чуть повернул голову и посмотрел на меня внимательнее.
— Вы прихрамываете.
Я тут же выровняла шаг.
— Неправда.
— Правая нога. Уже минуты три ставите ее осторожнее.
— Просто здесь камни.
— Камни с обеих сторон, а бережете вы одну пятку. Остановитесь.
Он произнес это спокойно, но таким тоном, что спорить захотелось исключительно из принципа. Я сделала еще два шага, собираясь доказать, что все прекрасно, и тут пятку ощутимо обожгло. Новые кроссовки, которые дома казались мягкими, удобными и созданными специально для будущей спортивной жизни, решили показать характер. Видимо, им тоже назначили личного инструктора, и он оказался садистом.
— Тамара, — повторил Максим. — К обочине. Сейчас же.
— Я могу дойти до остановки вместе со всеми. Не надо устраивать чрезвычайное происшествие из-за одного кроссовка.
— Через километр из-за этого кроссовка у вас будет содранная кожа. Потом вы перегрузите колено и завтра будете жаловаться уже на две проблемы. Мне проще потратить три минуты сейчас.
Рядом прошли несколько пар. Лариса обернулась, но Валера что-то сказал ей, и она продолжила идти, только показала мне большой палец. Вид у нее был такой, будто она не желала мне здоровья, а поздравляла с персональной остановкой рядом с красивым мужчиной.
Я сошла к краю дороги и села на поваленное бревно. Оно оказалось низким, колени сразу поднялись, живот собрался мягкими складками, и вся поза была далека от изящества. Максим опустился передо мной на корточки и открыл небольшой карман на поясе. Оттуда появились пластырь, антисептическая салфетка и пара тонких носков.
— У вас там что, целая аптека? — спросила я, наблюдая, как он развязывает шнурок. — Или вы заранее знали, что участницы начнут разваливаться по дороге?
— Это базовый набор. Снимайте кроссовок.
— Я сама могу.
— Я вижу.
Он отодвинул руку, позволяя мне справиться. Я стащила кроссовок, потом носок и увидела на пятке красное натертое место. Кожа еще не лопнула, но уже собиралась. Максим провел пальцем рядом, проверяя, где именно давит обувь. Его ладонь обхватила мою щиколотку уверенно и осторожно. Обычное прикосновение, рабочее, ничего особенного. Только мне вдруг стало тесно в собственной футболке, а все заранее приготовленные колкости разбежались.
Я посмотрела на его склоненную голову. Темные волосы коротко подстрижены, на виске тонкий светлый шрам, который я раньше не замечала. Руки крупные, загорелые, с короткими ногтями. Он держал мою ногу спокойно, без брезгливости, без неловкости, будто пышная женщина с мокрыми от жары висками и красной пяткой являлась обычной частью его рабочего дня.
После бывшего я слишком хорошо помнила мужские взгляды, в которых сначала появлялась оценка, потом вывод. Максим не оценивал форму икры, размер бедра или то, насколько красиво я выгляжу, сидя на бревне. Он смотрел на натертую кожу и решал проблему. Почему-то от этого мне стало совсем неловко.
— Сейчас обработаю, может немного щипать, — предупредил он.
— Я взрослая женщина. Я пережила измену, корпоратив в караоке и попытку самостоятельно собрать шкаф. Антисептик меня не испугает.
Салфетка коснулась пятки, и я дернула ногой.
— Не испугал, — спокойно заметил Максим. — Просто застал врасплох.
— Это была проверка ваших рефлексов.