Джокер

29. Эдди

Я, честно говоря,

не

планировала

сеять хаос в криминальной организации. Но, в мою защиту, мне было скучно, и я

принесла

маффины.

Комплекс оказался значительно больше, чем я предполагала. С террасы виллы все выглядело живописно и ухоженно – пальмы, извилистые гравийные дорожки и океан, мерцающий за холмами, как заставка на рабочем столе. Но стоило выйти за пределы, как стало ясно: термин «частное владение» здесь не подходит. Это больше напоминало скрытое островное королевство.

Одного только ландшафтного дизайна хватило бы, чтобы спрятать небольшое ополчение. Бугенвиллии карабкались по каменным стенам яростными всплесками розового и оранжевого; тропические птицы носились между манговыми деревьями, словно опаздывали на важные встречи; а где-то слева я слышала гул генераторов, делающих вид, что они не питают что-то незаконное.

Нижнюю часть территории усеивали несколько больших зданий – не деревенские сараи и не очаровательные гостевые домики, а широкие, низкие склады из бетона и гофрированного металла. Они были выкрашены в выгоревший на солнце нейтральный цвет, который предполагал, что здесь не на что смотреть, но на самом деле означал обратное.

Разумеется, я собиралась провести расследование.

Отвлечь Сашу и постоянно сменяющуюся линейку огромных мужчин, которым было поручено «ненавязчиво находиться рядом со мной в любое время», оказалось проще, чем я думала. Стоило мне сказать, что я собираюсь печь – а это технически не было ложью, – они оставили меня в покое.

Я испекла партию маффинов – в конце концов, не могла же я явиться с пустыми руками – и выскользнула с боковой террасы, чувствуя себя героиней самого неспортивного шпионского фильма в мире. Побег удался легче, чем должен был, наверное, потому что я даже не покидала территорию. Я прошла около половины пути, когда услышала это.

Низкий электрический гул гольф-кара.

Я замерла на месте, коробка с маффинами опасно покачнулась, когда из-за угла выехал гольф-кар с четырьмя парнями Саши в темных рубашках и солнцезащитных очках.

Я нырнула за куст гибискуса.

Оглядываясь назад, стоило выбрать что-то с более прочной структурой. Я быстро поняла, что гибискус – растение декоративное, а

не

тактическое.

Я сидела на корточках, прижимая маффины к груди, пока гольф-кар проезжал мимо на неспешной скорости. Один из них мельком взглянул в мою сторону и, вероятно, заметил подозрительный шелест листьев, но потом – благословенные небеса – они поехали дальше.

Я оставалась неподвижной еще пять долгих секунд, затем встала, стряхнула лепестки с волос и продолжила свою миссию.

По мере приближения от склада начало пахнуть маслом и чем-то металлическим, о чем я решила не спрашивать. Здание казалось огромным, стальные двери были приоткрыты, открывая пещеристый интерьер, залитый дневным светом, пробивающимся через высокие прямоугольные окна под потолком.

Внутри стоял низкий, ровный гул: далекий лязг, скрежет чего-то тяжелого и бормотание голосов на русском. Саша говорил, что у него «встречи», что в его мире означало парней в облегающих рубашках, обсуждающих логистику с интенсивностью малого военного совета.

Это не было похоже на наркопритон. Это выглядело организованно и почти стерильно. Металлические стеллажи вдоль стен, ящики, аккуратно промаркированные контейнеры. Рабочие столы расставлены с почти хирургической точностью.

Я осторожно вошла внутрь, балансируя маффинами, как мирным подношением. Запах шоколада и сахара был, мягко говоря, неуместен среди масла и стали. Что бы ни говорило мое поведение, я не была полной идиоткой. Я болезненно осознавала, что эти мужчины опасны.

Но даже опасным мужчинам нужно есть, и в долгосрочной перспективе завоевать их лояльность не помешало бы. Саша мог думать, что я не понимаю, что делаю, но, когда ты красивая беззащитная женщина среди группы закаленных гангстеров, я решила попробовать убить их добротой.

У меня сложилось впечатление, что это важная встреча, а значит, ей определенно нужны закуски.

Пространство было огромным, солнечный свет прорезал высокие окна резкими, индустриальными лучами.

Длинный стальной стол был выдвинут в центр и покрыт чертежами, распечатанными манифестами и картой, выглядевшей гораздо более международной, чем я ожидала. Мужчины стояли вокруг него свободным полукругом, плечи расправлены, внимание сосредоточено на одном человеке.

Саше.

Стоя во главе стола, он выглядел так, будто его вырезали из камня. Одна татуированная рука опиралась на стальную поверхность, другая лежала рядом со стопкой документов. Он говорил спокойным, размеренным русским, его голос разносился, никогда не повышаясь.

Я простояла там примерно три секунды, впитывая всю эту пугающую картину криминального гения.

Затем я прочистила горло.

Никто не отреагировал. Они, вероятно, не слышали меня. Я слегка приподняла коробку, как универсальный знак «

пожалуйста, не стреляйте в меня

».

— Я принесла маффины! — радостно объявила я.

Каждая голова на складе резко повернулась.

Саша сначала не пошевелился, просто уставился на меня, как на какое-то привидение. Он так и не закончил свою фразу, слова затихли в оглушительной тишине.

О нет. Они что, не любят маффины?

По чертам Саши разлилось очень специфическое, глубоко сдерживаемое раздражение.

— Эдди, — ровно сказал он.

Я подарила ему яркую улыбку.

— Да?

— Тебя здесь не должно быть.

— Я знаю, — весело сказала я, все равно направляясь к столу. — Но ты пропустил обед.

Мышца на его челюсти дернулась, и он обвел рукой пространство.

— У нас встреча.

— Я вижу, — ответила я, ставя коробку прямо поверх транспортного манифеста. — Выглядело напряженно. Повысить уровень сахара в крови не помешает.

Один из молодых парней уставился на меня так, будто я только что прошла сквозь стену. Другой взглянул на Сашу, явно оценивая, собираются ли меня сейчас вышвыривать.

— С шоколадной крошкой, — добавила я, открывая крышку. — Не была уверена, какие приготовить, но потом подумала: никто не ненавидит шоколад, я права?

Взгляд Саши опустился на коробку, затем снова поднялся ко мне.

— Ты пришла сюда пешком? — он провел рукой по лицу.

— Ага.

— Одна.

— Ну, по пути был гольф-кар, так что я знала, что не потерялась, — пожала я плечами.

В комнате пронеслось оживление, я видела, как пара человек пытаются сдержать смех.