Джокер

— Ой. — Она повернулась обратно к мужчинам, глаза широко раскрылись от извинения. — Извините. Как неловко!

Более низкий на этот раз действительно рассмеялся, а затем пробормотал что-то на беглом испанском. Зная, что недооценивать противника – плохая идея, я напрягся еще сильнее.

— Да, моя вина. Я часто так делаю. Это привычка, над которой я работаю, — сказала Эдди, глядя на него.

— С кем ты разговариваешь? — Я нахмурился.

Она указала на мужчин.

— Э-э-э, с ними?

— Ты говоришь по-испански? — Я уставился на нее.

— О, да. Немного. Мои бабушка и дедушка были из Пуэрто-Рико, и папа раньше говорил с нами по-испански.

Как я мог этого не знать?

Я прочитал страницы и страницы о ее прошлом, и ни слова о том, что она говорит по-испански. Я не знал, сыграет ли это мне на пользу или нет.

Она снова протянула руку мужчинам.

— Я Эдди.

Нет. Блять, нет.

Более высокий заколебался, затем – вопреки собственному инстинкту, я это видел – пожал ей руку.

— Рафаэль, — сказал он.

Его брови слегка приподнялись, будто он не был уверен, что с ней делать.

— Ты знаешь, где находишься, Рафаэль? — вмешался я, мой голос понизился в тоне, становясь холоднее.

Его глаза метнулись к моим.

— Мы ходим, куда хотим.

— Только не здесь, — просто сказал я. — Не без разрешения.

Более низкий слегка пошевелился – ровно настолько, чтобы я заметил очертания пистолета под его рубашкой.

Рафаэль слабо изогнул губы.

— Территории меняются.

— Рад, что мы согласны, — протянул я. — Потому что эта – моя.

Он присвистнул сквозь зубы.

— Ненадолго.

Воздух натянулся до предела.

Позади них дверь бутика распахнулась – внутрь ворвались мои люди, с оружием наготове, тяжело дыша. Их, должно быть, отвлекли от постов. Отвлекли. Одного этого хватило, чтобы новая волна ледяной ярости захлестнула меня.

Руки дернулись, инстинктивно потянувшись к оружию, которое мы все носили.

Ни у кого из нас пальцы не лежали на спусковых крючках, но границы теперь были проведены сталью, а не просто намеками.

Эдди замерла рядом со мной.

— Ладно, — мягко сказала она. — Это гораздо напряженнее, чем я ожидала.

Рафаэль не вздрогнул при виде оружия. Это сказало мне все, что нужно. Это не было ошибкой. Это было послание.

Я усилил хватку на ее талии, сжав челюсти так сильно, что, казалось, коренные зубы сотрутся в порошок. Глаза Рафаэля метнулись к моей руке – и я увидел, как в них обострилось понимание.

— Ты приводишь ее сюда?

— Я привожу ее везде.

— Тогда научи ее, где ее место, — сказал он, слегка кивнув в сторону Эдди. — Теперь это спорная территория.

— Нет, — поправил я его. — Моя.

Повисла секундная тишина, затем взгляд Рафаэля заострился.

— Твои поставки говорят об обратном.

Вот оно.

Похоже,

Familia

прощупывала границы, выискивая, где мы сломаемся. Я сжал ее сильнее, сцепив зубы так крепко, что, казалось, коренные зубы сотрутся в порошок.

— Думаешь, сможешь перекрыть линии поставок и вот так войти на мою территорию? — тихо спросил я.

— Мы думаем, — медленно сказал Рафаэль, — что ты здесь новичок.

— И мы думаем, что ты переоцениваешь свои силы.

— А еще мы думаем, — добавил тот, что пониже, с усмешкой, — что ты за это заплатишь.

Температура в комнате упала на десять градусов.

В тот самый момент Эдди слегка прижалась ко мне. Это не было намеренным соблазнением – хотя мой член, конечно, заметил – просто инстинктивным поиском контакта. Ее плечо коснулось моей груди, и ее нежные пальцы легко вцепились в рубашку спереди, будто ей нужна была опора.

Рафаэль сделал выверенный, намеренный шаг назад.

— Мы пришли поздороваться. И дать тебе знать… Это не закончится здесь. Ты не сможешь обосноваться на этом острове, как будто он уже твой. — Он усмехнулся и изучал меня холодными, жесткими глазами. — Твои поставки будут продолжать истощаться. Твои люди будут продолжать исчезать. А в следующий раз, — добавил он, снова взглянув на Эдди, — мы не будем такими вежливыми.

Каждая мышца моего тела напряглась. Мои люди усилили строй, их пальцы подрагивали на спусковых крючках. Одно неверное движение – и это место превратится в кровавую баню.

Рафаэль удерживал мой взгляд одну долгую секунду. Затем он один раз кивнул и вышел. Его спутник последовал за ним. Дверь захлопнулась, и тишина заполнила пространство, которое они оставили после себя.

— Это было… интересно, — Эдди все еще смотрела на дверь. — Может, этим ребятам нужно выпить коктейль, чтобы расслабиться или типа того. Боже.

Закрыв глаза на краткий миг, я попытался не сорваться, но с треском провалился. Я повернулся к своим людям, челюсти сжаты так сильно, что казалось, они вот-вот треснут.

— И где, блять, вы были?

Мой голос хлестнул по бутику, как кнут, достаточно резко, чтобы даже хозяин магазина вздрогнул за прилавком. Мои люди инстинктивно выпрямились, но назад дороги уже не было.

— У вас было две точки входа, — продолжил я, медленно и намеренно шагая вперед, отмеряя каждое слово. —

Две

. И всего одна работа. Следить за периметром, контролировать доступ, и все же каким-то образом — я указал на дверь с жесткой, лишенной юмора улыбкой — у нас появились гости.

— Босс, нас застали врасплох...

— Мне насрать, что вас отвлекло, — рявкнул я, повысив голос ровно настолько, чтобы угроза стала недвусмысленной. — Вы не имеете права отвлекаться. Вы не покидаете позиции, если только я не прикажу.

Один из них пошевелился, его челюсть сжалась.

— Там была суматоха вниз по улице. Выглядела как настоящая.

— Они хотели, чтобы вы ушли, — продолжил я тихо. — И вы дали им именно то, что они хотели. Вы понимаете, что это значит?

Никто не ответил.

— Это значит, — я сделал шаг ближе, — что они зашли на мою территорию, посмотрели мне в глаза и проверили, как далеко они могут зайти, прежде чем я начну давать отпор.

Мой взгляд медленно и целенаправленно скользил между ними.

— Это значит, что вы облажались.

Слово повисло в воздухе тяжелым грузом.

— И, если бы с ней что-то случилось… — мой голос стал ниже, в нем зазвучало что-то более темное, что-то гораздо менее контролируемое, — …от вас не осталось бы даже того, что можно было бы предъявить для объяснений.

Тишина. Абсолютная, оглушительная тишина.