Джокер

Моя рука слегка сжалась на его мошонке, пока я ловила кайф от своего оргазма, но, похоже, ему тоже нравилась капля боли вперемешку с удовольствием.

Он отодвинулся, оставив во рту только головку, и я глубоко вдохнула. Жадно я обвела языком распухшую головку, облизывая ее, как свою любимую, блять, леденец.

— Думаешь, сможешь принять все, детка? — прохрипел он, трахая мой рот короткими, влажными толчками.

Я выпустила его с влажным чмоканьем, нить слюны соединяла мои губы с его огромным членом.

— Дааа! Ты такой вкусный, блять.

— Да неужели? Ну тогда держи еще немного. — Саша мрачно рассмеялся, а затем прижал мое лицо к своим яйцам. Мой язык высунулся без единой лишней мысли, играя с ними и втягивая их в рот.

Затем я провела языком длинную полосу от его мешочка до текущей головки и засунула лицо вниз на его член, мои ногти легко скользнули от его промежности до яичек.

Дрожь пронзила его тело, и он зашипел.

— У моего Маленького Дьявола есть скрытые грязные наклонности?

— М-хм, — промычала я вокруг него, и он начал двигать мою голову вверх и вниз по своей длине, держа за волосы. Комнату наполнило пошлое чавканье, пока Саша прибавлял темп, с каждым движением приближаясь к самому дну моего горла, пока его яйца не начали шлепать меня по подбородку.

Рык прокатился по его груди, когда я нежно провела пальцами по его промежности, его член теперь безжалостно трахал мое горло. Его яйца были все еще такими скользкими, что мой палец соскользнул, когда он сделал жестокий толчок бедром.

Саша замер на секунду, почувствовав, как он надавил на его анус, но затем расслабился, продолжая атаку на мое горло.

Был ли он… не против этого? Хотел ли он, чтобы я…

Прежде чем я успела все обдумать, я усилила давление на его кольцо, и он ответил на это резким рывком за мой сосок. Самый кончик моего пальца протиснулся внутрь, и он окончательно сошел с ума.

Я чувствовала, как его член пульсирует, становясь невероятно твердым, и засунула больше пальца в его задницу.

— Бля-а-а-ать! Твой рот так охрененно сжимает мой огромный член. Поиграй с моей задницей, детка, я сейчас кончу!

Я смотрела прямо в его глаза и двигала пальцем внутри него, пока не нашла то самое место, заставив его полностью потерять контроль. Обхватив мою голову обеими руками, он вогнал себя до упора мне в рот. Я чувствовала, как он сжимается вокруг моего пальца в такт пульсации его члена, выстреливая поток густой спермы прямо мне в горло.

— Глотай мою гребаную сперму! — Он подался назад ровно настолько, чтобы пара струй ударила мне по языку, и я с жадностью проглотила их. — Да, вот так. Высоси меня досуха, как хорошая шлюшка, которой ты и являешься. Забирай все до последней капли.

Я втянула щеки, убедившись, что собрала все его семя. Саша оттащил меня от своего члена и уставился на меня сверху вниз сквозь отверстия маски, мы оба тяжело дышали.

Мое лицо, должно быть, было месивом из слез и слюны, но, когда его хватка на моих волосах ослабла, я почувствовала, как его пальцы в перчатках нежно гладят мою щеку. Вытирая слезы с глаз, все еще пытаясь отдышаться, я прижалась к его прикосновению.

Саша издал удовлетворенный, урчащий звук глубоко в горле и прохрипел:

— Хорошая девочка. Ты так хорошо справилась.

Большими пальцами он вытер слезы, а затем рукавом вытер мне рот, прежде чем убрать свой все еще наполовину твердый член и застегнуть молнию на комбинезоне. Он бросил косой взгляд на Эрика, чье лицо было покрыто слезами и соплями, и медленно покачал головой.

— Жалкое зрелище. Я бы почти пожалел тебя, особенно потому, что тебе никогда не суждено испытать то, что только что испытал я, но… — Он пожал руками. — Это было бы ложью.

Я смотрела на него в трансе, мои мысли были ленивыми и вялыми, пока я купалась в послевкусии того, что только что произошло. Саша без усилий поднял меня, моя грудь стукнулась о его перед.

Мои колени все еще были слабыми, но он легко удержал меня.

Где-то слева от меня Эрик издал задушенный, приглушенный звук сквозь кляп. Реальность ситуации с жестокой силой вернулась на свое место.

Кровь.

Пластиковые стяжки.

Взрослый мужик, который преследовал меня и пытался мной воспользоваться, теперь валяется на моем полу с раздробленной коленной чашечкой.

Мой желудок болезненно сжался.

— У нас заканчивается время. Мне нужно, чтобы ты собрала вещи.

— Собрала вещи? — тупо повторила я эхом, все еще находясь в прострации.

— Да, детка. Собрала вещи. Только то, без чего ты не можешь жить. То, что нельзя заменить. — Он обвел взглядом мою разгромленную гостиную. — Хотя, похоже, ты и так занималась сборами?

Я переступила с ноги на ногу, внезапно остро осознавая все: беспорядок, кровь, пистолет на его поясе и тот факт, что я стою здесь полуодетая и совершенно не понимаю, что происходит.

— Я переезжаю.

Вот. Это идеально описывало мою ситуацию без необходимости разглашать мой полный провал во взрослой жизни.

— Да, переезжаешь.

— Я… я знаю. Это я только что сказала. — Я обвела руками комнату, приподняв брови. — Отсюда весь этот бардак.

— Не в том смысле. Господи, какая же ты лапочка.

Саша так и не снял маску, поэтому я не могла прочесть выражение его лица. Мои мысли все еще были заторможенными и туманными; мозг до сих пор отчаянно цеплялся за тот факт, что меньше двух минут назад я сделала выбор, из-за которого от меня, вероятно, отрекутся все мои предки.

Христос, он меня даже еще не трахнул, а я уже чувствовала себя так, словно любая рациональная мысль покинула мое тело.

Его рука поднялась к моему горлу, слегка сжав его и заставляя полностью переключить внимание на него.

— Ты едешь со мной, и как бы я ни ненавидел тебя торопить, у нас заканчивается время.

С пола снова донесся глухой, отчаянный звук, заставив меня посмотреть на Эрика. Его расширенные от ужаса глаза были прикованы к нам.

— Саша… — сказала я тихо. — А как же… он?

Саша даже не взглянул.

— Он будет жить.

— Это не… — мой голос дрогнул. — Это не то, что я имела в виду.

— Он сделал выбор, — ровно сказал Саша. — Теперь он живет с последствиями. Если он умный, он будет держать рот на замке. Если нет… — Он пожал плечами.

Эта мысль тяжелым и холодным грузом опустилась у меня в желудке.

Он развернул меня к себе спиной и отвесил легкий шлепок по заднице:

— Это значит, мне нужно, чтобы ты пошла собирать вещи, детка.