Страница 9 из 98
— Она видела наши лица. — Говорит мужчина постарше, стоящий у двери: — И ваше, босс. Возможно, она что-то слышала по дороге. Мы должны её убить. Слишком опасно оставлять её в живых.
Он говорит это так легко, словно эта женщина, которую схватили из-за их ошибки, не имеет права на жизнь. Словно её можно вышвырнуть, как мусор, хотя даже той женщине, которую они должны были похитить, не должно было быть причинено никакого вреда.
Убить женщину, даже покалечить её, всё равно что переступить черту. Но я знаю, что для моего отца это было бы в порядке вещей. Для многих моих людей это не так. И теперь я разрываюсь между уважением, за которое я борюсь, и тем, что я могу или не могу заставить себя сделать с этой девушкой.
Её лицо побелело. Услышав это, она приоткрыла рот, словно хотела умолять, но не могла подобрать слова. Я вижу, как вздымается её грудь. Она на грани паники.
Убить её - простое решение. Значит, она больше не доставит нам проблем. А пленники сами создают проблемы. Я попросил привести ко мне Катю не просто так, а ради чего-то стоящего. Сомневаюсь, что эта женщина чего-то стоит.
— Пожалуйста... — с трудом выдыхает она, и я поднимаю руку. Она замолкает, но я вижу, что её глаза заблестели, как будто она сдерживает слёзы.
Не успеваю я принять решение, как дверь открывается и входит Виктор. Мой заместитель сразу же оценивает обстановку: не та женщина в кресле, напряженная атмосфера в комнате, мой едва сдерживаемый гнев.
Его взгляд прикован ко мне.
— Босс. У нас есть информация.
Я ещё раз смотрю на Лизи, которая заметно дрожит, и перевожу взгляд на Виктора.
— Говори.
Виктор смотрит на женщину, потом снова на меня.
— Она богатая наследница. Семья Бауман. Её отец - миллиардер, занимающийся недвижимостью и частными инвестициями. Живая она стоит больше, чем мёртвая.
Я медленно вздыхаю. По крайней мере, это то, что я могу продать своим людям, если они спросят, почему я её не убил. Если она чего-то стоит, то пуля – это глупый выбор. Я провожу языком по зубам, размышляя.
— Сколько? — Спрашиваю я Виктора.
Он снова бросает на неё взгляд.
— Её отец? Он заплатил бы миллионы, чтобы вернуть её. Возможно, десятки миллионов.
Всё складывается достаточно удачно. Я могу задержать её здесь и отправить её отцу требование о выкупе, а затем произвести обмен, как только будет получен платёж. Это сложнее, чем просто убить её, но выигрыш будет существенным. И это решает проблему некомпетентности моих людей таким образом, что это действительно идёт на пользу организации.
Я смотрю на двух мужчин, стоящих у двери.
— Развяжите её и отведите в одну из гостевых комнат. Убедитесь, что она заперта и охраняется. Потом я хочу, чтобы вы двое и все остальные, кто участвовал в этой операции, ждали меня внизу.
— Но, босс...— начинает молодой мужчина.
— Думаешь, я спрашиваю? — Мой голос становится убийственно спокойным. — Думаешь, это предмет для обсуждения?
Молодой человек затыкается. Старший выглядит крайне обеспокоенным. Отлично.
— Она стоит денег, — невозмутимо продолжаю я. — Больше, чем любой из вас заработает за год. Мы вернём её отцу за выкуп и получим прибыль от вашей ошибки. Это стратегическое решение. Деловое решение.
Оба мужчины с трудом сглатывают и кивают.
— Развяжите её, — приказываю я. — Сейчас же.
Я стою там, пока они оба быстро вскакивают, чтобы выполнить мои команды, расстёгивают ремни и поднимают её со стула. Она не сопротивляется, когда они помогают ей встать, но я вижу, как в её глазах появляется страх. Она не знает, куда её ведут.
Она смотрит на меня, пока её ведут к двери, и я вижу, что она всё ещё бледна и напугана, но ничего не говорит. Она не сопротивляется, как будто понимает, что это бессмысленно. Она вздёргивает подбородок, словно пытаясь показать, что не сдаётся, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться.
Она беспомощна и полностью в моей власти, но не хочет, чтобы я видел, как она сдаётся. И снова меня пронзает волна восхищения. Где-то под этой миловидной внешностью блондинки скрывается сталь.
А потом она уходит, и дверь за ней и моими людьми закрывается.
Я стою в своём кабинете наедине с Виктором и чувствую, как на меня наваливается груз прошедшего дня. Утренние проблемы с моими людьми, а теперь ещё и это похищение. Я уже планировал потребовать выкуп за Катю, но тут я не знаю, чего ожидать, а значит, мне придётся придумать, как поступить с этой женщиной. Впрочем, это должно быть несложно. Свяжусь с её отцом, получу деньги и верну её. А потом придумаю, что делать с Волковыми, раз уж мой план провалился.
— Зачем выкуп? — Тихо спрашивает Виктор. — Можно было просто её убить. Так было бы проще.
Я поднимаю руку и потираю затылок. От напряжения мышцы сводит. Мне нужен грёбаный отпуск, но, скорее всего, я его не получу, пока не окажусь в могиле. Если кто-то из мужчин в этой организации будет иметь право голоса, то это может произойти гораздо раньше, чем я думаю.
Мне нужно, чтобы всё прошло хорошо.
— Деньги всегда пригодятся, — говорю я наконец. — А так ошибка обернётся выгодой.
Виктор кивает, принимая это объяснение.
— Деньги – это хорошо, — соглашается он. — Мёртвая она ничего не стоит. Но это было незапланированно. И наши люди, похоже, не так сильно боятся совершить ошибку, как следовало бы.
— Они ещё пожалеют. — Я сжимаю зубы и встаю из-за стола. — Пойдём со мной. Сейчас мы поговорим с теми, кто всё испортил. Вызови остальных. Моих заместителей, охрану, всех, кто работает непосредственно на меня.
Выражение лица Виктора не меняется, но я вижу понимание в его глазах.
— Всех?
— Да. Пора отправить сообщение.
***
Когда я выхожу на улицу, во внутреннем дворе уже полно народу. Виктор стоит в центре, рядом с фонтаном, а рядом с ним - трое мужчин, которым поручено задание на сегодня. Тот, что помоложе, который был у меня в кабинете, нервничает, но у самого старшего серое лицо, как будто он знает, что сейчас произойдёт. Он здесь уже давно, и у меня такое чувство, что он действительно знает.
Остальные стоят вразнобой, переговариваясь вполголоса. Большинство из них собрались в соответствии со своим положением в организации. Я вижу Алексея с перевязанной рукой, он разговаривает с группой молодых людей. Я сжимаю зубы. После этого он будет рад, что я всего лишь вложил ему в руку ключ от машины.
Подойдя ближе, я вижу, что мужчина вспотел. На улице жарко, но по его взгляду я понимаю, что дело не в этом.