Тайное желание

Тишина затягивается. Я смотрю на здания, которые становятся всё старше и всё больше напоминают промышленные постройки. Мы въезжаем в часть города, которую я не узнаю. Куда-то далеко от сверкающих стеклянных башен моей обычной жизни.

— Если что-то пойдёт не так, — тихо говорит Андрей, — сразу беги за мной. Не думай. Не сомневайся. Просто беги.

— Всё пройдёт хорошо.

— Лизи. — Он наконец смотрит на меня жёстким и холодным взглядом. — Пообещай мне.

Я прикусываю губу и киваю.

— Обещаю.

Он кивает и снова отворачивается к окну. У меня сдавливает грудь. Я не хочу об этом думать. Я не хочу быть человеком, который идёт на встречу с отцом, думая, что всё пойдёт не по плану, что он сделает всё, чтобы навредить мне или уменьшить свои шансы вернуть меня. Как будто тень легла на солнечный свет, который освещал всю мою жизнь, и я ненавижу это.

Машина замедляет ход. Мы въезжаем на большую парковку, окружённую пустыми складами. На стенах разбитые окна и граффити.

Место, где происходят плохие вещи и никто не слышит твоих криков.

У меня сжимается желудок.

— Вон там. — Водитель указывает на чёрный седан, припаркованный у входа в одно из зданий. Машина моего отца.

— Оставайся в машине, пока я не осмотрюсь, — приказывает Андрей. Он уже вышел из машины, держа пистолет наготове и вглядываясь в каждую тень и каждый угол.

Его люди рассредоточиваются, проверяя линии обзора и точки входа. Я смотрю в окно, как открывается дверь машины моего отца.

Из неё выходит Александр Бауман, и у меня перехватывает дыхание. Он выглядит...

Отлично.

Не похоже, что он не выспался или что в его жизни что-то изменилось. Его костюм безупречен, борода аккуратно подстрижена, волосы уложены. Единственный признак того, что он хоть как-то переживает, – это плотно сжатые губы и слегка напряженная челюсть, с которой он осматривает окрестности.

Он не похож на человека, который не спит по ночам из-за похищения дочери. Он не похож на человека, который вообще что-то потерял.

У меня сжимается сердце.

Мне хочется выскочить из машины, подбежать к нему, спросить, почему он не выглядит более обеспокоенным, и обнять его. Но я остаюсь на месте, помня наставления Андрея. Если я ослушаюсь его сейчас, он больше никогда не будет прислушиваться к моему мнению и идеям.

Не знаю, почему это так важно для меня, если не считать возможности вырваться из его цепких рук. Но сейчас у меня нет времени об этом думать.

Андрей подходит к нему. Они слишком далеко, чтобы я могла расслышать, о чём они говорят, но я вижу напряжение в их позах. Телохранитель моего отца держит руку на оружии.

Затем Андрей оборачивается и показывает на машину. Водитель открывает мою дверь.

Я выхожу на холодный воздух, и лицо отца озаряется, когда он меня видит. На его губах появляется улыбка, и я испытываю облегчение.

Он действительно скучает по мне. Он действительно хотел, чтобы я вернулась. Он так выглядел только потому, что не хотел встречаться с похитителем своей дочери в таком виде, будто Андрей его одолел. Просто это… видимость.

— Лизи. — В его голосе слышится облегчение, и я улыбаюсь в ответ. Я иду ему навстречу.

И тут мир взрывается.

Отовсюду раздаются выстрелы: из окон склада, с крыш, из-за припаркованных машин. Кто-то кричит.

Андрей срывается с места раньше, чем я успеваю осознать происходящее. Он в два прыжка оказывается рядом со мной, наваливается на меня всем телом и валит на землю за машиной. От удара у меня перехватывает дыхание.

— Лежи! — Рычит он.

Снова выстрелы... их так много. Звук оглушительный, всепоглощающий. Я слышу звон бьющегося стекла, лязг металла, крики на русском. Рядом со мной на землю падает тело. Один из людей Андрея. Его глаза открыты, но в них пустота.

Он мёртв.

Я не могу дышать. Я ничего не могу сделать, кроме как прижаться к холодному асфальту, пока тело Андрея прикрывает меня, а над нами свистят пули.

— Машина! — Кричит Андрей кому-то. — Беги к чёртовой машине!

Теперь он стреляет в ответ. Я чувствую отдачу его пистолета всем телом, прижатым к его телу. Я чувствую запах пороха и крови, воздух внезапно становится густым и вязким. Кто-то хватает меня за руку – это Андрей, он поднимает меня, прикрывая собой от стрелков. Мы спотыкаясь бежим к его машине. Его люди стреляют, прикрывая нас, но стрелков слишком много.

Столько вариантов атаки.

Это была не встреча. Это была засада.

Меня подставил собственный отец.

Эта мысль приводит меня в такой ужас, что я почти перестаю двигаться. Ноги подкашиваются. Но Андрей железной хваткой тащит меня вперёд. Мы подходим к машине, и он заталкивает меня внутрь.

— Поехали! — Кричит он водителю. — Сейчас же!

Двигатель ревёт, шины визжат. Мы срываемся с места ещё до того, как я успеваю захлопнуть дверь, и меня швыряет на сиденье, когда машина набирает скорость.

За нами стреляют. Я слышу, как пули бьют в металл. Заднее стекло покрывается паутиной трещин, но не разбивается. Андрей наваливается на меня, вдавливая в сиденье, его тело полностью закрывает моё.

— Не смотри вверх, — приказывает он. — Не двигайся, чёрт возьми!

Я ничего не понимаю. Не могу. Меня так трясёт, что стучат зубы, а руки мокрые от чего-то. От крови. Не моей… чужой.

Стрельба стихает. Мы мчимся на полной скорости, резко сворачивая на поворотах, водитель выжимает из машины всё, что можно.

— Докладывай, — рявкает Андрей в телефон. Его вес по-прежнему прижимает меня к сиденью. — Кто выбрался?

Пауза. Его тело напрягается.

— Понял. — Он сбрасывает звонок.

Мы едем в тишине, кажется, несколько часов. Наконец машина замедляет ход. Мы возвращаемся в поместье, туда, где безопасно, думаю я и вздрагиваю.

Когда поместье Андрея стало безопасным местом?

Наверное, когда мой отец устроил засаду вместо того, чтобы встретиться со мной, как обещал.

Андрей медленно слезает с меня. Его лицо забрызгано кровью, пиджак порван.

— Выходи, — рычит он. — Сейчас же.

Я, пошатываясь, выхожу из машины. Ноги едва держат меня. Кровь на моем свитере, на руках, в волосах.

Чужая,

снова проносится в голове. Один из людей Андрея погиб, потому что я убедила его устроить эту встречу.

Входная дверь особняка открывается, и рука Андрея ложится мне на спину, подталкивая вперёд. Через холл. По коридору. Вверх по лестнице.

В мою комнату.