Тайное желание

Шаги тяжёлые, размеренные, они приближаются... и останавливаются у моей двери. Это шаги босса, который заходил в кабинет раньше, и я не знаю, хорошо это или плохо.

Сердце колотится так сильно, что кружится голова. Бежать некуда, спрятаться негде. Комната – это клетка, и я в ней заперта.

Щёлкает замок, дверь открывается.

И входит он...

Тот самый мужчина, которого я видела раньше, - главный. Я мельком вижу в коридоре троих мужчин в тактической одежде и с оружием, но дверь захлопывается, и мы остаёмся наедине.

Почему он такой красивый?

Мысль нелепая, но я ничего не могу с собой поделать. На мой взгляд, такой человек, как он, тот, кто похищает женщин, стреляет в мужчин, требует выкуп и руководит преступной организацией, должен быть уродливым. Но этот мужчина красив, как кинозвезда.

Он высокий и худощавый, и с тех пор, как я видела его в последний раз, он сменил одежду. Теперь на нём узкие брюки и рубашка на пуговицах. Когда он двигается, я вижу, как под тканью перекатываются мышцы, и мой взгляд цепляется за татуировки, которые покрывают его воротник, манжеты, шею и руки.

У него льдисто-голубые глаза, холодные, как осколки льда. Его присутствие наполняет комнату тем же властным и холодным духом, что и раньше. У него острый подбородок, резкие черты лица, пухлые губы и прямой нос.

Он никогда не ломался,

думаю я, и это кажется ещё одной бессмысленной деталью, которая сейчас совершенно не имеет значения.

Я готовлюсь к насилию, к тому, что он достанет пистолет, схватит меня за горло... к чему угодно. Но он просто стоит и смотрит на меня своими холодными глазами, выражение его лица невозможно прочесть.

— Сядь, — говорит он. Его акцент сильнее, чем я помню, слова звучат отрывисто.

Я не двигаюсь. Не могу. Ноги словно из бетона.

— Сядь, — повторяет он, и это не просьба.

Я опускаюсь на край кровати, вцепившись руками в матрас, чтобы они не дрожали. Он стоит у двери, расслабленный, но настороженный, как хищник, которому не нужно торопиться, потому что жертве некуда бежать.

— Ты слышала выстрелы, — говорит он. В его словах нет вопроса.

Я киваю, не доверяя своему голосу.

— Ты думаешь, что следующая на очереди.

Ещё один кивок.

Что-то похожее на удивление мелькает на его лице, но оно исчезает слишком быстро, чтобы быть уверенной.

— Ты не следующая.

Сначала я не улавливаю слов. Я пристально смотрю на него, ожидая кульминации, поворота, момента, когда он раскроет, что это всего лишь психологическая пытка перед финалом.

— Живой ты стоишь больше, чем мёртвой, — продолжает он деловым и бесстрастным тоном. — В частности, за тебя можно получить выкуп.

Выкуп.

Это слово повисает в воздухе между нами.

— Твой отец - миллиардер, — говорит он. — Мне сказали, что он очень богатый человек. Он заплатит, чтобы вернуть тебя.

Облегчение наваливается на меня так внезапно и мощно, что у меня кружится голова. Я не умру. Не сейчас. Не сегодня. Им нужны деньги, а не моя жизнь. То, что это повторилось здесь и сейчас, когда я была уверена, что они передумали, делает происходящее ещё более реальным.

Если мой отец заплатит, со мной всё будет в порядке... а почему бы и нет? Мой отец не самый добрый человек на свете, но я знаю, что он меня любит. Он вложил огромные деньги в моё образование и комфорт. Он не откажется платить, если от этого будет зависеть моя жизнь.

Я отчаянно пытаюсь скрыть облегчение и сохранить нейтральное выражение лица, но не уверена, что у меня получается. Его глаза слегка прищуриваются, словно он может прочесть каждую эмоцию на моём лице.

— Вот как это будет работать, — говорит он, доставая из кармана сложенный лист бумаги и ручку. — Ты напишешь письмо отцу. Скажешь ему, что жива, что с тобой всё в порядке и что тебя вернут в целости и сохранности в обмен на деньги. Ты подпишешь его, а я позвоню, чтобы он мог поговорить с тобой, а затем отправить ему. Он платит. Ты идёшь домой. — Он кладёт бумагу и ручку на комод, его движения точны и контролируемы.

— Всё просто, — добавляет он. — Деловая сделка. Ничего личного.

Я наконец обретаю дар речи, хотя это звучит грубее, чем мне хотелось бы.

— Ты серьёзно?

Его губы поджимаются.

— Да. Очень серьёзно.

— И ты думаешь, что мой отец действительно заплатит? — Вопрос срывается с моих губ раньше, чем я успеваю его остановить, и в нём сквозит лёгкое неповиновение. Не знаю, откуда оно взялось… может быть, это просто разочарование из-за того, что он так долго заставлял меня ждать, хотя изначально собирался просто потребовать выкуп. — За такую незначительную персону, как я?

Он впивается в меня взглядом и слегка прищуривается. Его взгляд скользит по мне, и, хотя в нём нет ничего, кроме льда, я чувствую, как по коже бегут мурашки. От того, как он смотрит на меня, моё сердце невольно начинает биться чуть быстрее. Этот человек, похоже, ничего не делает наполовину. Ничего.

— Ты его дочь, — сухо говорит он. — Он заплатит.

— Ты не знаешь моего отца. — Почему я всё ещё ему перечу? Как будто я не могу оставить его в покое. Как будто я не могу удержаться от того, чтобы не подколоть его, не поставить в неловкое положение, как он заставил меня чувствовать себя весь этот день. — Может, ему на меня плевать.

Мужчина поднимает бровь.

— Ты его единственный ребёнок. Сомневаюсь, что это так. Но если это так и он откажется... — он пожимает одним плечом. — Тогда хорошо, что патроны дешёвые, а ты не выглядишь так, будто много ешь. Я не потеряю на тебе много денег.

Я в шоке смотрю на него. Меня охватывает паника от того, как небрежно он говорит о моём убийстве, но я отказываюсь, я, чёрт возьми, отказываюсь, показывать ему это.

— Ты бы не стал убивать женщину.

Выражение его лица становится жёстче.

— Ты понятия не имеешь, кто я такой.

Я нервно облизываю губы, чувствуя, как нарастает паника. Я не хочу сломаться перед этим человеком. Я не хочу, чтобы он видел, как я напугана.

— Ты прав, — выдавливаю я из себя. — Я не знаю. Это несправедливо, не так ли? Я даже не знаю твоего имени.

— Это неразумно. Ты и так слишком много знаешь.

Я пожимаю плечами, медленно дышу, вдыхая через нос и выдыхая через рот, и пытаюсь сделать вид, что мне всё равно.

— Ну, я знаю, как ты выглядишь, так что как тебя зовут? Откуда ты знаешь, что если ты получишь выкуп, я не пойду в полицию?

О боже, заткнись уже, Лизи.