Дopoгой Aльфи

Глава 10

Глава 6

Харриет

ㅤ

Один только вид этой дурацкой, самодовольной ухмылки заставлял мою кровь в жилах закипать от гнева.

Больше всего на свете мне сейчас хотелось ворваться в его клетку и заставить этого ублюдка страдать. Выместить всю накопившуюся за долгие годы ярость, оставив тысячу мелких порезов на его покрытой татуировками груди.

Сидя на одном из кожаных диванов, я краем уха прислушивалась к приглушенному гулу голосов, пока просторная комната постепенно заполнялась людьми. В воздухе отчетливо витало осязаемое смешение нервного трепета и предвкушения. Общий зал нашего подземного клуба, где сейчас содержался под стражей Альфи, по вечерам всегда был переполнен, но в выходные дни здесь собиралось особенно много народу. Спасенные нами женщины и те немногие мужчины прекрасно знали, что это место — их зона безопасности, где можно без опаски находиться среди людей, сполна познавших все ужасы пережитого ими ада.

Разумеется, полуголый пленник за железными прутьями мгновенно превратился в главный объект для бурных обсуждений.

— Боже мой, да он же буквально весь покрыт татуировками, — негромко заметила Нэнси, одна из моих немногих давних и верных подруг.

— Он обычный мерзавец, — отрезала я, делая медленный глоток из своего бокала.

— Ты уверена? — Ее блуждающий взгляд надолго приковался к матрасу, на котором парень лежал, вытянувшись во весь рост и уставившись прямо в потолок, демонстративно игнорируя все происходящее вокруг. — От него как-то совсем не исходит угрозы.

— Тебе ли не знать, что подобные твари могут быть настолько же привлекательными внешне, насколько уродлива их скрытая суть. Внешний вид никогда не определяет, плох человек или хорош.

— Я знаю. Просто на этот раз мое чутье молчит. Его аура совершенно не излучает опасности, — Нэнси неопределенно пожала плечами.

Видит бог, Нэнси со своими вечными дурацкими аурами порой умудрялась утомлять. И хотя я не могла не признать, что она практически всегда безошибочно читала характер людей, я никогда не верила во все эти светящиеся дымки и прочую чепуху, которую она якобы видела вокруг окружающих. Я твердо знала, что Альфи кусок дерьма.

И этот самый кусок дерьма сейчас выглядел непозволительно расслабленным и довольным жизнью.

— Вытащи его, — скомандовала я Петросу.

Тот замер в секундном замешательстве, прежде чем неторопливо извлечь связку ключей из кармана и отпереть тяжелый замок.

Альфи даже не подумал оказать хоть какое-то сопротивление, когда Петрос грубо завел его руки за спину и защелкнул на запястьях прочные стальные наручники, после чего аккуратно снял с его лодыжек тяжелые кандалы. Наблюдая за тем, как Петрос бесцеремонно обращается с пленником, я внезапно ощутила странный, неуютный трепет где-то внизу живота. Опасное чувство, которое я поспешила немедленно оттолкнуть как можно дальше, наотрез отказываясь разбираться в его природе.

Петрос уверенно вывел Альфи за пределы клетки и направил прямиком ко мне. Десятки пар глаз со всех сторон с огромным интересом уставились на эту процессию, но Альфи продолжал высоко и гордо держать голову. Его, судя по всему, ни капли не смущал тот прискорбный факт, что из всей одежды на нем оставались только облегающие боксеры в комнате, до отказа набитой прилично одетыми людьми.

Это абсолютное, граничащее с наглостью отсутствие стыда заставило меня окончательно сойти с ума от ярости.

Петрос сильным движением заставил Альфи опуститься на колени всего в паре футов от моего дивана. То, с каким леденящим душу спокойствием парень устремил свой взгляд прямо в мои глаза, заставило меня внутренне содрогнуться. Он должен был трепетать от страха. Должен был пресмыкаться и молить о пощаде.

Но он этого не делал.

Иссиня-черные татуировки плотным ковром покрывали большую часть его груди, живота, рук и шеи. Причудливая смесь различных рисунков красноречиво свидетельствовала о том, что этот человек провел под иглой мастера не один десяток часов. Значит, к физической боли ему точно было не привыкать.

— Ну так что, ты наконец готов поделиться со мной тем, что тебе известно? — спросила я, подавшись всем телом вперед и удобно упершись локтями в колени.

— У меня сейчас ровно столько же информации для тебя, сколько было и пару часов назад, — даже его голос звучал пугающе уверенно. Наглый, самоуверенный ублюдок.

— В этой комнате полно людей, Альфи, которые с превеликим удовольствием посмотрели бы на то, как ты истекаешь кровью. Они мечтают о том, чтобы я швырнула тебя на пол и заживо отрезала твой паршивый член от твоего тела. Чтобы они могли вдоволь насладиться тем, как ты плачешь, кричишь и умоляешь о пощаде. Так что строить из себя крутого парня далеко не самая лучшая стратегия в твоем положении.

Этот придурок судорожно прикусил изнутри нижнюю губу, отчаянно пытаясь скрыть издевательскую ухмылку, которая так и норовила исказить уголок его рта. Но что было гораздо хуже, его мужское достоинство плотно натянуло тонкую ткань нижнего белья.

— О боже мой, — едва слышно выдохнула сидевшая рядом со мной Нэнси.

Неужели этот больной психопат... возбудился от моих угроз?

— Что это, черт возьми, такое? — процедила я, и каждое мое слово было буквально пропитано безграничным отвращением.

Альфи опустил взгляд вниз, после чего беспечно пожал плечами.

Дикая, неконтролируемая ярость мгновенно затопила все мое существо. Стремительно поднявшись на ноги, я одним резким движением извлекла из кармана выкидной нож и коршуном бросилась на Альфи, точным ударом ноги отправляя его на лопатки. Он повалился на спину с глухим ворчанием, из-за чего его скованные за спиной руки оказались больно зажаты между тяжелым телом и каменным полом.

— Ты вызываешь у меня неподдельное отвращение, — выплюнула я, намертво прижимая его к полу подошвой своего ботинка, которая со всей силы вдавилась прямо в его горло. — Ты должен ползать на коленях и умолять сохранить твою жалкую жизнь, а вместо этого ты смеешь возбуждаться? Сводить все к своему сраному члену. Ты просто очередная похотливая, жестокая тварь. Точно такая же, как и твой папаша.

Альфи хрипло застонал, и его кадык судорожно дернулся под натиском моей подошвы.

— Ничего не могу с собой поделать. Если ты и дальше собираешься так соблазнительно угрожать мне хорошим времяпрепровождением, мой дружок просто обязан присоединиться к этой вечеринке.