Страница 123 из 130
Глава Сорок пятая
САСКИЯ
Люстры, украшающие резной потолок старинного бального зала Букингемского дворца, мерцают маслянистым мягким желтым светом. На стенах висят картины, изображающие членов королевской семьи прошлых веков, наблюдающих за развитием событий. По правде говоря, от них у меня мурашки по коже даже больше, чем от тех, что в Оукли. Как будто они судят обо мне как о своей будущей королеве и находят во мне недостатки.
Да пошли они к черту. У меня получилось. Я заполучила самого завидного холостяка в Соединенном Королевстве и принца в придачу. Это то, чего мама всегда хотела для меня, и, черт возьми, я добилась этого — с папиной помощью, конечно. Переговоры заняли месяцы, и все это время я была как на иголках, ожидая, что наш секрет выйдет наружу, прежде чем мы будем готовы объявить о нем. Слава богу, этого не произошло.
Я люблю Луиса не больше, чем он любит меня, но это не имеет значения ни для кого из нас. Мы любим и уважаем друг друга, и нам нравится проводить время вместе. Он хороший человек и будет отличным отцом. Он также считает мою откровенность чем-то вроде глотка свежего воздуха в душном мире британской королевской семьи — это его слова, не мои. Хотя мне придется держать язык за зубами, когда того потребует случай. Я смогу это сделать. Вероятно.
Мы друзья — хорошие друзья, — и для меня этого достаточно, если это означает, что я могу выполнять мамины желания.
Я бы хотела, чтобы она была здесь. Несмотря на то, что моих воспоминаний о ней практически не существует, единственное, что я точно помню, это то, что она сказала мне, что мне суждено вырасти и выйти замуж за принца.
Я поднимаю взгляд к потолку, к Небесам, в которые я не уверена, что верю, но время от времени нахожу в них утешение. — Я сделала это, мам. Я надеюсь, ты гордишься мной.
Кожа на моей ладони болит от того количества рукопожатий, которые мне пришлось совершить. Вечеринка по случаю помолвки наследника престола — чертовски важное событие, и к тому времени, как придворные закончили все оформлять, список гостей увеличился до более чем тысячи человек.
Тысяча. С ума сойти.
По словам Луиса, на нашей свадьбе будет вдвое больше.
От этой мысли у меня начинается крапивница. Я могу быть откровенной и уверенной в себе, но даже у меня есть свои пределы.
Струйка воздуха касается моего затылка, и хрипловатый баритон, который я знаю всю свою жизнь, шепчет: — Мне теперь нужно встать перед тобой на колени, принцесса?
Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть дерзкую ухмылку Донована Синнера. — Я слышала, что сюда пускают всякий сброд. — Я оглядываюсь по сторонам, как будто ищу кого-то. — Охрана.
Донован хихикает. — Все та же старая Саския.
— Ты же не ожидал, что я изменюсь, правда? — Я усмехаюсь. — Спасибо, что пришел. Я действительно ценю это. Приятно видеть дружелюбное лицо среди толпы чопорных политиков и членов международной королевской семьи.
— О, у нас не было выбора. Мой отец настоял, чтобы весь клан Синнеров отправился в поездку.
— Для меня большая честь.
— Не обольщайся. Это не ради тебя. А ради всего этого. — Он обводит рукой бальный зал. — Всегда хотел получить приглашение в центр британской королевской семьи.
— Такой обаятельный. — Я легонько бью его по руке. — Я знаю, что ты любишь меня.
— Саския.
Я издаю стон, когда в поле зрения появляется Ксан, его лоб сильно нахмурен, пламенный взгляд прикован к Доновану.
— По крайней мере, мне больше не нужно беспокоиться о том, что ты увиваешься за моей сестрой.
Донован, обычно добродушный, бросает такой же обжигающий взгляд на Ксана. — Тебе и раньше не стоило об этом беспокоиться. Не то чтобы мне хоть раз удалось вбить это в твою твердолобую башку. Мы с Саскией никогда не интересовали друг друга ни в каком ином плане, кроме дружеского.
Двое мужчин на несколько секунд отводят взгляд. Как ни странно, первым срывается мой брат. — Луис ищет тебя.
— Беги, принцесса. — Донован подмигивает.
Убедившись, что никто не смотрит, я показываю ему средний палец.
Он смеется. — Неподобающе для королевской особы, Саския.
— Отъебись от неё, — рычит Ксан.
Я закатываю глаза. Эти двое грызут друг другу глотки, сколько я себя помню. Бьюсь об заклад, если я спрошу их, они даже не вспомнят, из-за чего они вообще поссорились. По словам Николаса, они были друзьями до смерти мамы и Аннабель и в течение нескольких лет после. Когда им было чуть за двадцать, они поссорились и с тех пор только рычат друг на друга.
Луис стоит рядом со своим отцом и сестрой. Когда я подхожу, он протягивает мне руку и приветствует меня сияющей улыбкой.
— Вот ты где.
— Ксан сказал, что ты искал меня.
— Да. Королева Дании хотела бы встретиться с нами. Извини нас, отец.
Следующие два часа — это бурные беседы с высокопоставленными лицами и членами королевской семьи, а также попытки не забыть сделать реверанс нужным людям. Я потеряла Луиса около часа назад, и с тех пор хожу в одиночку, стараясь не облажаться, выпалив опрометчивое «блядь». Это сложнее, чем кажется, когда мои братья используют это как глагол.
Это слишком. Мне нужен перерыв. Тихий момент, чтобы собраться с силами.
Оставляя бальный зал позади, я иду по коридору, пока голоса не стихают и не наступает тишина. Слава Богу. Я люблю вечеринки, но какой бы общительной я ни была, иногда даже мне хочется побыть в тишине посреди этого хаоса. Оставшись одна, я останавливаюсь, прислоняясь головой к стене и закрывая глаза.
Мгновение одиночества длится недолго. Звук глубокого мужского голоса, приближающегося ко мне, угрожает моему спокойствию. Я смотрю налево и направо. Пока ничего не видно. Хорошо. Я пересекаю холл и вхожу в другую гигантскую комнату, заставленную диванами, креслами и еще большим количеством картин. Я собираюсь присесть на один из диванов и, может быть, вздремнуть минут двадцать, когда поворачивается дверная ручка.
Черт.
Кто бы это ни был, я не в настроении разговаривать с еще большим количеством незнакомцев. Я знаю, что это та жизнь, на которую я подписалась, но Луис заверил меня, что мы привыкнем к ней, и от меня не будут требовать выполнения каких-либо королевских обязанностей без сопровождения по крайней мере в течение года.
Позади меня есть еще одна дверь. Я бросаюсь к ней, проскальзывая в самый последний момент. Только это не выход. Это кладовка. Черт возьми. Теперь мне придется переждать, пока тот, кто только что вошел, уйдет. Может быть, они, как и я, ищут несколько минут покоя.