Страница 33 из 195
ГЛАВА 7
Беги!
КАРЛИ
28 апреля
20:00
Прошло двенадцать часов с тех пор, как Илай привёз меня к себе домой. У меня не было с ним секса и он вообще ни о чем меня не просил — даже не велел снять одежду, чтобы он мог на меня посмотреть. Уже по одной этой причине доверять ему чуточку легче.
Я сижу за его кухонным столом перед тарелкой с едой. Илай сидит напротив; он налил себе бокал красного вина, а мне предложил колу.
Теперь я могу поговорить с ним, хотя и не совсем понимаю, о чем.
— Я уже пила вино раньше.
— Тебе семнадцать.
— Да. Некоторые из других… — я осекаюсь и делаю глоток шипучей колы.
— Они давали тебе вино? — он звучит раздраженно… или удивлённо.
— Да. Кто-то совсем чуть-чуть. А кто-то столько, что на ногах потом не могла стоять или нормально двигаться. Мне такое не нравится. Отец сказал, что я привыкну, если буду пить его чаще.
Илай снова утыкается в свою тарелку и я делаю то же самое. Набираю полную вилку пушистого белого картофельного пюре и наслаждаюсь вкусом, медленно пережёвывая. Затем зачерпываю горошек и проглатываю его вместе с ещё одним глотком колы. В моем животе урчит и каждый раз, когда я сглатываю, горло сжимается, напоминая мне, что нужно притормозить.
Илай снова нарушает тишину.
— Тот парень у тебя дома... он твой брат?
— Да, это Тристан. Мы близнецы.
Глаза Илая расширяются.
— Твой отец продаёт его для...?
Я качаю головой прежде, чем он успевает произнести это слово.
— Он говорит, что Тристан может сам делать выбор. У него сейчас две девушки.
— Две? — переспрашивает Илай.
Я киваю.
— Да. Но не одновременно. Они остаются у нас дома в разные ночи, если только Тристан не велит им уйти. Отец говорит, что ему нужно научиться не привязываться к женщинам.
— Твой брат пытался переспать с тобой?
В животе всё завязывается в узлы. Я не хочу признаваться в том, что позволяю брату использовать меня или в том, что мой отец это поощряет.
15 лет
Когда дверь комнаты открылась, я не ожидала увидеть брата.
— Хорошо развлеклась? — спрашивает он.
Я качаю головой. Он вскидывает бровь и закрывает за собой дверь. Дрожь пробегает по позвоночнику.
— Где отец?
— Уехал в город. — Он засовывает руки в карманы. Я отодвигаюсь вглубь кровати и обхватываю себя руками. — Чего ты хочешь?
— Твоё тело, — говорит он. — Я тебя трахну.
Я яростно замотала головой.
— Нет. Отец сказал — только когда он дома.
Тристан смеётся, стягивая через голову футболку. — Хочешь, чтобы я вместо тебя взял Кэти?
Всегда одно и то же. Он знает, что Кэти — моё слабое место и я сделаю что угодно, чтобы защитить её.
— Пожалуйста, Тристан, оставь её в покое. Она ещё совсем ребенок, пожалуйста… хватит причинять ей боль.
— Ты права. Она ребенок. И потому у неё там всё очень узко. — Он делает ещё шаг ко мне. — Но мне нравится, как она орет. Видела бы ты её, когда мой член у неё во рту. Скоро она сама будет умолять об этом, да и ты тоже. А теперь… раздевайся.
Желчь подступает к горлу. Он всё это время использовал Кэти. Мне следовало догадаться. Почему она ничего не сказала? Мне ужасно страшно, но, как обычно, я встаю и подчиняюсь. Тристан наблюдает похотливым взглядом, как я расстёгиваю молнию на платье и позволяю ему упасть к моим ногам.
— Ложись, — командует он.
Когда я оказываюсь на спине, он встаёт рядом с кроватью и проводит пальцами по шрамам на внутренней стороне моих бёдер.
— Мне это не нравится. Сделаешь так ещё раз — накажу Кэти.
Я сглатываю комок в горле. Я не могу остановиться. Красные линии. Красные линии. Эти мысли кружатся в голове, издеваясь. Напоминая, что если я не буду резать, то могу забыть о той жизненной силе, что течёт по моим венам. Я не могу этого допустить.
Тристан стягивает штаны и, когда они падают к ногам, отшвыривает их в сторону. Кровать прогибается под его весом, когда он опускается на колени между моих ног.
— Пожалуйста, не... — умоляю я, упираясь руками ему в грудь, чтобы оттолкнуть. Он хватает меня за запястье, заводит за голову и привязывает к изголовью.
— Тш-ш… не волнуйся, сестрёнка, с нашей последней встречи я много тренировался. Знаешь, сколько тёлок в школе мечтают о том, чтобы я их трахнул?
Он хватает моё второе запястье и тоже привязывает его. Я прикусываю язык и зажмуриваюсь, когда Тристан нависает надо мной. Он целует мою грудь, шею, ключицы, а затем прижимается губами к моим. От его дыхания несёт сигаретами и алкоголем, а губы у него грубые и сухие.
Когда я не отвечаю на поцелуй, он сжимает мою челюсть ладонью и силой размыкает мне рот, впуская свой влажный язык.
— М-м-м. А ты вкусная, сестрёнка.
Я мотаю головой и дёргаю за верёвки, пытаясь освободиться, но когда Тристан зажимает мне рот рукой, я позволяю своему телу обмякнуть. Он начинает двигаться внутри. Каждый толчок его бёдер отдаётся во всем теле и с каждым стоном он движется всё жёстче и быстрее, пока не переходит на мерный, качающий ритм.
Я лежу под ним с открытыми глазами, пристально изучая лицо. Его карие глаза — сейчас пустые, смотрящие в никуда — точная копия моих. Его губы такие же, как у меня, и даже нос имеет тот же крошечный изгиб. Я всегда знала, что мы близнецы, но до того, как он начал меня использовать, я никогда не видела в нем брата. Он был просто ещё один ребёнок в доме.
Ровно две минуты и десять секунд Тристан пользуется мной, пока я лежу неподвижно. Остановившись, он тянется к моим рукам, чтобы развязать веревки, а затем садится на пятки.
— Вставай и отсоси мне.
Я качаю головой. Это самое отвратительное из всего, что меня заставляют делать и после этого меня всегда рвёт. Я умоляю его о чем угодно другом, но всё бесполезно.
— Вставай, Карли, иначе я приведу Кэти и покажу тебе, как она сосёт. — Тристан берет свой член в руку и пару раз дёргает его. — Давай, ты же хочешь этого.
Слезы наворачиваются на глаза.
— Нет. Я не хочу. Если он вернётся домой, нас обоих накажут.
Он хватает меня за запястье и притягивает к себе, затем одной рукой фиксирует челюсть, приближая мою голову. Другой рукой он вталкивает свой член в рот.
— Делай это. Живо! — приказывает он.