Страница 90 из 349
. Это прежде всего племенное общество, первобытное общество — называйте как хотите. Затем — античное общество, Греция, и этот способ производства представляет собой определенную форму рабства. Далее — азиатский способ производства: данничество, характерное для момента возникновения великих империй, когда деревни и крестьяне платят центру империи дань, а не налоги. В первую очередь речь здесь идет о Китае и Японии на определенном этапе, а также о различных государствах Индии. Потом — феодализм. В чем разница между азиатским способом производства и феодализмом? При феодализме императора нет: феодализм рассеивается на более мелкие самодостаточные единицы, крестьян защищает тот или иной дворянин — что также подразумевает выплату дани, — а они поддерживают его товарами и так далее. Ну и наконец, капитализм.
Выстраивается ли из этого прямая линия? Считается, что капитализм возник исключительно из феодального способа производства, доказательством чему служит не только Европа — родина капитализма, но и Япония с ее уникальным видом феодализма. Но тогда возникает спор о линейной эволюции. Разворачивается ли она по прямой, или в обществе существуют множественные пути, множественные эволюции? Это одна проблема. Другая — очень серьезные споры об азиатском способе производства, или так называемом восточном деспотизме, который также теоретически осмысляется в качестве гидравлического общества
{49}
. Речь идет об обществах, все члены которых должны быть мобилизованы для реализации грандиозных проектов по ирригации и строительству дамб, и поэтому такой тип общества требовал централизации под руководством деспота или императора. Но это породило споры. Поэтому после смерти Маркса Энгельс исключил этот момент из своей версии теории способов производства, и наиболее подозрительные и, разумеется, антикоммунистические теоретики (Виттфогель!) усматривают причину его поступка в том, что Энгельс, как и Сталин после него, интуитивно понимал: их социализм был как раз таким восточным деспотизмом, и было бы лучше никогда больше об этом публично не упоминать. Что ж, такая теория по-своему интересна. Третий спорный момент, который возникает в связи со всем упомянутым, имеет отношение к вопросу о способе организации власти. Очевидно, что он появляется на фоне вопросов, заданных марксистской антропологией. Как мы видели у Леви-Стросса, в тот период пробудился интерес к так называемым первобытным обществам, к тому, как они функционируют, и интерес этот впоследствии вылился, с одной стороны, в утопизм, а с другой — в вопрос о власти и механизме ее возникновения. Каково отношение власти к различным способам производства? Сейчас вы увидите, что это влечет за собой всевозможные второстепенные проблемы, появления которых вы, возможно, не ожидали. Сюда входят вопросы о структуре общества, знаменитые базис и надстройка, которые якобы присутствуют в классическом марксизме, хотя Маркс упоминает о них лишь однажды — в предисловии к ранней версии раздела «Капитала», посвященного деньгам, который он в спешке опубликовал в конце 1950-х годов под названием «К критике политической экономии», прежде чем вернуться к работе над «Капиталом». Так называемая критика политической экономии вобрала в себя кое-что из этого, но базис и надстройка упоминаются лишь однажды в этом довольно важном предисловии.
Интерес к власти постепенно сместится к вопросу о том, как осуществляется власть и укрепляется авторитет, и возникнут вопросы, которые в марксистской традиции, конечно же, связаны с революцией. Первым теоретиком, который поставил подобные вопросы оригинальным — и совершенно иным — образом, был итальянец Грамши, и у Альтюссера возникнут свои разногласия — свой «разговор» — с Грамши. И, наконец, в вопросах о том, что такое способ производства и как он функционирует, Альтюссер будет ориентироваться на высказывания Мао Цзэдуна. Таким образом, вот одно направление, из которого возникнет множество различных позиций и следуя в котором Альтюссер будет стремиться решить теоретические проблемы, связанные с этой довольно традиционной для марксистской традиции формулировкой.
Второе великое альтюссеровское нововведение касается концепта идеологии. Вы увидите, как одна из проблем Альтюссера будет связана с функционированием общества, а другая — со структурой субъективности. Это означает, что из этих двух линий исследования вытекает определенный способ изучения текстов и выявления врагов. Давайте рассмотрим их, прежде чем переходить к идеологии. Существуют три основных направления критики альтюссерианских позиций. Легче выявить врагов Альтюссера, чем определить его собственные позиции, которые постоянно эволюционируют. Он сомневается, постоянно выдвигает новые версии своих идей, но его противники остаются прежними. Давайте сначала определим главного врага, что приведет нас к одному из аспектов пересмотра понятия идеологии. До Альтюссера в поле марксизма существует некое обобщенное понятие идеологического содержания. У нас есть понятие некоторых видов фашистской идеологии, мелкобуржуазной идеологии, идеологии крупных промышленников. Есть различные левые идеологии, анархизм и, конечно, для Коммунистической партии — троцкизм. Альтюссер заставляет нас вернуться к чему-то более базовому: разделению между идеализмом и материализмом. Альтюссер будет яростно настаивать на материализме. Вы понимаете, что в 1960-е годы материализм — это еще и объединяющий лозунг. Даже если вы не были марксистом, вы могли быть материалистом. Я просто упомяну, например, материалистический феминизм, который затем может объединиться с различными формами марксизма или социализма на основе материалистического взгляда на вещи, даже если марксистские представления о воспроизводстве не решали всех проблем пола.