Страница 186 из 349
В «Политическом бессознательном» Джеймисон задается целью раскрыть то «невидимое или подавленное историческое измерение как пережитого опыта, так и репрезентаций реальности в литературных и культурных текстах»
[178]
[Ibid. P. 320.]
. Здесь он активно и много обращается к еще одному французскому марксисту, Луи Альтюссеру, что характерно — антигегельянцу
[179]
[Стивен Бест считает, что Сартр, Лукач и Альтюссер — ключевые ориентиры в плане марксистской методологии, и называет их «Марксистский триумвират Джеймисона». См.: Best S. Jameson, Totality, and the Poststructuralist Critique // Postmodernism / Jameson / Critique / ed. D. Kellner. Washington: Maiso
. Альтюссер помог Джеймисону сформулировать одно из главных его открытий — открытие нарратива, идея которого будет использована по отношению к пониманию истории. В начале книги Джеймисон писал: «Говоря об истории литературы сегодня, мы можем заметить, что ее задача согласуется с задачей, предложенной Луи Альтюссером для историографии в целом: не разрабатывать некий достигнутый и реалистичный симулякр своего предполагаемого объекта, а скорее „создавать“ его „концепцию“»
[180]
[Jameson F. The Political Unconscious. Op. cit. P. 12.]
. Джеймисон ясно сформулировал трудность понимания истории. Проблема состояла в том, что история не может быть пережита и даже понята сама по себе. Ее можно понять только путем нарративизации: «…история — это
не
текст, не нарратив, не господствующий нарратив или что-то ещё, но то, что, как отсутствующая причина, она недоступна нам кроме как в текстовой форме и что наш подход к ней и к самому Реальному обязательно проходит через ее предварительную текстуализацию, ее нарративизацию в политическом бессознательном»
[181]
[Ibid. P. 35.]
. Нарративизируя историю, литературный критик может увидеть утопическую альтернативу — еще одна тема, которая станет лейтмотивом творчества Джеймисона.
Все эти книги, и «Политическое бессознательное» особенно, сделали Фредрика Джеймисона одним из самых влиятельных марксистских критиков. В 1982 году журнал
Diacritics
посвятил специальный выпуск «Политическому бессознательному»
[182]
[Diacritics. 1982. Vol. 12. № 3. Autumn.]
. В 1985 году в «Биографическом словаре неомарксизма» Джеймисон занял почетное место, и автор статьи писал про него следующее: «В пяти книгах и многочисленных статьях Джеймисон продемонстрировал, что марксизм обладает достаточно мощным единством знания, чтобы конкурировать с другими американскими философиями, и тем самым обеспечил значимое присутствие марксизма в интеллектуальном плане»
[183]
[Plater W. Fredric Jameson // Biographical Dictionary of Neo-Marxism / ed. R. A. Gorman R. A. Westport: Greenwood Press, 1985. P. 219.]
. Но это журнал и биографическая статья. В 1984 году про Джеймисона вышла книга — исследование Уильяма К. Доулинга «Джеймисон, Альтюссер, Маркс. Введение в политическое бессознательное»
[184]
[Dowling W. C. Jameson, Althusser, Marx. An Introduction to The Political Unconscious. Ithaca: Cornell University Press, 1984.]
. Всё это было до того, как Джеймисон предложил свою теорию постмодернизма, которая сделала его одним из главных мыслителей ХХ столетия (это уже четвертый раз, когда я напрасно использовал слово). Хотя «Биографический словарь неомарксизма» вышел в 1985 году, а эссе «Постмодернизм, или Культурная логика позднего капитализма» появилось в 1984-м, автор словарной статьи еще не был знаком с новой концепцией и восхвалял Джеймисона за предшествующие заслуги перед марксизмом.
Выше я упоминал, что изложу половину биографии Джеймисона. Настало время объяснить почему. Текст «Постмодернизм, или Культурная логика позднего капитализма» разделил творчество Джеймисона на «до» и «после». И нам, хотя речь и пойдет о дальнейшем пути Джеймисона, важно сказать, что мы будет говорить о Теории, а не о постмодернизме. В этом смысле я выполнил обещание, данное Александру Иванову. Хотя de jure слово «постмодернизм» в реальности будет использовано еще не один раз, de facto о нем не будет сказано ничего содержательного. Вернемся же поскорее к водоразделу в творчестве философа. В 1983 году Джеймисон перебрался в Калифорнийский университет в Санта-Крузе, а 1985 году устроился в Университет Дьюка, чтобы вновь преподавать литературу. В Университете Дьюка Джеймисон проработал до конца своей жизни. Символическим образом, несмотря на то что он написал еще много замечательных книг, ключевые работы, которые сделали его тем, кто он есть, были написаны до 1985 года, а после он, уже состоявшийся интеллектуал, продолжал творить в русле наработанной методологии. Как бы то ни было, его тексты вращались вокруг культуры, марксизма и т. д. И последнее. В 1985 году Джеймисон в течение семестра преподавал в Пекинском университете. Его лекции о постмодернизме были переведены на китайский язык и поэтому в Китае получили более взвешенное представление о постмодернизме, чем, например, в России, где про Джеймисона особо не знали в течение долгого времени. Вместо этого не вполне корректный образ постмодернизма у нас сформировался по «Интеллектуальным уловкам» Сокала и Брикомана
[185]
[Брикмон Ж., Сокал А. Интеллектуальные уловки / пер. А. Костиковой, Д. Кралечкина. М.: Дом интеллектуальной книги, 2002.]
. Но это уже совсем другая история.
Давайте же оставим Джеймисона здесь, в Дьюке, в 1985 году, где он проведет почти сорок лет своей обычной и творческой жизни. Где в какой-то момент, между прочим, приобретет большой фермерский дом и будет счастлив. И где также будет диалектически взаимодействовать с Теорией.
А порою очень грустны