Мой напарник вор

Глава 28. Внедрение

Фургон кейтеринговой службы подъехал к служебному въезду штаб-квартиры «Каза-Уголь» ровно в восемнадцать тридцать. Рада сидела на откидном сиденье в задней части фургона, между стеллажами с чистыми тарелками и коробками с закусками. Форма официантки — белая рубашка, черная жилетка, строгий галстук-бабочка — сидела на ней идеально.

Карим, облаченный в такой же костюм, сидел напротив, проверяя зарядное устройство, замаскированное под коробку для смарт-часов. Внутри лежал миниатюрный ноутбук — последняя модель, напичканная его собственной начинкой. Настоящая коробка с часами была в кармане его жилета. Риск вернуться в его убежище оправдался: никто не додумался искать тайник в самом здании брошенной швейки, а не в самой «квартире».

— Руки не трясутся? — спросил он, не поднимая глаз.

— Нет, — соврала Рада. Руки тряслись. Она спрятала их, сжимая в кулаки.

Он заметил. Конечно, он заметил. Карим отложил коробку, накрыл её кулаки ладонями.

— Вспомни, чему тебя учил отец. Ты — наблюдатель. Ты здесь, чтобы смотреть, слушать и запоминать. У тебя это хорошо получается.

— Шпионить за людьми?

— Быть там, где нужно, и оставаться незамеченной. — Он поднял на нее глаза, в них не было насмешки. — Я видел, как ты работаешь, Рада. Ты рождена для этого. Просто делай то, что умеешь.

Она хотела ответить, но он вдруг поднес её ладони к губам и поцеловал каждую медленно, серьезно и без обычной игры.

— Вернись, — сказал он тихо. — Когда всё кончится, вернись ко мне. Хорошо?

У неё перехватило дыхание. Она кивнула, не доверяя голосу.

— Вот и отлично, — он усмехнулся, но усмешка вышла кривоватой. — Потому что если ты не вернешься, я пойду тебя искать. И мне будет очень стыдно перед охраной, когда я в этом дурацком костюме начну выбивать двери.

Она фыркнула, не сдержав смех. Напряжение отпустило чуть-чуть.

Фургон дернулся, затормозил. Из кабины донесся голос водителя, их связного от Игоря:

— Приехали. Удачи.

Двери распахнулись, и холодный вечерний воздух ворвался внутрь. Рада проверила пистолет под юбкой, Карим подхватил коробку с «оборудованием». Они двинулись к служебному входу.

У двери их встретил охранник в черной форме, с планшетом в руках.

— Документы.

Рада протянула заранее подготовленное удостоверение сотрудника кейтеринга. На фотографии была она, имя было вымышленным, но печать — настоящей. Игорь и его команда постарались. Охранник сверил лицо с фото, как будто задержал взгляд на шраме, но ничего не сказал. Перевел взгляд на Карима.

— Вы тоже из кейтеринга?

— Технический специалист, — Карим показал коробку. — Нужно проверить оборудование для раздачи звука в VIP-зоне. По заявке.

Охранник что-то набрал в планшете, кивнул.

— Проходите. Кухня — направо, потом прямо по коридору. Технический щит — на втором этаже, в конце коридора, слева от лифтов. Не отклоняйтесь от маршрута.

Они прошли через турникет. Рада чувствовала спиной взгляд охранника, но не обернулась. Шла ровно, держа спину прямо, словно делала это всю жизнь. В коридоре, за поворотом, она остановилась, прижалась спиной к стене.

— Я на кухню, — сказала она. — Ты — на второй.

— Жди сигнала. — Карим взял ее за руку, сжал. — Двадцать минут. Если через двадцать минут я не выйду на связь — уходи.

— Я не оставлю тебя.

— Это не обсуждается. — Он шагнул ближе, и она оказалась зажатой между его телом и стеной. Просто — чтобы она слышала только его. — Я серьезен, Рада. Поэтому, если что-то пойдет не так, ты уйдешь. Даже если мне придется прикрывать тебя собой.

Она сжала зубы, чувствуя, как защипало глаза.

— Не смей геройствовать.

— А кто тебе запретит? — Он коснулся пальцами её щеки, провел по скуле, по шраму на брови.

Она смотрела в его глаза. Серые, с темными крапинками, и в них не было ни игры, ни насмешки. Только она. И страх. И что-то еще — огромное, невысказанное, что он уже сказал однажды в подвале.

— Обещай, Рада.

— Обещаю, — выдавила она. И добавила, прежде чем успела передумать: — Ты тоже. Вернись. Потому что если ты не вернешься, я найду тебя и убью сама.

Он усмехнулся. Настоящей усмешкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось.

— Это уже похоже на счастливый брак.

Она не успела ответить. Он наклонился и поцеловал её — быстро, жадно, как будто это могло быть в последний раз. А потом отстранился, подхватил коробку и исчез в коридоре, ведущем к лифтам.

Рада стояла, прижимая ладонь к губам, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Вернись, — подумала она. — Пожалуйста, вернись.

Она развернулась и пошла на кухню. Теперь руки не тряслись. Вместо страха осталась холодная, злая решимость.

Они закончат это сегодня.