Мой напарник вор

Глава 12. На грани

Радана

Я бросила отчет, в общем-то я и не собиралась посвятить вечер писанине. Нужно было создать видимость работы и отвлечь Карима. Еще когда он напросился в офис и стал флиртовать, я поняла, что у него есть доступ к моей системе.

Включив новости Астаны, я переключилась на другой ноут и залезла в камеру ноутбука Карима. Он жевал хлеб, сидя на диване, глядя чуть в сторону. Значит, у него два ноутбука. Как и у меня.

И как и у меня объектив смотрел на дверь комнаты. Я прыснула в кулак. Вчера он устроил дефиле. Курсировал из душа в комнату и обратно, в чем мать родила. И только спинка дивана уберегла меня от того, чтобы созерцать этого мерзавца в костюме Адама…

Раз он не беспокоился о том, чтобы надеть белье, значит, понятия не имел, что я слежу. Да и потом. Баш на баш. Он, я знала, тоже подсматривал. Приходилось иногда выходить в неглиже, чтобы убедить его в том, будто ни о чем не подозреваю.

«Может ли хоть один из нас поставить другому шах и мат?» — вдруг подумала я и тут же смутилась.

Рассуждать о происходящем между нами как об игре, объединяя невольно его «я» и мое в «Мы» в некотором смысле доставляло удовольствие. А потом я вспоминала, что он натворил и меня одолевала ярость и злость.

— Ну нет! — Я оборвала поток мыслей. — Раскачиваю сама себя эмоционально, как дура набитая!

Хотя то количества часов, что я провела за сбором улик против Карима, за слежкой за ним, могло бы породнить кого угодно.

Я разочаровала сама себя.

Карим тем временам склонился к экрану. На нем был свитер и шарф на шее — куда он собрался на ночь глядя? Почесав подбородок, он скрылся из обзора.

В навигаторе по трекеру я вычислила, где он живет. Глухое заброшенное место, старая фабрика. Откуда у него деньги для подобного убежища? Он же не арендовал техническое здание целиком? Где нашёл такие ресурсы?

Дальше я пошарилась на его сервере и снова не обнаружила ничего хоть сколько-то полезного. От досады захотелось пнуть что-нибудь.

— Так. Спокойно. Я профи, черт побери, ничто не выведет меня из себя!

Я размяла шею, уже намеренная встать и взять коврик для йоги, как пикнул телефон. Елдар прислал сообщение:

«Причиной сердечного приступа у чиновника стало обезвоживание.»

Не дочитав, я пришла в недоумение.

«Кровь у него была как масло. Так сказал судмедэксперт».

Я поднялась со стула, закусив палец. Так-то он бодро рассекал по городу, обезвоживая банкоматы. Я запустила руку в волосы в попытке расслабиться, но тут мельтешение на экране привлекло внимание. Да только в объективе был вовсе не Карим!

На диване сидел человек в балаклаве с прорезями для глаз.

Я вся похолодела. Осознание жесткими скрюченными пальцами пощекотало по загривку: вот и Кариму поднесли последний стакан воды.

Сделав два шага от стола, я развернулась и кинулась в спальню за боксом, где хранила пистолет отца. Я еле ввела код, но правильно с первого раза. Взяв оружие, я на ходу схватила куртку и набрала полицию. Сбегая по ступеням, открыла карту с треком и построила маршрут до Карима. Ехать полчаса. Не факт, что ещё есть возможность застать убийцу на месте, но…

Боже! Убийцу!

Карима убьют?!

Я пнула дверь, чтобы не дать ужасу заполнить нутро.

Предельно собранная, кипящая от гнева, я давила на педаль газа, балансируя между «сейчас я кого-нибудь изувечу» и «имей совесть, можно чуть сбросить». Благо хоть двигатель не зачихал, как в метель. Светофоры по пути как будто поняли, что тут дело жизни и смерти, и выстроили для меня зелёный коридор.

Район стоял обезлюдевший, на обочине припаркованы четыре автомобиля, в одном я узнала машину Карима. Сняв пистолет с предохранителя, вошла в здание швейки. Двери первого этажа заперли на навесные замки, и можно было двигаться только на второй. В пыли на полу я усмотрела дорожку следов. Адреналин привел нервы в боевую готовность, еженедельные тренировки на стрельбище не давали сомневаться в себе. Я смогу.

Оказавшись на площадке, я проверила за углами. Чисто. Единственная дверь, что выглядела современной, стояла закрытой.

Я прижалась спиной к стене, нажала на ручку, дверь приоткрылась и, дернув, она распахнула ее настежь. Из квартиры послышался рев точно собака взбесилась.

Я вошла и очутилась в просторном помещении, вроде лофт, когда совмещают гостиную и кухню. Из-за кухонного островка доносился странный звук. Я пробежала и резко затормозила, едва не наступив на Карима. Он бился в припадке на полу, его лицо перемазанное кровью привело в ужас. Он вперил в меня белые глаза, а потом закатил их и завыл.

— Карим! — Я сунула пистолет за пояс джинс и перевернула его, но поняла, что он может подавиться языком или вообще откусить его и захлебнуться кровью, так что вернула его на бок. Затем поискала в ящиках, нашла открывашку с подходящей ручкой и попыталась сунуть ее ему в рот. И всего мгновение спустя в квартиру влетели полицейские.

— Полиция!

— Стойте! — Я вскинула руку. — У меня удостоверение. Я служу в розыске. Это мой… напарник. Скорая с вами?

Они отпихнули меня, проверили, жив ли Карим.

Через пять минут я смотрела, как ему надевают дыхательную маску. Белые губы. Синие веки. Рука безвольно свесилась с носилок. Я хотела подойти, взять за руку, сказать хоть что-то, но меня оттеснили.

Он дышит. Он жив. Он будет жить.

Я повторяла это как мантру, а пальцы все еще дрожали.

И только когда носилки скрылись за дверью, я поняла, что стою и сжимаю в руке открывашку, которую пыталась засунуть ему в рот. Глупая, бесполезная железка.

Как и моя злость на него. Как и мои попытки делать вид, что он мне безразличен.

Угроза жизни из призрачной воплотилась в реальную и осязаемую.

Разумней отступить. Но дадут ли теперь? Значит, нужно атаковать самой, что я итак собиралась сделать. Но страшно.

И не ясно: кто же враг?

Полицейский осмотрел квартиру и подошел ко мне.

— Это вы звонили?

— Я.

— Почему заявили о взломе со стрельбой?

Я лишь пожала плечом.

— Ясно. Придется вам проехать в участок.

— Только закройте помещение. У него здесь дорогостоящее оборудование.

От давления у меня разболелась голова. Уходя, я набрала Елдара в надежде, что он избавит меня от многочасового дознания.

Я вышла на улицу, и только здесь меня затрясло. Прислонилась к стене, закрыла глаза. Холодный кирпич под ладонями, снег на лице — хоть что-то реальное.

Он мог умереть. Он мог умереть, а я бы даже не успела сказать ему… что?

Я не знала ответа.