Страница 34 из 67
Глава 15
Глава 15
Лотти появилась на кухне не так, как обычно с шумом и грохотом, а почти крадучись. Она кралась так, словно за ней гналась стая голодных волков. Или, что страшнее, Грета с утюгом.
Она прижимала к груди толстую книгу в потрёпанном кожаном переплёте и оглядывалась на дверь, словно ожидала, что кто-то сейчас войдёт и отберёт находку. Рыжие волосы растрепались, щёки раскраснелись, а глаза горели тем особенным огнём, который появлялся у неё только в моменты крайнего возбуждения, смешанного с изрядной долей страха. И с недавних пор с мукой. Лотти везде находила муку.
— Мисс Нора! Господин Кайан! — выпалила она, задыхаясь, и бухнула книгу на разделочный стол, едва не опрокинув миску с мукой.
Грета гневно заворчала, тем самым ворчанием, которое означало «я старая, меня уже ничем не удивить, но попробуй ещё раз — и полетишь вслед за книгой», — но Лотти даже не заметила.
— Я достала её! Ту самую!
— Какую «ту самую»? — Элинор вытерла руки о передник и подошла ближе.
Книга была старой. Очень старой. Кожа переплёта потрескалась, страницы пожелтели и местами покрылись бурыми пятнами. «Как моя тетрадь с рецептами после того, как я уронила её в суп» , — подумала Элинор.
— Дядя Тобиас рассказывал о ней, когда я была маленькой, — затараторила Лотти. — Говорил, что в библиотеке есть тайник, а в нём — книга драконьих рецептов. Но запрещал даже приближаться к той полке. Грозился уши надрать, если полезу. Я не полезла, — добавила она поспешно. — Я просто... заглянула. С пола.
— Надрать уши можно и за заглядывание с пола, — заметил Кайан.
— Я быстрая, — парировала Лотти. — Он не догонит.
Элинор переглянулась с Кайаном. Тот уже подошёл к столу и осторожно провёл пальцами по обложке, где едва различимые, вытесненные золотом, виднелись руны. Те самые, которые они видели в пещере драконов.
— Драконьи руны, — прошептал Кайан. — Древние. Очень древние. Такие использовали ещё до того, как изобрели налоги. Драконы платили налоги? — уточнила Элинор.
— Не знаю, — честно ответил Кайан. — Но если платили, то наверняка жаловались.
— Ты можешь их прочитать?
Кайан склонился ниже. Его глаза загорелись золотистым светом, тем самым, драконьим.
— Частично. Здесь написано: «Книга Драконьей Кулинарии. Рецепты и традиции пиров древнего рода. Составлено Верховным Поваром Золотого Крыла». Далее что-то про «не читать во время еды» и «мыть руки перед приготовлением».
— И это всё? — разочарованно спросила Лотти.
— Для драконов это священные правила, — вздохнул Кайан. — Такие же, как для нас, не сжигать кухню.
— Верховный Повар... — повторила Элинор. — У драконов был Верховный Повар?
— Был, — кивнул Кайан. — Драконы ценили кулинарию не меньше, чем магию или боевое искусство. У них были целые школы поваров, традиции передавались из поколения в поколение. Говорят, выпускной экзамен включал в себя приготовление супа, который не взрывается.
— Часто взрывался? — спросила Лотти с круглыми глазами.
— Достаточно, чтобы это вошло в историю, — мрачно ответил Кайан.
Элинор осторожно открыла книгу. Страницы зашуршали, подняв облачко пыли, пахнущей древностью и чем-то сладковатым не то ванилью, не то мёдом. Лотти чихнула. Пыль перелетела на Грету. Та чихнула громче.
— Вирусы, — буркнула Грета. — Из старых книг. Сейчас начнутся сопли.
— Это пыль, — терпеливо объяснил Кайан. — Обычная пыль.
— У обычной пыли другой запах, — отрезала Грета. — А эта пахнет заговором. И ванилью, — добавила она чуть тише. — Но это не важно.
На первой странице красовалось изображение дракона, свернувшегося кольцом вокруг котла, из которого поднимался пар, стилизованный под руны. «Как у меня, когда я забываю выключить печь », — подумала Элинор.
— Рецепты! — Лотти ткнула пальцем в следующую страницу. Палец оставил отпечаток. Грета вздохнула с облегчением: теперь было на что жаловаться.
Действительно, книга была полна рецептов. Написаны они были рунами, но рядом с некоторыми кто-то сделал пометки на общем языке Империи. Почерк был аккуратным, почти каллиграфическим. «У лорда Вэллса явно было много свободного времени» , — подумала Элинор.
— Это почерк лорда Вэллса, — сказал Кайан. — Он изучал эту книгу. Переводил.
— Знал, но не сказал, — нахмурилась Элинор. В груди шевельнулось раздражение. — Почему? У него аллергия на полезную информацию?
Ответ она получила тем же вечером, когда Вэллс, узнав о находке, явился сам без приглашения, как обычно. Он вошёл так тихо, что Грета, сидевшая у двери с ножом для разделки мяса, подскочила и едва не отправила его в страну вечной охоты.
— Предупреждать надо, — проворчала она, пряча нож.
— Я предупредил дверь, — невозмутимо ответил Вэллс. — Она не возражала.
Он выслушал сбивчивый рассказ Лотти, покивал и сказал:
— Я знал об этой книге. Знал и о том, что она проклята. Вернее, была проклята. Каждый, кто пытался использовать её рецепты во зло: для отравлений, для приворотов, для подчинения чужой воли, сходил с ума. Или, что хуже, у него пригорало мясо. Всегда. Даже если он ничего не готовил.
— У меня и так пригорает, — заметила Элинор. — Это проклятие или просто руки кривые?
— Руки у вас правильные, — успокоил её Вэллс. — А проклятие я снял. Вчера. В библиотеке. Тихо, без свидетелей. И без понятия, как это сделал, — добавил он чуть тише. — Но факт остаётся фактом.
— То есть мы можем пользоваться книгой?
— Можете, — кивнул Вэллс. — Но если начнёте светиться зелёным или разговаривать с посудой зовите меня. У меня есть противоядие. От зелёного свечения, — уточнил он. — От разговоров с посудой, сами.
Он сказал это буднично, словно речь шла о погоде, и удалился. Элинор ещё долго смотрела ему вслед, качая головой.
— Странный человек, — сказала она. — Странный и явно не выспавшийся.
— Но не враг, — добавил Кайан.
— Это пока, — буркнула Грета из угла. — Утро вечера мудренее. И коварнее.
Следующие дни превратились в марафон. Элинор и Кайан с утра до ночи изучали Книгу Драконьей Кулинарии, расшифровывали руны, адаптировали рецепты под доступные ингредиенты.
Грета, проходя мимо, каждый раз бормотала: «Опять они со своей магией. В наше время готовили без колдовства — и ничего, живы». Лотти напоминала, что «в наше время» Грета работала в трактире, который сгорел три раза. Грета делала вид, что не слышит.