Бабушка на контракте

— Прямо сейчас? У меня нет продуктов, нет кухни... и фартука нет, а в этом платье не хочется пачкаться. Оно дорогое. Ну, мне так сказали.

— Всё это есть во дворце. Моя кухня лучшая в Империи. Я хочу попробовать вашу еду. Говорят, она нечто особенное.

Он сделал знак слуге. Тот поклонился так низко, что Элинор испугалась не сломается ли.

— Проводите госпожу Брайтвуд на императорскую кухню. Пусть ей предоставят всё, что она попросит. И пусть повара не мешают. И не дышат на неё. И вообще стоят у стенки и учатся.

Элинор посмотрела на Кайана. Тот выглядел встревоженным, но не пытался её остановить. Он уже знал: если Элинор решила накормить императора, император будет накормлен. Даже если для этого придётся зажарить дракона.

— Хорошо, Ваше Величество. Что вы предпочитаете?

— Удивите меня, — сказал император. — Приготовьте то, что считаете своим лучшим блюдом. Только не то, от чего потом три дня икается. У меня завтра приём послов.

— Не икается, — заверила Элинор. — От моего борща только плачут. Иногда от счастья, иногда от перца. Но это уж как повезёт.

Она поклонилась и направилась к выходу. Лорд Вэллс, проходя мимо, прошептал: «Не убейте его случайно. Он нам ещё нужен ».

— Не нужен, — так же шёпотом ответила Элинор. — Но я постараюсь.

Императорская кухня оказалась огромной. Несколько печей, разделочные столы из тёмного дерева, полки с медными котлами, кладовые, полные продуктов. И целая армия поваров, которые смотрели на неё с недоверием.

Повара были все как на подбор: дородные, с усами, в белых колпаках. Элинор почувствовала себя диковинной зверушкой в зоопарке. «Сейчас начнут кидать хлеб» , — подумала она.

Элинор это не смутило.

— Мне нужна свёкла, — сказала она главному повару, дородному мужчине с усами. — Капуста. Морковь. Лук. Картофель. Чеснок. И мясо. Говядина на кости. И чтобы никто не стоял у меня за спиной и не дышал. Это отвлекает.

Главный повар нахмурился. Его усы гневно взметнулись вверх.

— Свёкла? Этот корнеплод? Его едят только бедняки. И кони. Иногда кони.

— Значит, император сегодня поест как бедняк, — отрезала Элинор. — Или как конь. Мне всё равно, лишь бы съел. Несите.

Повар скрепя сердце отдал распоряжения. Элинор заметила, как один молодой повар прыснул в кулак.«Есть контакт», — подумала она.

Она закатала рукава и приступила к работе. Варила бульон, снимая пену. Пассеровала свёклу, морковь и лук. Шинковала капусту. Добавляла специи.

Кухня наполнилась запахами, от которых у поваров начали течь слюни. Один из них, самый молодой, забыл про свой котёл и уставился на Элинор, как на божество.

— Не стой столбом, — сказала она ему. — Подойди, посмотри. Учись. Вдруг тебе это знание спасёт жизнь.

Парень подошёл. Остальные тоже начали потихоньку подбираться ближе. Уже через пятнадцать минут вся императорская кухня стояла вокруг Элинор плотным кольцом и не дышала.

— Можно? — робко спросил один из поваров, протягивая ложку.

— Не сейчас, — отрезала Элинор. — Сначала попробует император. Если останется живым, тогда вы.

Главный повар, который всё это время стоял в стороне с каменным лицом, не выдержал:

— А отравить может?

— Может, — серьёзно ответила Элинор. — Если пересолить. Но я не пересолю. Я профессионал.

Через полтора часа борщ был готов.

— Готово, — сказала Элинор, вытирая руки. — Можно подавать. И принесите чистую ложку. Не ту, которой пробовал главный повар. У него усы в бульон упали, а я это видела.

Главный повар покраснел, но промолчал. Он лично понёс поднос в Тронный зал, и Элинор заметила, как его спина выражала глубокую личную обиду. «Ничего, — подумала она. — Усы отрастут новые ».

В Тронном зале император сидел на троне. Кайан ждал у подножия лестницы. Он выглядел так, словно его пытали всю эту полтора часа, но он держался.

Поднос поставили на стол. Император подался вперёд.

— Что это?

— Борщ, Ваше Величество. Традиционное блюдо моего народа. Суп из свёклы, капусты и мяса. И небольшого количества моей личной магии, но это не магия, это любовь. Не спрашивайте, в чём разница. Её нет, но она есть.

Император взял ложку. Зачерпнул. Попробовал.

В зале стояла такая тишина, что было слышно, как бьётся сердце Элинор. И ещё — как кто-то из придворных нервно глотает слюну. Кажется, лорд Вэллс.

Император замер. Его глаза расширились. Он отставил ложку. Потом взял её снова. Потом зачерпнул ещё.

— Это... — начал он и замолчал. Потом зачерпнул ещё. — Я...

Он отломил кусочек хлеба, обмакнул в борщ и отправил в рот. Крошка упала на камзол. Император не заметил. Или сделал вид. А потом он засмеялся. Не зло, не насмешливо, а искренне. По-человечески. Как будто он не император, а просто уставший мужчина, который наконец-то поел.

— Невероятно, — сказал он. — Я ел блюда лучших поваров Империи. Пробовал деликатесы, за которые отдают целые состояния. Но это... это другое. Это как будто... — он задумался, подбирая слово.

— Как будто мама готовила? — подсказала Элинор.

Император посмотрел на неё с уважением.

— Да. Только моя мать готовила хуже. Но это я ей никогда не говорил.

Он поставил ложку и выпрямился.

— Вы удивили меня, госпожа Брайтвуд. Я отказываюсь от своих планов. Вы не станете экспонатом в моей коллекции. У меня и так три шкафа экспонатов, а четвёртый сломался. Не влезете.

Элинор выдохнула. Кайан едва заметно расслабил плечи. Даже лорд Вэллс перестал жевать воротник.

— Но, — продолжил император, и все снова напряглись, — я не могу просто так отпустить женщину, которая умеет так готовить. Поэтому у меня есть предложение.

— Какое, Ваше Величество?

— Вы станете моим личным поваром. Не пленницей. Свободным человеком, который работает на императорской кухне. С восьми до пяти, с обеденным перерывом и выходными по праздникам.

Элинор задумалась.

— Я согласна, Ваше Величество. При одном условии.

Император приподнял бровь. Вторую он приподнимать не умел. Так и ходил с одной.

— Моя муж, Кайан Ир'Талаш, будет работать вместе со мной. Он мой ученик. Я хочу продолжить его обучение здесь, на императорской кухне. И вообще, он без меня скучает. А скучающий дракон — это небезопасно для посуды.

Император перевёл взгляд на Кайана.

— Потомок драконьего рода повар? Это необычно. Но мне нравится. Пусть хотя бы один дракон в Империи будет при деле. Я согласен.

Кайан поклонился. Элинор заметила, что его уши покраснели. «Стесняется », — подумала она с нежностью.