Бабушка на контракте

Глава 7

Глава 7

Утро началось с суеты. Элинор проснулась затемно, умылась холодной водой и оделась в изумрудное платье — то самое, в котором была на свадьбе. Другого не было. Резиновая шапочка, как назло, выпала из кармана и покатилась под кровать.«Оставайся там, — мысленно сказала ей Элинор. — Я тебя ещё вспомню».

Лотти, которая спала в соседней комнате, прибежала помогать. Она была растрёпана, сонна, но полна энтузиазма.

— Волосы распустите, — посоветовала она. — Так красивее.

— Я иду не на бал, — возразила Элинор. — Я иду к императору, который хочет посадить меня в клетку. Красивой клетке это не помешает. Я поняла.

— Тогда тем более, — пожала плечами Лотти. — Пусть знает, кого ловит. Хотя бы с хорошей причёской.

Элинор усмехнулась и оставила волосы распущенными. Она давно заметила: чем нелепее ситуация, тем больше Лотти права.

Кайан ждал внизу. Он был в тёмно-синей рубашке, кожаных штанах и коротком плаще, расшитом серебряной нитью. Выглядел внушительно. Если бы не хмурый взгляд человека, который только что понял, что забыл почистить зубы.

— Готовы? — спросил он.

— Нет, — честно ответила Элинор. — Но императору об этом знать не обязательно.

Они вышли из постоялого двора. «Золотая чаша» находилась в Верхнем городе, в пятнадцати минутах ходьбы от дворца. Улицы были чистыми, дома — высокими, с цветными витражами. В воздухе пахло выпечкой и специями. И одновременно — страхом местных жителей, которые к восьми утра уже успели поругаться с налоговой.

Дворец возвышался над городом, как гора из белого камня и золота.«Тоже мне, — подумала Элинор. — А у нас в столовой стены были толще. Правда, не из золота. Зато свои».

У ворот их уже ждали. Молодой, с прыщавым лицом и важным видом, стражник вытянулся по струнке.

— Господин Кайан Ир'Талаш и госпожа Элинор Брайтвуд? Его Величество ожидает вас. Прошу следовать за мной. И постарайтесь ничего не трогать. И не дышать на фрески.

— А дышать-то можно? — уточнила Элинор. — Или лучше задержать?

Стражник не понял шутки. Или сделал вид. При дворе это умели.

Их провели через внутренний двор с фонтанами, в одном из них Элинор заметила золотую рыбку размером с её предплечье, подняли по широкой мраморной лестнице и провели через длинную галерею с портретами. На портретах были люди с такими лицами, словно они только что съели лимон и им не понравилось.

— Предки? — спросила Элинор шёпотом.

— Да. И все с чувством собственного достоинства, — ответил Кайан. — Передаётся по наследству. Мне, кстати, нет.

— Заметно, — ласково сказала Элинор. — Ты у меня простой дракон, без выпендрёжа.

Потом были ещё коридоры, лестницы, двери. Коридоры, лестницы, двери. И снова двери. Элинор начала подозревать, что дворец — это портал в бесконечность, и никто им не пользовался только потому, что лень идти.

И наконец — Тронный зал.

Он был огромен. Высоченный потолок, поддерживаемый рядами мраморных колонн, терялся в полумраке. Стены украшали гобелены с битвами и коронациями. Элинор отметила про себя: пыли меньше, чем в её кладовой, но больше, чем у Греты в спальне.

В дальнем конце, на возвышении, стоял трон. Император Аларик Третий сидел на нём, небрежно откинувшись на спинку. Поза была такая, словно он репетировал её месяц и всё равно не был уверен.

Элинор ожидала увидеть старого злодея, но император оказался другим. На вид ему было лет сорок. Тёмные волосы, тронутые сединой на висках. Тонкое лицо с правильными чертами. Светло-серые глаза смотрели остро, цепко.«Как моя бабушка, когда я в детстве стащила у неё пирожок», — подумала Элинор.

По бокам от трона стояли придворные. Среди них Элинор заметила лорда Вэллса. Он выглядел так, словно его только что вытащили из кровати, но он делает вид, что так и надо.«С кем не бывает», — мысленно поддержала его Элинор.

— Подойдите ближе, — произнёс император.

Кайан и Элинор подошли к подножию лестницы и остановились. Кайан слегка поклонился. Элинор — тоже, но чуть меньше, потому что у неё утром стрельнуло в пояснице.

— Итак, — император чуть наклонился вперёд, разглядывая Элинор. — Вот она, женщина из другого мира. Я ожидал чего-то более экзотического. Рога, хвост, синяя кожа. А вы выглядите как обычный человек.

— Простите, Ваше Величество, что не оправдала ожиданий, — сказала Элинор с максимально честным лицом. — В моём мире синяя кожа — это обычно болезнь, а не привилегия. Лечат мазью.

Император усмехнулся. Один уголок губ дернулся, и придворные синхронно выдохнули. Элинор поняла: если император улыбнулся — они не умрут сегодня. По крайней мере, от его руки.

— Обычными. И при этом вы умудрились переместиться между мирами и выйти замуж за потомка драконьего рода. Не слишком ли много «обычности» для одного человека?

— Я повар, Ваше Величество, — ответила Элинор. — Мы вообще удивительный народ. Днём режем лук, ночью перепрыгиваем через миры. Секрет прост: много практики и хороший нож.

Кайан сделал страдальческое лицо. Он уже понял, что Элинор не остановится, даже если император начнёт плеваться огнём.

— Моя жена не обладает магическими способностями, — сказал он, пытаясь спасти ситуацию. — Её перемещение случайность. Я проверил. Трижды. С прибором и без.

Император перевёл взгляд на Кайана, потом снова на Элинор. Его глаза блестели.

— Я не боюсь угроз, господин Ир'Талаш, — ответил император. — Я их коллекционирую. У меня есть шкаф, доверху набитый. Если хотите, покажу после обеда.

Кайан не нашёлся, что ответить. Элинор мысленно поставила галочку: «император с чувством юмора. Плохим, но с чувством».

— Расскажите о вашем мире, — продолжил император. — Как вы живёте? Что едите?

Элинор глянула на Кайана. Тот чуть кивнул.«Только без подробностей про канализации и налоги», — говорил его взгляд.

— Я повар, Ваше Величество. Готовлю еду. В моём мире это обычная профессия. Если не считать того, что я однажды накормила делегацию из Министерства сельского хозяйства, и они после этого три месяца не могли смотреть на котлеты.

Император слушал с интересом. Или делал вид. При дворе это тоже умели.

— Повар. И, судя по донесениям инквизиторов, готовите вы божественно.

— Никакой магии, Ваше Величество. Только опыт. Сорок лет у плиты, двадцать из них — с проклинаниями, когда что-то пригорало.

— А вы смогли бы приготовить что-нибудь для меня? Прямо сейчас?

Элинор опешила.