Страница 8 из 9
— Не возражаю. Бери вещи, якщо хочешь, — он слегка сжал ее пальцы в своей сильной ладони. — Но помни: вздумаешь недоброе — Розе твоей не сдобровать.
— Я все понимаю, Вы могли бы этого не говорить. Я прекрасно знаю о жестокости казаков, — холодно отчеканила Элишева.
***
Узнав о том, что матушка будет жить вместе с ними, Роза очень обрадовалась. Теперь они будут все вместе, под одной крышей: она, матушка, Мелася и Лукаш. Но она решила попросить матушку об одном важном и деликатном деле, ведь ее просьба могла помочь Меласе соединиться с любимым человеком.
Роза надеялась, что Элишева пойдет к пану Анджею Скшетускому и попросит его о встрече с Меласей, а уж она придумает, как вывести ее с хутора. Она упросит дядю Грицко отпустить ее с ней и Лукашом на пруд. Вероятно, он не будет возражать, увидев, что Роза смирилась со своей судьбой.
— Роза, — строго посмотрела на нее Элишева, после того, как Роза обо всем рассказала ей в своей горнице. — Мало того, что мы, по твоей милости, оказались во власти тех, о ком и подумать раньше без содрогания не могли, так ты еще просишь устраивать счастье этой девицы с паном Анджеем? Ты в своем уме?
— Мамочка, ну пожалуйста! — взмолилась Роза. — Мелася не такая. Она добрая, хорошая. Она любит Анджея, а дядя Грицко хочет выдать ее замуж за сына своего побратима. Но он скоро уедет на Сечь. Ничего дурного не случится. Просто скажи пану Анджею, что Мелася любит и ждет его. Передай ему записку, мы напишем, где и когда они смогут встретиться.
— Это какое-то безумие, — Элишева приложила ладонь ко лбу. — Все, что происходит последние дни. Я с тобой с ума сойду. Что ж, я попробую, лишь только потому, что мне жаль их женщин.
— Спасибо, мамочка, — поцеловала ее в щеку Роза.
***
На следующий день после того, как Элишева уехала домой за некоторыми вещами, Роза попыталась выяснить, когда Грицко собирается уехать на Запорожскую Сечь. Однако оказалось, что сперва он намерен выдать Меласю замуж, отгулять свадьбу и лишь потом покинуть хутор. Его отъезд был отложен из-за предстоящего венчания, словно он опасался, что намеченная свадьба, по какой-либо причине может не состояться. К счастью, матушка успеет передать пану Анджею записку, и они с Меласей смогут увидеться. Мелася говорила, что желает взглянуть на него последний раз, а затем безропотно покориться судьбе, которую избрал для нее дядя.
***
— Мы не можем быть вместе, мой коханый. — По щеке Меласи скатилась прозрачная слеза. — Дядя решил, что я должна выйти замуж за Данило. И я выйду. — Горько вздохнула она.
Мелася понимала, что видит Анджея в последний раз. Матери Розы — Элишеве удалось передать ему записку, в которой они написали день и место их последней встречи: недалеко от хутора, в лесочке у пруда. В этот день Грицко уезжал в город по делам и Роза сумела уговорить Лукаша позволить Меласе увидеть возлюбленного, прежде чем навеки расстаться с ним. Хоть и с неохотой, но он все же согласился на эту опасную авантюру. Все одно, совсем скоро сестра выйдет замуж.
— Не делай этого, моя дорогая, — Анджей поднес ее руку к своим губам, жарко целовал ее пальцы.
Неужто эти прекрасные длинные пальцы совсем скоро будет целовать другой?
— Мы можем уехать. Прошу, давай уедем отсюда. Мы поженимся в Волыне, ты перейдешь в католичество, ксендз обвенчает нас. Мы будем счастливы, любовь моя! — Он крепко прижал ее к себе, гладил черные шелковистые волосы.
— Как я могу бежать с тобой? — опустила голову Мелася. — Я не могу опозорить дядю Грицко. Он принял меня в доме, он заботится обо мне и Лукаше. Сговор уже был, все знают, чья я наречена. Я не убегу… Данило — добрый казак, гарный. Дядя хочет мне добра.
— Не хочет он добра, — словно молнии, сверкнули гневом голубые глаза Анджея. — Он желает, чтобы все было только так, как он скажет, как он захочет. Он хочет власти, не добра. Как и все запорожцы.
— Забудь меня, милый. Нам нельзя больше видится. Ты найдешь себе достойную панну. Мне нужно идти, на пруду ждут Лукаш с Розой.
— А эта бедная девочка — Роза, и ее мама? Отец сдавал шинок ее покойному отцу. Как она оказалась в их лапах? Отец мог бы попытаться им помочь…
— Не кажи ему, Анджей, — попросила Мелася. — Ведь твоя матушка не желает, чтоб твоего батюшку тревожили? А Розонько уже прикипела к Лукашу. Скоро мы ее окрестим. И ее матка тоже у нас привыкнет.
— Не скажу. Отцу и впрямь не надобны распри с казаками. Он слишком долго с ними воевал. — В глазах Анджея появился странный, лихорадочный блеск. — А теперь мой черед.
Впервые, ему пришло в голову, что, возможно, его место — в гусарской хоругви, рядом с теми, кто, как когда-то его отец, сражался за Речь Посполитую. Он не выкажет страха, даже если дикий запорожец срубит ему голову в первой же битве. Быть может, война сумеет заглушить боль, которую не в силах исцелить время…
***
— Ничего не вышло… — тихо проговорила Роза, взяв Элишеву за руку. — Мелася не убежала с паном Анджеем, она пойдет за того, кого выбрал дядя Грицко.
— Что ж поделать, дочка? — грустно улыбнулась в ответ Элишева. — Не всем дано счастье выйти замуж по любви. Я вышла за твоего отца по любви и была с ним счастлива. Возможно, мне просто повезло.
— Ты больше не хочешь замуж? — вдруг спросила Роза. — Дядя Грицко так глядит на тебя.
Этот неожиданный вопрос поставил Элишеву в тупик. Она не знала, какой ответ должна на него дать. После смерти супруга она не думала о новом замужестве, собираясь посвятить жизнь воспитанию дочери и заботе о ее благополучии.
Но, нынче, когда они оказались в весьма странной и неожиданной ситуации, прежние планы утратили свой смысл.
Живя в доме с еще достаточно молодым, пригожим внешне мужчиной, Элишева в глубине души понимала, что со временем между ними может возникнуть взаимное притяжение. Грицко был иной веры, иной крови, был неотесан и прямолинеен, но ее невольно тянуло к этому сильному красивому казаку. Ей казалось, что он может быть ласковым и любящим, несмотря на суровость и твердость характера, неизбежно присущие этим степным воинам. Да и сам Грицко всем своим поведением давал ей понять, что его намерения вполне серьезны.
— Поговорим об этом в другой раз, — опустила голову Элишева, чтобы скрыть заалевшие щеки. — Нынче здесь намечается другая свадьба и мне нужно как можно скорее сшить Меласе платье.
— Она так хотела за пана Анджея, — грустно проговорила Роза. — Как жаль, что они не могут быть вместе.
— Что мы можем изменить, дочка? Мы и над своей судьбой теперь не властны.
— А мне здесь больше нравится, чем в той комнате. Здесь много места и мне легче дышать. И можно гулять в полях. И мне глянется Лукаш, — смущенно призналась Роза. — Я уже рада, что его встретила.
— Это хорошо, милая. Я хочу, чтобы ты была здорова и счастлива.
Элишева заметила, что Роза и впрямь выглядела лучше, чем прежде. Ее дочь всегда была очень хороша собой, но лицо было слишком бледным и худеньким, а нынче щеки Розы немного округлились и их слегка тронул нежный розовый румянец. После смерти мужа от чахотки, Элишева подспудно боялась, что эта ужасная болезнь может настичь и дочь, но теперь эти опасения казались беспочвенными. Роза светилась здоровьем и казалась вполне счастливой. Возможно, все что произошло с ними за последние недели было к лучшему?
— Меня будут крестить под именем Феврония. Это имя подходит к Розе, да мама? — спросила Роза. — Вот только… что бы сказал папа?
— Я не знаю, что бы он сказал, — задумчиво произнесла Элишева. — Зато я точно знаю, что бы я сказала ему на то, что он оставил нас с долгами, о которых я даже не подозревала. Мы не выбирали судьбу, она решила за нас.