Тропы Афона

Тело связывает нас с видимым миром. Через него мы трудимся, видим красоту творения, слышим человеческий голос, ощущаем боль и радость. Само по себе тело не является ни врагом, ни препятствием духовной жизни. Господь создал его добрым, и Сам Сын Божий воспринял человеческую плоть. Поэтому Церковь никогда не презирала тело. Она учит не ненавидеть его, а освящать.

Душа делает человека живым существом. В ней живут память, чувства, воображение, разум, воля, способность любить, страдать, радоваться и принимать решения. Именно здесь происходит большая часть нашей внутренней борьбы. Душа подобна морю: иногда она спокойна, иногда волнуется, иногда её покрывают бури страстей, а иногда благодать делает её тихой, как гладь воды на рассвете.

Но есть в человеке ещё большая глубина – дух.

Долго я думал, что дух – это просто высшая часть души. Однако святые отцы научили меня смотреть глубже. Дух – это та глубина человеческого существа, которой человек способен обращаться к Богу, принимать благодать и жить вечностью. Если душа может быть обращена к миру, то дух обращён к своему Творцу. Именно здесь рождаются вера, благоговение, жажда истины, стремление к вечной жизни и способность к богообщению.

Когда дух соединён с Богом, он постепенно просвещает душу, а душа приводит в порядок тело. Тогда весь человек начинает жить в удивительной гармонии. Но после грехопадения этот порядок оказался нарушен.

Святые отцы часто сравнивали человека с царством. Дух был создан царём, душа – мудрым советником, а тело – верным исполнителем. После отпадения от Бога произошло страшное смятение. Царь ослабел, советник перестал слышать своего государя, а исполнитель захотел править всеми. Тогда желания тела начали управлять душой, а душа перестала внимать духу. Так возник внутренний разлад, который каждый человек носит в себе.

Теперь мне становится понятнее, почему столько людей говорят: «Я не понимаю самого себя». Один голос зовёт к добру, другой – к покою, третий – к наслаждению, четвёртый – к славе. Человек словно разделяется внутри самого себя. Апостол Павел переживал ту же борьбу, когда говорил: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю». Эти слова не о слабости одного человека. Они – о болезни всей человеческой природы.

Эти слова часто вспоминаются мне. Современный человек умеет заботиться о теле, иногда учится понимать свою душу, но почти забыл о духе. Оттого и возникает ощущение внутренней пустоты. Нельзя насытить дух тем, что питает тело, как нельзя утолить жажду хлебом.

Дух не питается знаниями, хотя любит истину. Не насыщается чувствами, хотя способен к великой любви. Не укрепляется властью, богатством или славой. Его жизнью является Сам Бог. Потому и сказал Господь, что человек живёт не одним хлебом.

Но есть ещё одна тайна, которую я долго не понимал.

Мы часто говорим: «Нужно слушать своё сердце». Однако сердце может говорить разными голосами. Иногда в нём звучит голос страсти, иногда – голос самолюбия, иногда – голос страха. Лишь сердце, очищаемое покаянием и благодатью, становится тем священным местом, где человеческий дух встречается с Богом. Поэтому святые так много говорили не просто о сердце, а о чистом сердце.

Чем старше становлюсь, тем меньше стараюсь понять человека только разумом. Теперь я знаю: человеческое сердце глубже всякой науки. Его создал Сам Господь, и только Он знает все его бездны.

Сегодня, возвращаясь в келью, я снова посмотрел на восходящее солнце. Его свет коснулся сначала вершины горы, потом леса, затем моря и наконец моей тропы. Так и благодать входит в человека. Сначала она касается духа, затем постепенно просвещает душу и, наконец, освящает даже тело. Тогда весь человек становится живым храмом Божиим.

Наверное, именно в этом и заключается истинное исцеление человека: не в том, чтобы тело перестало болеть, а в том, чтобы дух вновь научился дышать Богом, душа – слушаться духа, а тело – смиренно служить им обоим. Тогда человек становится тем, кем был задуман от начала, – образом Божиим, обращённым к своему Первообразу.

+

Запись 4. Сердце – место встречи человека с Богом

+

Сегодня во время Иисусовой молитвы я вновь подумал о сердце.

Не о том сердце, которое непрестанно трудится в человеческой груди, разгоняя кровь по телу. И не о сердце, которое люди называют вместилищем чувств. Я подумал о той глубине человека, о которой так часто говорит Священное Писание и которую почти перестал понимать современный человек.

Когда я впервые пришёл на Святую Гору, мне казалось, что молиться – значит сосредоточенно думать о Боге. Позже я понял: думать ещё не значит молиться. Можно произносить самые правильные слова, а сердце останется холодным. Можно знать всё богословие, но так и не встретить Живого Бога.

Один старец сказал мне:

– Бог ожидает человека не в его рассуждениях, а в его сердце.

Тогда эти слова показались мне красивыми, но непонятными. Теперь они стали смыслом всей моей жизни.

Почему же именно сердце?

Потому что сердце – это не одна из способностей человека. Это центр всей его личности. Здесь сходятся ум и воля, память и совесть, любовь и страх, свобода и ответственность. Здесь принимаются решения, которые потом становятся судьбой человека. Всё, что происходит в нашей жизни, прежде рождается в сердце.

Недаром Господь сказал: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят». Он не сказал: «Блаженны много знающие», «блаженны обладающие сильной волей» или «блаженны тонко чувствующие». Он указал на сердце, потому что именно оно создано быть престолом Божиим в человеке.

В святом Писании сказано что человек живёт там, где находится его сердце. Если сердце пленено богатством, человек уже живёт в богатстве. Если оно захвачено человеческой славой, он уже живёт в тщеславии. Если оно принадлежит страстям, то и вся жизнь постепенно становится служением страстям. Но если сердце начинает принадлежать Христу, тогда вся человеческая жизнь незаметно становится иной.

Мне вспоминается рассказ о преподобном Силуане Афонском. Как спросили его: «Где искать Бога?»

Геронда ответил не рассуждением, а всей своей жизнью. Он искал Бога не глазами и не умом, а сокрушённым сердцем. Именно поэтому Господь открылся ему не как отвлечённая истина, а как Живая Любовь. Только позже я понял: Бога невозможно увидеть тем местом души, которым мы рассматриваем окружающий мир. Его узнаёт сердце, очищенное покаянием и смирением.

Иногда мне кажется, что самая большая трагедия современного человека заключается не в том, что он много думает, а в том, что он почти перестал жить сердцем. Его ум непрестанно занят. Он сравнивает, анализирует, доказывает, спорит, оценивает. Но сердце остаётся забытым. Оно похоже на заброшенный храм, двери которого давно не открывались.

Однажды старый пустынник повёл меня к высохшему источнику.

– Посмотри, – сказал он, – вода перестала течь не потому, что исчезла в горах. Люди просто завалили родник камнями.

Потом он долго молчал.

– Так происходит и с сердцем. Благодать не перестаёт искать человека. Но сердце постепенно засыпают заботы, страхи, желания, обиды, самолюбие и бесконечная суета. Вода жизни остаётся внутри, но уже не может пробиться наружу.

Эти слова сопровождали меня многие годы. Чем внимательнее я наблюдал за собой, тем яснее видел: все мои падения начинались не с поступков, а с сердца. Сначала в нём рождалась маленькая мысль о собственной правоте. Потом появлялось недовольство. Затем осуждение. Потом исчезал мир. И лишь спустя время грех становился видимым.

Но и спасение начинается там же. Сначала сердце тихо откликается на Божий призыв. Потом рождается покаяние. Затем приходит смирение. После этого благодать начинает очищать глубины души, и постепенно весь человек становится другим.