Тропы Афона

В молодости я часто спрашивал духовника, почему Господь не открывает Себя каждому человеку так ясно, чтобы исчезли все сомнения. Геронда улыбнулся и ответил:

– Солнце светит каждому, но слепой не видит его не потому, что солнца нет, а потому, что нужно исцелить глаза.

Тогда мне показалось, что он не ответил на мой вопрос. Теперь понимаю: Бог непрестанно обращается к человеку – через красоту мира, через голос совести, через радость, через скорби, через встречу с добрым человеком и даже через внутреннюю тоску, которую ничто земное не может утолить. Но чтобы услышать этот тихий призыв, сердце должно начать пробуждаться.

Иногда люди спрашивают, где начинается духовная жизнь. Не в монастыре. Не с длинных молитв. Не с чтения множества книг. Она начинается с честного признания: «Без Бога я не могу стать тем, кем был создан». Пока человек надеется наполнить своё сердце одним лишь миром, он будет переходить от одного источника к другому и всякий раз уходить с жаждой. Но когда он впервые обратится ко Христу не из любопытства, не из страха и не ради выгоды, а потому что узнал собственную нищету, тогда Господь Сам начинает вести его по пути, которого он прежде не видел.

Сегодня, погасив лампаду перед рассветом, я снова подумал: вся моя жизнь была не чем иным, как медленным возвращением домой. И, быть может, духовность начинается именно здесь – не с ощущения собственной силы, а с тихого узнавания Отчего голоса, Который с первых дней жизни зовёт каждого человека одним и тем же словом: «Вернись».

+

Запись 2. Что такое духовность

+

Сегодня после Божественной Литургии я долго не уходил из храма. Братья уже разошлись по своим послушаниям. В каливах застучали топоры, где-то заскрипели двери, кто-то понёс воду из колодца. Только в храме всё ещё стояла такая тишина, словно сама вечность задержалась между небом и землёй.

Я смотрел на мерцающее пламя лампады и думал, как часто люди произносят слово «духовность», не понимая, о чём говорят.

За долгие годы мне приходилось встречать самых разных людей. Одни называли духовностью образованность, другие – добрые дела, третьи – возвышенные чувства, четвёртые – увлечение тайными знаниями. Некоторые полагали, что духовность – это особое душевное состояние, которое можно обрести чтением книг, медитацией или красотой природы. Но всё это – лишь прикосновение к человеческой душе, а не к её Творцу.

Однажды старец сказал мне слова, смысл которых я понял лишь спустя много лет:

– Сын мой, духовность – это не жизнь человека ради духа, а жизнь человеческого духа в Духе Божием.

Тогда мне показалось, что различие невелико. Теперь вижу: в этих словах заключена пропасть между человеческой мудростью и Евангелием.

Всякое доброе качество души ещё не делает человека духовным. Можно быть честным, справедливым, образованным, милосердным, даже жертвенным, и при этом жить лишь собственными силами. Такой человек достоин уважения, но духовность начинается там, где человек перестаёт быть единственным источником своей жизни.

Господь сказал: «Без Меня не можете делать ничего». Долгое время я понимал эти слова слишком поверхностно. Мне казалось, что речь идёт лишь о великих подвигах святости. Но постепенно стало открываться другое: без Бога человек может совершить множество добрых поступков, построить прекрасную семью, написать мудрые книги, создать произведения искусства. Но он не может победить смерть, исцелить повреждённую грехом природу и восстановить в себе полноту образа Божия. Это возможно лишь тогда, когда в человеке начинает действовать благодать Святого Духа.

Теперь всё чаще думаю, что духовность невозможно создать собственными усилиями. Её нельзя выучить, купить или заслужить. Она рождается там, где человеческое сердце перестаёт сопротивляться Богу.

Мы привыкли говорить: «Я живу». Но духовный человек постепенно начинает понимать другую истину: если Дух Святой перестанет поддерживать меня хотя бы одно мгновение, исчезнет не только моя молитва – исчезнет сама жизнь. Мы существуем потому, что Бог непрестанно сообщает нам бытие. Но духовность начинается тогда, когда человек не просто существует благодаря Богу, а сознательно живёт Им и в Нём.

Один старый афонский монах однажды показал мне виноградную лозу, обвившую стену его кельи. Он осторожно коснулся одной молодой ветви и спросил:

– Как ты думаешь, откуда здесь появляется сок?

Я ответил:

– От корня.

Он улыбнулся.

– А если ветвь отделить?

– Она засохнет.

Геронда долго молчал, а потом сказал:

– Вот и всё богословие духовной жизни.

Тогда я вспомнил слова Спасителя: «Я есмь Лоза, а вы ветви». Мы часто думаем, что духовность – это украшение жизни. На самом же деле она – сама жизнь. Ветвь не становится суше в тот день, когда её отделяют от лозы. Она ещё некоторое время остаётся зелёной. Но жизнь уже ушла из неё. Так бывает и с человеком. Он может ещё долго казаться сильным, успешным и счастливым, хотя душа его уже начала увядать.

Иногда мне кажется, что самая страшная беда нашего времени состоит не в неверии, а в подмене духовности. Люди ищут необычных ощущений вместо покаяния, силы – вместо смирения, знания – вместо любви, переживаний – вместо благодати. Душа незаметно начинает любоваться самой собой, принимая это за духовный рост. Так рождается тончайшая гордыня, которую святые отцы называли прелестью.

Истинная духовность никогда не восхищается собой. Она всё больше видит величие Божие и собственную немощь. Потому преподобный Силуан Афонский, уже достигнув высокой меры святости, продолжал плакать о всём мире и считать себя хуже всякого человека. Не потому, что унижал себя ложными словами, а потому, что свет Божий открывал ему такую глубину собственного сердца, какую невозможно увидеть без благодати.

Чем ближе человек подходит к огню, тем яснее замечает каждое пятно на своей одежде. Так и душа, приближаясь ко Христу, не становится мрачнее – она становится честнее. Она перестаёт оправдывать себя и начинает благодарить Бога даже за то, что ей открывается её собственная немощь.

Теперь, прожив многие годы на Святой Горе, я осмеливаюсь сказать лишь одно. Духовность – это не особое дарование и не удел немногих избранных. Это жизнь Святого Духа в человеке и человека – в Святом Духе. Всё остальное – лишь подготовка к этой великой встрече.

И чем больше благодать входит в сердце, тем меньше человек говорит: «Посмотрите на меня». Всё чаще он шепчет: «Не мне, Господи, не мне, но имени Твоему дай славу».

Пожалуй, именно с этой тихой молитвы и начинается настоящая духовная жизнь.

+

Запись 3. Дух, душа и тело

+

Сегодня на рассвете я сидел на камне над морем. Ночь медленно уступала место утру. Сначала посветлело небо, потом серебром заблестела вода, а ещё через некоторое время первые лучи коснулись вершины Афона. Я подумал: как постепенно приходит свет. Не сразу. Так же постепенно Господь открывает человеку и тайну его собственного сердца.

Многие годы я был уверен, что знаю самого себя. Я знал свои привычки, желания, слабости и страхи. Но чем дольше жил в молитве, тем яснее понимал: человек остаётся величайшей загадкой для самого себя. Легче изучить устройство мира, чем проникнуть в глубину собственного сердца.

Однажды один молодой послушник спросил старца:

– Отче, кто я?

Геронда ответил неожиданно:

– Если проживёшь всю жизнь и узнаешь хотя бы половину ответа на этот вопрос, благодари Бога.

Тогда мне показалось, что старец уклонился от ответа. Теперь понимаю: он сказал самую глубокую истину.

Священное Писание открывает нам, что человек состоит из тела, души и духа. Это не три отдельных существа, живущих рядом друг с другом, а единая человеческая личность, в которой всё тесно связано. Как пламя, свет и тепло невозможно отделить друг от друга, так и тело, душа и дух составляют одного человека.