Бессонница

— Спасибо, - губы сами растянулись в улыбку, и внутри разлилось приятное тепло.

— Устала? – серые глаза изучающее заскользили по моему лицу, стоило закрыть за собой дверь.

— Немного.

— Для человека, который устал лишь немного, выглядишь ты.. – Руслан усмехнулся, не договорив.

— Как?

— Как выжатый лимон.

— Ну ты.. – я рассмеялась. – Кажется, за этот вечер это первый честный комплимент в мой адрес.

— Теперь ты знаешь к кому обратиться за честной оценкой, - Серебряков осторожно подушечками пальцев погладил меня по щеке. – А так все в порядке?

Смешно, но именно этот вопрос должна была задать я. Два дня он не давал мне покоя, а теперь.. вышло все наоборот.

— Надеюсь, что в порядке, - не выдержав прямого взгляда, я опустила голову.

Не знаю, как расценил мое действие Руслан, но следующее, что он сделал – отодвинул свое сиденье назад и похлопал себя по колену.

— Залазь.

Вот так просто, словно мы не на парковке возле ночного клуба, а где-нибудь за городом, где нет людей.

Сомневалась я лишь секунду. Перелазить к нему на колени было не так уж удобно, но что такое "удобство", когда позади много часов беспокойства?

— Так точно лучше, - Руслан левой рукой поддержал меня за спину, а правой принялся нежно, но настойчиво массировать напряженные шею и плечи.

В подтверждение мне хотелось замурлыкать. Да, это было лучше! Лучше всего, что я могла себе представить. Хотя, кому я вру, такого я даже представить не могла.

— Да-а, "легкая" жизнь у ведущих, - протянул Руслан. - Камни и те мягче.

— Микрофон очень тяжелый, - от удовольствия я закрыла глаза и полностью растворилась в ощущениях. Серебряков точно знал, что делал. Пальцы то нежно гладили, то нажимали на какие-то точки, заставляя меня постанывать от приятной боли.

— Ощущаю, - закончив с плечами, правая ладонь спустилась к груди и распахнула ворот плаща. Переодеться я не успела, так что взору Руслана предстала едва прикрытая грудь с тонкой цепочкой, подчеркивающей изгибы полушарий. – Неплохо! Из мужской половины в живых кто-нибудь остался?

— Парочка голубых, - я закусила губу.

— Думаю, они переметнутся. – Посылая эротические сигналы во все нервные окончания, горячие мужские губы заскользили по ключицам.

— Не знаю.. Но у себя в блогах могут написать что угодно, - разнеженная лаской, я с трудом подбирала слова. Руслана нужно было как-то предупредить, что очень скоро на мою голову выльется целое ведро помоев. Я обязана была хоть как-нибудь подстраховаться. – Многие будут писать..

— Угу, - губы добрались до моего левого уха, и язык принялся нежно ласкать мочку. – Будут.

— Я серьезно.

— Я тоже, - прекратив свои игры, Руслан легонько щелкну меня по носу указательным пальцем. – И писать будут. И хотеть будут. Черт, я сам даже такую уставшую тебя хочу.

— Это хорошо, - от уверенности и спокойствия, с которым было сказано признание, за спиной словно крылья выросли.

— Да, - Руслан притянул меня к себе на грудь. Совсем как в прошлый раз во время нашей близости в машине. – Вот только скажи мне, выжатый лимон: за стаканчиком кофе есть смысл куда-то заезжать или сразу домой и под одеялко?

До этого самого момента я и не ощущала, насколько сильно устала. Глаза ни с того ни с сего начали слипаться, а из уютных объятий не хотелось выбираться вообще. Наверное, сказалось волшебное слово "одеялко". С детства не слышала его, а тут..

— Честно? – прижалась щекой к колючей щеке.

— Честность за честность, - вернул мой комплемент Серебряков.

— Тогда домой.

* * *

Милые, почти невинные фразы и действия Руслана выворачивали душу наизнанку. Я не думала, каким он был с другими женщинами, старалась не вспоминать совместные встречи со Светой. Сейчас он был моим со всей его страстью и обручальным кольцом на пальце.

Моим.

Пусть не до конца. Хотя бы физически.

"Тело не лжет", - порой вспоминалась фраза, сказанная в эфире Прокловой. "Ты ведь не лжешь? Я на самом деле нужна тебе так же сильно, как и ты мне?" – вопрос зудел на губах, грозясь сорваться, каждый раз, когда сильные руки скользили по телу. Но я молчала.

Быть нужной, быть частью - Жанна, садившаяся в поезд "Санкт-Петербург - Москва" и не думала о таком. Она хотела сжечь мосты. Сделать то, что не смогла в далеком Сочи. Теперь, засыпая каждую ночь на плече любимого мужчины, я грезила о другом.

Вместо глухого, привычного, будто неизлечимая болезнь, одиночества на душе появилось какое-то незнакомое, волнующее чувство. Даже мысленно я боялась назвать его. Страшилась и на секунду задуматься о значении..

"Надежда" - запретное слово. Выброшенное из лексикона за ненадобностью. И сейчас самое заветное.

Судьба махала перед носом выигрышным лотерейным билетом. Он был совсем рядом. Мы жили с Русланом под одной крышей, делили кровать, больше не закрывали глаз и наконец-то перестали ругаться.

Джек-пот был почти мой. Протяни руку и забери билет. Но не верьте тем, кто говорит, что к хорошему привыкаешь быстро. Болото не отпускает в один миг. Тревожными снами, болезненными воспоминаниями, словами друзей оно крепко держит своих жертв, запрещая поверить окончательно.

Мое болото отпускать не умело вообще.

* * *

Словно собственной неуверенности было мало, свежую охапку дров в костер сомнений подкинул Костя.

Неделю после возвращения из вымышленной поездки мы говорили лишь о делах. Эфирная сетка, прихоти гостей, новые заскоки Мисюрова – тем было хоть отбавляй. Но перед субботой, после особенно напряженной передачи терпение друга все же лопнуло.

— Жанн, - он присел на диван в моем кабинете и зарылся пальцами в шевелюре, - а вообще, о важном ты ничего не хочешь мне рассказать?

Можно было, конечно, разыграть глухую и понадеяться, что неожиданный интерес Кости пропадет так же быстро, как и родился, но что-то подсказало: "Не стоит".

— О чем? – нисколько не стесняясь, я стянула через голову удобный серый гольф и надела кремовую полупрозрачную блузку с целой дюжиной маленьких пуговичек. Одного нетерпеливого мужчину сегодня вечером ожидал специальный сюрприз.

— О поездке в Москву. О том, почему ты всю неделю сама на себя не похожа. - Костя бросил хмурый взгляд исподлобья.

— Не похожа? – чтобы не улыбнуться, пришлось прикусить щеку изнутри.

— Нет. Хоть священника приглашай.

Я удивленно уставилась на друга.

— Экзорциста, - тут же пояснил Костя.

— Ээ.. Нет. Ни изгонять бесов, ни отпевать меня, пожалуй, не нужно. Потом, может быть, но сейчас точно не стоит.

— А сейчас не стоит из-за.. – Костя взмахнул рукой, предлагая мне продолжить фразу.

— Из-за того.. – признание, которое я сдерживала в себе целую неделю, уже рвалось наружу. Так и хотелось сказать: "Потому что у меня роман. Роман с Русланом", только язык не повернулся.  – Я сплю с Серебряковым. Ума не приложу, что из этого получится, и с чем я останусь, но так вышло.

Реакцию Кости нужно было снимать на видео. Казалось, даже оранжевая бабочка, последнее пижонское приобретение, обмякла в бесформенную тряпочку.

Друг с минуту, долго, внимательно рассматривал мое лицо, а потом тяжело вздохнул.

— Костя, - уже без веселья, тихо позвала я его, - я счастлива, - опустилась рядом на диван.

— Конечно.

— Правда.

— Угу. Заметно.

— Клянусь тебе!

— Орлова, ты в курсе, что на немецком счастье – это "глюк"?