Страница 30 из 59
Не сломают нас ни проклятья, ни года,
Ни чужие страхи, ни чужая вражда.
Мы будем стоять, пока стоит этот зал,
Пока в коридорах слышен наш дружный крик: «Ура!»
Мы всё ещё здесь,
Мы всё ещё здесь.
Несмотря на грозы и шторма,
Несмотря на тьму и холода,
Несмотря ни на что, всегда —
Мы всё ещё здесь!
Раздался детский смех и аплодисменты.
- О, музыка! - воскликнул Дамбодор, вытирая глаза: похоже, он прослезился от умиления. - Ее волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью - марш!
Первокурсники грифиндорцы, возглавляемые моим братом, прошли мимо еще болтающих за своими столами старшекурсников, вышли из Большого зала и поднялись вверх по мраморной лестнице.
Мои ноги снова налились свинцом, только уже не от волнения, а от усталости и сытости. Я был очень сонным и совершено не обращал внимая на то, что люди, изображенные на развешанных в коридорах портретах, перешептываются между собой и показывают на первокурсников пальцами. И воспринял как само собой разумеющееся то, что Перси дважды проводил нас сквозь потайные двери - одна пряталась за раздвижными панелями, а вторая скрывалась за свисающим с потолка длинным гобеленом. Зевая и с трудом передвигая ноги, мы поднимались то по одной лестнице, то по другой. Я терпеливо ждал, когда же мы доберемся до цели и тут Перси вдруг остановился.
Я встряхнулся и насторожено замер. Потом снял с плеча Паршивца и спрятал его в карман.
Перед нами в воздухе плавали костыли. Как только Перси сделал шаг вперед, костыли угрожающе развернулись в его сторону и начали атаковать. Но они не ударяли, а останавливались в нескольких сантиметрах, как бы говоря, что он должен уйти.
- Это Пивз, наш полтергейст, - шепнул Перси, обернувшись к нам. А потом повысил голос: - Пивз, покажись!
Ответом ему послужил протяжный пердеж.
- Ты хочешь, чтобы я пошел к Кровавому Барону и рассказал ему, что здесь происходит?
Послышался хлопок, и в воздухе появился маленький человечек с неприятными черными глазками и большим ртом. Он висел, скрестив ноги, между полом и потолком, и делал вид, что опирается на костыли, которые ему явно не были нужны.
- О-о-о-о! - протянул он, злорадно хихикнув. - Маленькие первокурснички! Сейчас мы повеселимся.
Висевший в воздухе человечек вдруг спикировал на нас, и все дружно пригнули головы.
- Иди отсюда, Пивз, иначе Барон об этом узнает, я не шучу! И снова накостыляет тебе. - резким тоном произнес Перси.
Говорят кровавый барон муж дочери основательницы школы - Равенны. И он перед самоубийством поклялся основательницы защищать школу, раз уже не смог защитить её дочь.
Пивз высунул язык и исчез, уронив свои костыли на голову Невиллу. Похоже, специально выбрал самого безобидного из нас. Мы слышали, как он удаляется от нас, из вредности стуча чем-то по выставленным в коридоре рыцарским доспехам.
- Вам следует его остерегаться, - предупредил нас Перси, когда мы двинулись дальше. - Единственный, кто может контролировать его - это Кровавый Барон, а так Пивз не слушается даже нас, старост. Вот мы и пришли.
А кровавый барон помогает только слизеринцам. Класс. Ну что ж буду считать стычки с Пивзом тренировкой. Еще бы дорогу запомнить. Наконец-то мы пришли.
Мы стояли в конце коридора перед портретом очень толстой женщины в платье из розового шелка.
- Пароль? - строго спросила женщина.
- Капут драконис, - ответил Перси, и портрет отъехал в сторону, открыв круглую дыру в стене. Чарли бы прибил Перси за такой пароль, или это полная дамапароли устанавливает.
Все пробрались сквозь нее самостоятельно, только неуклюжего Невилла пришлось подталкивать. Круглая уютная Общая гостиная Гриффиндора была заставлена глубокими мягкими креслами.
Перси показал девочкам дверь в их спальню, мальчики вошли в другую дверь. Мы поднялись по винтовой лестнице, комната находилась в одной из башенок - и, наконец, оказались в спальне. Здесь стояли пять больших кроватей с пологами на четырех столбиках, закрытые темно-красными бархатными шторами. Постели уже были постелены. Все оказались слишком утомлены, чтобы еще о чем-то разговаривать, поэтому мы молча натянули свои пижамы и забрались на кровати. Я устроился рядом с кроватью Гарри. Тот выбрал кровать рядом с окном. Вот придурок, там же дуть зимой будет.
- Гарри может переляжешь? Зимой из окна дуть будет.
- Нет, я хочу чтобы окно было рядом. Люблю в окна смотреть.
- Ну ладно. Классно поели, правда? - пробормотал я, за тяжелыми шторами.
Недоуменно смотрю на Паршивца. Так, у тебя что снова зубы чешутся?
- Уйди отсюда, Паршивец! Представляешь, Гарри, он жует мои простыни!
Я залез в чемодан и достал собранные специально для Паршивца веточки и шарик из фольги обмотанный нитками – его любимую игрушку. Я когда показал его Перси, тот наложил на него бытовые чары, чтобы фольга слабо светилась в темноте и не гремела сильно. А еще старую коробку из под шоколадных лягушек и хлопковый старый носок из пары которого крысюк дома в моей комнате обустроил себе гнедо. Крыс сразу перестал грызть простынь и принялся за носок, потом жалобно пискнул обнюхивая мой пергамент. Я достал пару листов и протянул их паршивцу. Так, надо будет еще ему принести на прозапас.
Так щас пристрою ему коробочку в уголок комнаты. Я поискал уголок. Проклятье, комната же круглая и что делать? Я начал осматривать все что есть в комнате. Так от окна сквозит, я почему и хотел убрать Гарри подальше от него. Так а под кроватью? Блин, так пыльно. Нет не пойдет. О поставлю за сундуком и перед стеной в получившуюся нишу. Никто не заденет и крысюку будет уютно.
- Паршивец посмотри тебе уютно будет здесь гнездо сделать?
Крыс обошел коробку, потом схватил носок в зубы и потащил в коробку, потом вернулся за пергаментом.
- ну вот и ладно. Вот тебе еще палочка для зубов и любимая игрушка.
Я вспомнил как Перси принес мне поилку для Паршивца:
В ладони у Перси лежала маленькая медная чашечка с тонким узором по краю.
— Держи. Это не просто миска. Я наложил на неё чары удержания влаги: если Паршивец опрокинет, вода не разольётся по всей комнате. Она как будто «прилипает» к поверхности, пока ты сам не соберёшь её заклинанием.
Рон хмыкнул:
— То есть если Паршивец устроит потоп, я смогу всё собрать одним взмахом?
— Именно. И ещё я добавил метку: если вода станет несвежей, узор потемнеет. Так ты сразу увидишь, что пора поменять.
Рон покрутил чашечку, разглядывая витые линии.
— Ты это специально делал? Не на уроке, а сам?
Перси слегка покраснел и поправил мантию.
— Ну… я подумал, что тебе пригодится. Не хочется, чтобы он заболел из-за какой-нибудь ерунды.
Рон улыбнулся.
— Спасибо. Это… очень круто.