Страница 34 из 63
Я, живущая у него дома.
Он, спящий на моем диване.
Мы перебрасываем одну доску за другой через каньон шириной в шесть лет. Насколько опасно думать, что мы сможем это сделать?
— Могу я дать тебе небольшой совет? — Мэри вопросительно поднимает бровь, глядя на меня. — Вы с Эдрианом слепы к тому, что происходит перед вами. И даже если бы вы это увидели, я боюсь, вы оба слишком профессиональны, чтобы что-либо предпринять. Но ты заслуживаешь счастья, Элоиз. Так скажи мне, он тебе нравится?
— Я… — люблю его . Но я не могу этого сказать. — Наверное.
— Эдриан — настоящий джентльмен до мозга костей, — улыбается Мэри. — Он не переступит черту в ваших отношениях, как бы сильно ему этого ни хотелось. И поверь, этого человека трудно понять, но совершенно очевидно, что он этого хочет.
Кэсси смеется и кивает головой.
— Думаю, я понимаю, почему ты была осторожна, и я это осознаю, — Мэри сжимает мои руки. — Но, девочка, ты и так достаточно настрадалась. Каждый заслуживает немного безрассудства в жизни, даже ты.
— А что, если я не смогу?
Мэри отступает на шаг назад, засовывает большие пальцы в карманы и оглядывает меня с головы до ног. В уголке ее губ появляется улыбка.
— Я верю в тебя, девочка. Но не жди слишком долго. Мужчина не будет одинок вечно.
У меня язык распухает от волнения, потому что она права. Если судить по его отношениям с Беккой, с возрастом он все больше склоняется к мысли о создании семьи. Сейчас ему за тридцать, и он, несомненно, ищет серьезных отношений, как, похоже, и парни из группы. Но я ясно дала ему понять, что мы никогда не сможем быть больше, чем друзьями, поэтому, даже если Мэри и Кэсси правы, он никогда не решится на это со мной.
Эдриан никогда бы не переступил черту, которую я не хотела бы переступать. Это одна из вещей, которые я в нем уважаю. Но это также привело нас к тупиковой ситуации. Мы оба стоим по разные стороны забора, ни разу не потянувшись за защелку.
Безопасность.
Комфорт.
Защита.
То, что нас с Эдрианом объединяет, одновременно и разделяет. И как долго я готова это терпеть? Если я действительно готова взглянуть правде в глаза, это значит, что я должна противостоять своим чувствам к Эдриану и не отворачиваться. Это значит, что я должна решить, готова ли я потерять его или нет.
Уже сама мысль о том, что он женится на Бекке, была достаточно ужасна. Если я буду продолжать ждать, рано или поздно он окончательно найдет себе новую девушку.
Я это точно знаю. Я уже сама подумывала о дальнейших шагах, обдумывая, что буду делать после этого тура. Что произойдет, если мы возьмем перерыв, пусть даже ненадолго? Готова ли я уйти из группы — от него?
У меня кружится голова от мысли, что Эдриана не будет рядом со мной каждый день. Что я больше не увижу его лица, когда буду уходить со сцены. Что он не будет навещать меня, когда я слишком долго буду отстранена.
Он единственный мужчина в мире, который смотрит на меня так, будто я могу быть Элоиз Кейн или просто Элоиз, и это все равно.
— Подумай об этом, — Мэри улыбается, вероятно, уже заметив, что я об этом думаю.
Она поворачивается, и они с Кэсси начинают разворачивать обертки от масок для лица. Одним рывком они превращаются в кашу, и Мэри напоминает, что с самого начала говорила, что это была плохая идея. Но я их почти не слышу. В своей голове я уже застряла на карусели, на которую меня посадила Мэри.
Годами я была лишь малейшей частью себя, боясь, что от меня ничего не осталось. Мир может смотреть на меня и думать, что видит Элоиз Кейн, но это была лишь проекция моей маски. Хотя меня называли голосом женщин во всем мире, я была женщиной, которая во всем подводила саму себя.
Я стал жертвой.
Но больше нет.
Если кто-то думает, что может меня напугать, контролировать или сломить, то он сильно ошибается. Я делаю шаг вперед и готова растопить лед, который меня заморозил. Он не уничтожил меня, потому что я выжила. Я здесь.
Раскрыв свой секрет перед группой, я сделала свой первый настоящий шаг вперед за много лет, и мне не терпится сделать еще один.
Внутри меня, в холодных уголках, разгорается огонь, жаждущий вырваться на свободу, вспыхнуть ярко, осветить меня. Я наконец-то готова взять то, что принадлежит мне, и никто меня не остановит.
Глава 21
Эдриан
Я чертовски устал.
Каждый раз, когда тур подходит к концу, меня это сильно выматывает, и этот не исключение. Команда устала. Группа устала.
Черт, я устал.
Это вовсе не означает, что в ближайшее время меня ждет отдых. До конца тура еще три недели, и одна из них — фестиваль «Sun Daze», а это уже начинает меня нервировать.
Контролировать обстановку вокруг группы и так непросто на площадках и в отелях, но на недельном концерте под открытым небом это практически невыполнимая задача. Добавьте к этому тот факт, что у меня до сих пор нет никаких зацепок по поводу сталкера Элоиз, и я готов отказаться от всего этого.
Как будто этих мыслей недостаточно, чтобы вызвать тревогу, впервые за много лет я не уверен, что меня ждет дальше.
Элоиз пока не согласовала новый альбом или тур, поэтому, насколько мне известно, группа возьмет перерыв. И пусть это позволит мне полностью переключиться на дальнейшие планы Мерри, перспектива перестать видеть Элоиз каждый день меня совсем не греет.
Дверь лифта открывается, и я иду по коридору, надеясь, что мои внутренние переживания не отразятся на моем лице, когда я подойду к Бо, охраннику, стоящему перед дверью Элоиз.
— Что-то происходило?
Бо качает головой.
— Спокойная ночь.
— Хорошо.
Он отходит в сторону, чтобы я мог войти. Если у него и возникли какие-то подозрения по поводу того, почему я иду в номер Элоиз посреди ночи, он этого не показывает. Я нисколько не сомневаюсь, что вокруг всего происходящего в последнее время ходят слухи, но команда достаточно умна, чтобы не говорить мне ничего в лицо.
Когда я вхожу, в комнате темно, и меня наполняет знакомое чувство облегчения от цветочного аромата, витающего в воздухе, как только я закрываю дверь. Все в Элоиз успокаивает. Ее запах, ее голос, ее присутствие. Это именно то, что мне нужно после тяжелой ночи.
Пока она уже несколько часов как вернулась в номер, я ругался с командой и готовился снова отправиться в путь завтра — или сегодня. Взглянув на часы, я понимаю, что уже три часа ночи, а мы выезжаем в полдень.
Мне бы следовало лечь спать, но я испытываю стресс, меня мучает жажда, и я возбужден.
Опустившись на диван, я запрокидываю голову назад, пытаясь успокоиться.
— Эдриан?
Я поднимаю глаза и вижу, как Элоиз выходит из своей комнаты, потирая глаза. е растрепанные волосы рассыпались по плечам, и на ней не было ничего, кроме огромной футболки, подчеркивающей длину ее ног.
— Да, это всего лишь я, — меня бесит, что ей приходится беспокоиться о каждом малейшем звуке. — Можешь возвращаться в постель.
Вместо того чтобы сделать так, как я сказал, она подходит и садится на журнальный столик передо мной, так близко, что ее обнаженные ноги оказываются между моими, и комната начинает сужаться.
— Ты в порядке?
Я выпрямляюсь и пытаюсь понять ее.
Бо знает, что нужно позвонить, если случится что-то необычное, а телефон молчал всю ночь, поэтому я решил, что Элоиза спит в постели. Но то, как она сидит так близко и кусает губу, меня беспокоит, и я надеюсь, что ничего не упустил.
— Я в порядке.
Её ответ и жесты противоречили друг другу. Она сжимает пальцами край кофейного столика; она кажется взвинченной, каждая мышца её тела словно натянута как струна.