Страница 2 из 63
В уголке рта бармена мелькает едва заметная усмешка.
— Это не совсем обычная ситуация.
Я пожимаю плечами.
— Почему ты так думаешь?
Его взгляд опускается на воду в моем стакане, затем медленно поднимается обратно, ненадолго задерживаясь на цветах, вытатуированных у меня на плече.
— Предположение.
— Как скажешь, — я качаю головой, распрямляю руки и беру карандаш.
Я не знаю, кем этот парень себя возомнил, но я не собираюсь вмешиваться в этот разговор, куда бы он ни завел. Если бы мне нужно было отвлечь внимание, я бы вернулась за стол вместе с Себастьяном.
Я снова начинаю писать, но бармен не понимает намека. Я чувствую на себе его взгляд, он наблюдает за мной, пока я пишу, и это меня нервирует.
— Сколько тебе лет? — спрашивает он.
С силой прижав карандаш к блокноту, я прищуриваюсь и смотрю на него.
— Разве тебя никто не учил не спрашивать у дамы, сколько ей лет?
— Это часть работы, — его взгляд переместился на бутылку виски на барной стойке, а затем снова на меня.
— Я не заказывала алкоголь.
— Ты сидишь за барной стойкой.
— Да уж, конечно, — я закатываю глаза и достаю из заднего кармана удостоверение личности. — Вот. Довольен?
Он снимает с барной стойки мой паспорт и внимательно его читает, его коричные глаза бегают то на меня, то на мою фотографию. Наконец, он возвращает мне паспорт и кладет обе руки на барную стойку перед собой.
— С днем рождения, — он опускает подбородок, но на его лице нет ни капли улыбки. — Разве не стоит отпраздновать?
— Не знаю, стоит ли? — я кладу удостоверение личности в задний карман.
— Двадцать один, — замечает он. — Хочешь, я налью тебе чего-нибудь покрепче?
Я качаю головой.
— Нет, спасибо.
Исполнение двадцати одного года теряет свою привлекательность, когда оно на самом деле не знаменует собой ничего нового в вашей жизни.
Моя мама не была "родителем года", поэтому я знаю, что значит напиться, с тринадцати лет. А еще есть атмосфера баров, которая мне уже слишком хорошо знакома по сотням выступлений, которые мы провели за последние несколько лет. Все то же самое, и ничего интересного.
Сегодня мой день рождения, но я чувствую лишь начало нового года, в котором буду ждать перемен. Каких именно? Я до сих пор не поняла.
Выражение лица бармена напрягается, словно он пытается меня прочитать, и что-то в его взгляде запирает меня в клетке.
— На этом все? — я расправляю плечи и пытаюсь понять, что именно в нем меня так раздражает.
Он кивает, выпрямляясь.
— Ты новенький, верно? — спрашиваю я его, и в ответ получаю любопытное выражение лица.
Он один раз кивает. Все в нем резкое, быстрое, резкое.
И могущественное.
— Так и думала, — я постукиваю карандашом по блокноту, и хотя он не отрывает от меня взгляда, у меня возникает ощущение, что он это замечает. Словно он из тех мужчин, которые наблюдают за всем происходящим вокруг, независимо от того, смотрит он прямо на это или нет. — Не видела тебя раньше.
— Тебе только сегодня исполнился двадцать один год. Каково это?
Я не отрываю от него глаз, и малейшая ухмылка на его лице вызывает у меня такую же.
— Меня зовут Элоиз, — уклоняюсь я от ответа.
— Эдриан, — он отводит взгляд от меня, оглядывается через плечо и на секунду отвлекается. Он осматривает комнату так, словно в любой момент ожидает, что что-то произойдет. Что-то мелькает у него в глазах, прежде чем его взгляд снова опускается, и он делает шаг назад, чтобы начать вытирать стопку свежевымытых стаканов.
— Над чем ты работаешь? — он наклоняет голову к моему блокноту, но отводит взгляд, сосредоточившись на стакане в руке.
Я смотрю на страницу с каракулями передо мной. Она украшена наполовину словами, наполовину цветами.
— Песня.
— Ты поешь?
— Иногда, — пожимаю плечами я.
Дело не в том, что у меня нет голоса, но Себастьян всегда был более общительным из нас двоих. Он создан для внимания публики и всего, что сопутствует статусу лица группы. Наши фанаты, похоже, это ценят. И меня это не смущает, потому что я предпочитаю заниматься бас-гитарой и привлекать к себе меньше внимания.
— Что…
— Эдриан! — кричит Себастьян, перебивая Эдриана, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как мой брат несется в нашу сторону.
За последние десять минут он умудрился напиться еще сильнее, потому что теперь у него появилась едва заметная неуверенность в походке.
Себастьян останавливается рядом со мной и упирается ладонями в барную стойку, словно боится упасть, если этого не сделает. Он протягивает руку, и Эдриан здоровается с ним, полуобнимая его через барную стойку.
— Я не знал, что ты сегодня работаешь, — Себастьян ухмыляется и поворачивается ко мне. — Помнишь того парня, о котором я тебе рассказывал, с его студией звукозаписи?
Найти место для записи — это проблема. Себастьян сказал, что у него есть друг, у которого есть свободная комната, которую мы могли бы использовать для записи нашего демо. Он даже не упомянул, где они познакомились, просто сказал, что тот предложил помощь, когда Себастьян сказал, что нам нужно тихое место, не гараж.
— Это тот самый парень, — Себастьян указывает большим пальцем в сторону Эдриана и выглядит явно довольным.
— Приятно познакомиться, — говорю я, и он кивает в ответ, как будто мы этого еще не делали.
Конечно, он друг Себастьяна. Не уверена, что в городе есть хоть один парень, которого мой брат не знает из того или иного места. И, судя по всему, Эдриан не исключение.
Себастьян обнимает меня за плечи. От него сильно пахнет алкоголем, и он чуть не сбивает меня с ног из-за неспособности удержать равновесие.
— Это та сестра, о которой я тебе рассказывал, — он потирает костяшку пальца о мою макушку, как будто я ребенок.
Я раздраженно отталкиваю его. Мы, может, и близнецы, но Себастьян любит относиться ко мне как к младшей сестре только потому, что он старше меня на две минуты. Не то чтобы эти сто двадцать секунд как-то повлияли на его уровень зрелости.
Эдриан оглядывает меня с ног до головы, его коричные глаза точно знают, как заставить меня почувствовать себя уязвимой, прежде чем он снова переводит взгляд на Себастьяна.
— Ты приедешь в выходные?
— Мы будем там, — Себастьян трясет меня за плечи. — Кстати, ты закончила, Эл? Давай, черт возьми, отрывайся. У нас же день рождения.
Я закатываю глаза, потому что я ему уже сто раз говорила, что мне плевать, но он никогда не слушает.
— Я не собираюсь на вечеринку, — хмурюсь я. — Просто скажи мне, чего ты на самом деле хочешь.
Себастьян наклоняется ко мне, почти касаясь уха.
— Видишь ту девчонку за столиком в крошечной красной майке?
Я заглядываю ему через плечо и вижу какую-то блондинку, сидящую между Ноа и Ромом, которая подходит под это описание.
— Да.
— Она притворяется недоступной, — Себастьян качает головой. — Подойди и сделай то, что ты обычно делаешь. Выставь меня в лучшем свете.
— Я что, чудотворец?
Возможно, мне это и кажется, но я почти уверена, что Эдриан фыркает от удовольствия, услышав мой комментарий.
— Забавно, — Себастьян встает и легонько толкает меня в руку. — Ну же, сестренка, давай повеселимся.
Я захлопываю блокнот и кладу его в сумку.
— Сейчас буду.
Себастьян взъерошивает мне волосы, затем поворачивается к Эдриану.
— Суббота.
— Суббота, — Эдриан кивает, а Себастьян возвращается к столу.
— Ты точно не хочешь какой-нибудь напиток? — снова спрашивает меня Эдриан, переводя взгляд с меня на все более шумную группу парней в углу.