Исцеляя осколки

Часть 2. Глава 8

8

Будильник проорал в шесть утра — безжалостно, грубо, вонзаясь в мозг раскаленной спицей. Я не сразу сообразила, где нахожусь, и попыталась натянуть одеяло на голову, но каждое движение отзывалось тупой пульсацией в висках. Чёрт бы побрал этот вчерашний бурбон и мою неспособность вовремя сказать «стоп».

— О боже… — прохрипела я в пустую комнату, сползая с кровати. Ноги казались ватными, во рту пересохло.

Душ не стал моим спасением, но ледяная вода хотя бы заставила лёгкие расшириться и сделать первый полноценный вдох. Я стояла под струями, зажмурив глаза, пыталась смыть с себя липкое чувство тревоги, которое преследовало меня в коротких, рваных снах. Завернувшись в тяжёлый махровый халат, я вышла на кухню. В квартире стояла утренняя тишина. Руки заметно дрожали, когда я насыпала зёрна в кофемолку. Звук работающего прибора показался мне грохотом взлетающего самолёта. Пока кофе медленно капал в чашку, я вышла на балкон. Холодный, утренний воздух Гаррисберга обжёг кожу, выбивая остатки хмельного тумана. Я зажгла сигарету, первая же затяжка принесла горькое облегчение. Город внизу только начинал шевелиться: редкие машины, дворник на противоположной стороне улицы, серый туман, ползущий от реки. Я смотрела на всё это и чувствовала, как сама становлюсь частью этой серости.

Каждый вдох давался с трудом из-за груза, который я тащила на себе. Допив обжигающий чёрный кофе и затушив окурок о край старой жестяной банки, я вернулась в комнату. Нужно было закончить с вещами. Коробки, наполовину заполненные моей прошлой жизнью, выглядели жалко. Книги, которые я обещала себе прочитать, вещи, которые давно пора было выбросить. Я механически заклеивала скотчем картон, стараясь не думать о том, что через пару часов эти стены перестанут быть моими.

В семь пятнадцать тишину двора нарушил знакомый, надрывный рокот мотора. Я выглянула вниз: старый «Шевроле» Хэнса замер у тротуара. Он вышел из машины, поправил воротник своей кожанки и поднял голову к моим окнам. Даже с третьего этажа я видела, какой он осунувшийся. Мы оба были на пределе.

Я спустилась вниз, и Хэнс, не говоря ни слова, подхватил самую тяжёлую коробку. Его движения были резкими, нервными.

— Тяжёлая, — бросил он, укладывая её в багажник. — Всё забрала?

— Да. Остальное перевезли раньше.

Хэнс закрыл багажник и посмотрел на меня. В его глазах я прочитала то же самое, что чувствовала сама — страх, замаскированный под усталость.

— Кейт ещё спит? — спросил он.

— Да, не хочу её будить... Докинешь меня до работы?

— Не вопрос. Тебе нужно собраться?

— Только зайду за сумкой.

Я вернулась в квартиру. Кейт уже не спала. Она сидела за кухонным столом, обхватив голову руками. Перед ней стояла чашка кофе, от которой шёл пар, но она к ней даже не притронулась.

— Доброе утро, — осторожно сказала я, проходя к вешалке.

Кейт вздрогнула и поморщилась, сильнее зажимая виски.

— Айв, тише… Моё утро ни хрена не доброе. Вчерашний бурбон был явно лишним. У меня сегодня ещё совещание... Чёрт, я не представляю, как выдержу этот кошмар с таким перегаром.

Я не удержалась и слабо улыбнулась, глядя на её страдальческое лицо.

— Выпей аспирин, прими душ и молись богу. А мне пора бежать, Хэнс ждёт внизу.

Я подошла, быстро чмокнула её в щёку и обулась на ходу, поправляя волосы, которые никак не поддавались укладке.

— Хорошего дня, миссис Брукс, — пробормотала Кейт мне вдогонку, пытаясь изобразить свою фирменную ухмылку.

Я закатила глаза и вышла за дверь.

— Пока, Кейт!

В машине Хэнса пахло привычной смесью старой кожи, крепкого табака и мужского парфюма. Он завёл двигатель, но мы не тронулись сразу. Хэнс просто сидел, глядя вперёд на лобовое стекло, по которому медленно сползали капли утренней росы.

— Хэнс, — я повернулась к нему, пытаясь поймать его взгляд. — Есть новости?

Он крепче сжал руль.

— Я прочесал все притоны. Все места, о которых ты даже не догадываешься. Её видели с каким-то парнем. Трэвис, кажется. Это очень плохой знак. Я слышал о нём раньше — мелкий дилер, у которого вечные проблемы с полицией.

Сердце ухнуло куда-то вниз, оставив в груди холодную пустоту.

— Твою мать… — я закрыла лицо руками. — Джеймса скоро выписывают, Хэнс. Я не смогу долго врать ему.

— Сегодня я заберу тебя с работы, — Хэнс наконец включил передачу, и машина плавно тронулась с места. — Есть одно место... старый склад на окраине, за промзоной. Думаю, мы найдем её там. Или, по крайней мере, узнаем, куда этот Трэвис утащил Минди.

Я просто кивнула. Горло перехватило спазмом, я знала, что если заговорю, то просто расплачусь.

До «Дельты» мы доехали за пятнадцать минут. Зеркальное здание компании сияло в лучах утреннего солнца, отражая небо и прохожих. Оно выглядело как неприступная крепость успеха. Я шла работать в компанию, которой теперь руководил мой жених, человек, которого я едва не потеряла, и при этом несла тайну, способную разрушить его неокрепший мир.

— Работай и ни о чём не думай, — сказал Хэнс, когда я открыла дверь машины. Его голос стал чуть мягче. — В пять я буду здесь.

— Спасибо, Хэнс. Будь осторожен.

Я вышла из машины и направилась к вращающимся дверям. Офис «Дельты» уже жил своей привычной, размеренной жизнью. После увольнения Марка из «Саймон энд Партнерс» и перехода компании под полное крыло Джеймса, атмосфера здесь изменилась. Стало меньше гнетущего страха, но лично для меня каждый взгляд коллег теперь казался допросом. Мне казалось, что все знают, из-за чего его уволили.

Я заперлась в своем кабинете и с головой ушла в бумаги. Отчёты по логистике, графики поставок, счета — я делала всё на автомате. Цифры, таблицы, формулы. Это была отличная анестезия. Мозг был занят высчитыванием оптимальных маршрутов, пока сердце продолжало кровоточить.

В обед ко мне заглянула Линда. Она всегда была слишком проницательной для административного помощника.

— Не хочешь сходить на обед вместе? Внизу открыли новое место с отличными боулами, — она улыбнулась, поправляя на переносице свои идеально чистые очки.

Я заставила себя поднять голову и выдавить подобие улыбки.

— Спасибо, Линд, но что-то совсем не хочется есть. Дел навалилось.

Она внимательно посмотрела на меня, не спеша уходить.

— Ты какая-то... не такая сегодня. Что-то случилось? Опять проблемы с поставщиками из Огайо?

— Нет, просто... предсвадебный мандраж, — я использовала эту отговорку как щит. — Ты же понимаешь, столько всего нужно организовать.

Глаза Линды округлились, и она всплеснула руками.

— Так ты всё-таки выходишь замуж?! Боже, Айв, это же потрясающе! Весь офис шептался, но никто не решался спросить прямо. Поздравляю! Джеймс Брукс — мечта половины женского состава этой компании, но достался он самой тихой и умной из нас.

— Да, спасибо, — я почувствовала, как щёки обдает жаром. — Мы пока не хотим афишировать детали.

— Ой, я могила! — она застегнула воображаемую молнию на губах. — Но это действительно классная новость. Тебе нужно отвлечься, серьёзно. Посмотри на себя — ты же бледная как привидение. Если тебе нужна помощь с выбором флориста или чего-то ещё — только скажи.

Когда Линда вышла, я с облегчением выдохнула и откинулась на спинку кресла. Посмотрела на часы — до встречи с Хэнсом оставалось четыре часа, затем снова уткнулась в монитор, но перед глазами стоял не график поставок, а фиолетовые волосы Минди и серые бетонные стены склада, на который мне предстояло поехать вечером. Я должна была найти её. Ради Джеймса.

В половине третьего мой телефон завибрировал на столе. На экране высветилось «Джеймс».