Страница 9 из 65
Я уже собирался лечь в постель, когда в дверь постучали.
Клянусь, если Ром снова запрется снаружи своей комнаты, я позволю ему спать в коридоре, просто чтобы доказать свою правоту. Но когда я открываю дверь, внутрь врывается не он, а Мэри.
Она падает мне в объятия, словно дверь удерживала ее в вертикальном положении, а без нее она теряет всякое равновесие.
— Ноа, — ее глаза расширяются.
Я поддерживаю ее, пока она наконец снова не встает на ноги, после чего отстраняюсь.
— Я не знала, что вы с Элоиз занимаетесь сексом, — говорит она, и мне кажется, что я, возможно, сплю, потому что я понятия не имею, о чем она говорит.
— Насколько ты сейчас пьяна? — я приподнимаю ее подбородок и смотрю в ее расширенные зрачки. — Мы не занимаемся сексом.
— Тогда почему ты в ее номере? — Мэри скрещивает руки на груди, выглядя немного раздраженной.
— Нет, — я распахиваю дверь пошире, чтобы она могла увидеть пустое пространство. — Это мой номер.
Она отступает назад и снова смотрит на номер на двери.
— Черт, я думала, она сказала, что этот номер ее, — Мэри хлопает себя по лбу и раздраженно вздыхает.
— Все в порядке?
— Я собиралась переночевать у нее в комнате. Но… — она качает головой, ее взгляд скользит по коридору, и я понимаю, что она понятия не имеет, где находится.
— Пойдем, — я отхожу в сторону и машу ей рукой, чтобы она вошла, но она просто стоит на месте. — Мэри, заходи, черт возьми, в номер. Ты слишком пьяна, чтобы бродить по коридорам, стучась в каждую дверь, пока не найдешь ее.
— Хорошо, — она надувает губы и входит внутрь.
Когда Мэри пьяна, она немного расслабляется. Даже если она по-прежнему колючая и сложная, в ней просвечивает более мягкая, уязвимая сторона.
— Но ни на что не рассчитывай, — говорит она, проходя мимо меня и указывая пальцем в мою сторону.
— Не посмею, — улыбаюсь я, и это стирает едва заметную ухмылку с ее лица.
Она останавливается прямо у входа и снимает куртку. Ее взгляд обводит комнату, и если бы я не знал ее лучше, мне бы показалось, что она немного нервничает, когда я закрываю дверь.
— Чувствуй себя как дома.
Я прохожу мимо нее и изо всех сил стараюсь не думать о том, что это первый раз, когда Мэри остается со мной наедине в моем номере, даже если и не по тем причинам, по которым мне бы хотелось.
— Не возражаешь, если я воспользуюсь твоим душем? — спрашивает она, ставя свои вещи на один из диванов.
Я машу рукой в сторону ванной, но как раз перед тем, как она в ней исчезает, я говорю:
— Сюда.
Она делает паузу, и нежное выражение ее лица вызывает у меня желание обнять ее.
Я достаю из чемодана футболку и подхожу, чтобы отдать ее ей.
— Что-то, в чем можно спать.
Она смотрит на футболку в моих руках, и ее брови хмурятся, словно футболка почему-то смущает ее, и я задаюсь вопросом, насколько она на самом деле пьяна. Потянувшись за ней, она снова смотрит на меня, и хотя подводка для глаз немного размазана, а взгляд пьяный и отстраненный, она все равно самая красивая девушка в мире.
— Спасибо, — кивает она.
Я оставляю ее принимать душ и плюхаюсь на кровать. Даже если я устал, закрывать глаза бесполезно, потому что нервы словно вибрируют под кожей. Я зарываюсь в одеяло и пытаюсь думать о чем угодно, только не о том, что она в моей комнате.
Но это невозможно.
И когда она выходит в одной моей футболке, с мокрыми волосами, кончики которых уже завиваются, и без макияжа, я не могу сдержать чувство, которое пробуждается где-то глубоко внутри меня.
Я ожидал, что она выберет диван, и мне придется сказать ей, что она может просто разделить со мной кровать. Но она меня удивдяет, подходя и забтраясь на другую сторону без всякой просьбы.
Она сворачивается калачиком под одеялом, лицом ко мне. Даже в этой темной комнате я все еще могу отчетливо разглядеть ее глаза, освещенные лунным светом сквозь щель в шторах, и они устремлены на меня.
— Ты хорошо провела ночь? — спрашиваю я, подперев голову рукой и повернувшись к ней лицом.
Мэри кивает.
— Да, а ты?
— Все было нормально.
Уголок ее рта приподнимается, а глаза закатываются.
— Что?
— Тебе не нужно притворяться, что тебе не понравилось, ради меня, — говорит она, приподнимая голову, чтобы не отставать от меня. — Уверена, какая-нибудь фанатка тебя очень порадовала.
— Они всегда так делают.
Она прикусывает уголок нижней губы, и мне бы хотелось знать, вызывает ли это у нее ревность или ей действительно все равно.
— Ну, ты сегодня тоже не выглядела одинокой, — говорю я ей.
Мэри пожимает плечами.
— С ним все было нормально.
— Это потому, что ты трахаешься не с теми парнями.
Я ожидал от нее какой-нибудь колкой реплики в ответ, но она этого не делает. Она кивает головой, ее взгляд скользит по мне. Моя грудь была обнажена из-под одеяла, и я подумал, может, ее щеки покраснели, и в комнате слишком темно, чтобы я это увидел.
— Почему я тебе нравлюсь, Ноа?
Мне почти кажется, что она шутит, но мрачное выражение ее лица меня удивляет.
— Почему ты мне нравишься? — я провожу руками по волосам.
Это смелый вопрос, но это же Мэри.
— Ты прекрасна, — говорю я, а она закатывает глаза. — Но это еще не все.
Она поднимает руку и машет ею по кругу, подбадривая меня.
— Ты жесткая, как гвоздь, и почти пугающая, — я притворяюсь, что гримасничаю, и это заставляет ее рассмеяться. — Ты внимательная, хотя и не хочешь, чтобы об этом знали, поэтому я обещаю держать это при себе. Но главное, ты просто настоящая. Ты не притворяешься тем, кем не являешься, а это редкость в наше время.
На лице Мэри появляется нечитаемое выражение, но оно исчезает так же быстро, как и появилось.
— Ты еще многого обо мне не знаешь, — говорит она. — Я не та девушка, которую приводят домой знакомиться с родителями.
— Хорошо, что я не разговариваю со своими родителями.
— Я говорю это серьезно, — на этот раз ее тон более резкий. — Я не могу быть для тебя ничем, кроме друга, Ноа. Так лучше.
Она переворачивается на спину и смотрит в потолок. Небольшое расстояние между нами в постели внезапно кажется целыми милями, которые я хотел бы пересечь.
Обычно, когда Мэри меня отвергает, это начинается с моего флирта. Но то, что она сказала, ощущается иначе. Как предупреждение. Как будто за этим кроется нечто большее, и она это чувствует, но то, что находится по ту сторону ее стен, слишком страшно для нее.
Я переворачиваюсь на спину, чтобы быть рядом с ней, и смотрю на тени, образующие рожи на потолке. Они то появляются, то исчезают, словно облака, проплывающие по ночному небу. Дыхание Мэри выравнивается, и мне кажется, что она уже спит, пока что-то теплое не касается моей руки под одеялом. Ничего не говоря, она берет мою руку в свою и держит ее. Наши пальцы переплетаются, и она согревает меня где-то глубоко.
— Знаешь, ты могла бы дать мне шанс, — шепчу я, хотя мне бы следовало уже закончить разговор.
— Не могу, — она качает головой. — Причин гораздо больше, чем я могу тебе рассказать.
— Справедливо.
Меня так и подмывает провести с ней всю ночь, споря, но она не из тех девушек, которых стоит загонять в угол, поэтому я достаточно умен, чтобы прекратить это.
— Спасибо за сегодняшний вечер, Ноа, — шепчет она почти сонным голосом, и ее объятия в моих становятся слабее.
Я сжимаю ее руку.
— Все для тебя, красавица.
Июль
Глава 5