Страница 37 из 65
Я никогда не умела хорошо воспринимать приказы мужчин, но сейчас, когда он это говорит, я просто в шоке.
Я прикусываю нижнюю губу и замечаю, как его взгляд устремляется на меня.
— Пожалуйста, — говорю я, мило улыбаясь.
Когда он поглощает меня перед собой, в его глазах появляется зловещий блеск.
— Хорошая девочка, — он накрывает мой рот своим, грубо беря то, что ему нужно.
Я провожу пальцами по складкам его живота, пока он углубляет наш поцелуй, чувствуя, как мое тело воспламеняется по мере приближения к его джинсам. Расстегнув их, я стягиваю их с его бедер, и он отстраняется ровно настолько, чтобы раздеться передо мной догола.
Когда он снова целует меня, я чувствую его обнаженную кожу на своей, и это вызывает во мне какие-то чувства. Он обхватывает руками мои бедра и поднимает меня, затем поворачивается и садится на кровать, а я оказываюсь сверху.
Одна из его рук тянется к моей груди, сжимая сосок сквозь кружево, и я извиваюсь на его твердом как камень члене, что, кажется, ему нравится, поскольку он улыбается, прижимаясь губами к моим.
Ноа кладет свою руку мне на горло и крепко держит, отрывая мой рот от себя и осматривая меня.
— Ты прекрасна, — говорит он, глядя мне прямо в глаза. — И ты моя.
Это выходит за рамки того, что мне обычно комфортно, но вместо того, чтобы отвергнуть это, я цепляюсь за его тепло. Я держусь за него и надеюсь, что этого достаточно.
— Я твоя.
Теперь я понимаю, что всегда так и было, хотела я этого или нет.
Ноа откидывается назад, медленно проводя руками по моей шее и по моему бюстгальтеру. Его пальцы скользят по нижней части моей груди, вдоль крыльев, которые он вытатуировал на мне. И я думаю, чувствует ли он это так же, как и я, чем эта татуировка отличается. В то время как другие — это искусство, его чернила отмечают меня как свою собственность.
Его руки скользят к моим бедрам, к моим ляжкам, и он резко дергает меня, глядя на меня снизу вверх.
— Раз уж ты так мило попросила, я тебя трахну, — говорит он с ухмылкой, и я невольно закатываю глаза. — Но сначала ты заслуживаешь поклонения. Так что сделай мне одолжение и сядь мне на лицо.
После этого его руки устремляются к моим трусикам, и он срывает их с меня, оставив меня совершенно обнаженной.
Его пальцы впиваются мне в бедра, и он притягивает меня еще выше, пока я не падаю вперед на четвереньки, и моя вагина оказывается над его ртом. Когда он обхватывает руками мои ягодицы, наши взгляды встречаются всего на секунду, прежде чем он притягивает меня к себе.
Я чуть не кончаю от первого же движения его языка, скользящего по всей длине моей вагины. Он двигается вверх и вниз, прежде чем ввести его внутрь, вызывая у меня дикий стон. Я не отвожу взгляда от него, когда он двигает моими бедрами, чтобы я могла оседлать его лицо.
Тьма, заполняющая эти бледно-голубые глаза, сгущается, когда он пожирает меня. Он целует мою киску так же, как и губы, с жадностью, словно ему этого мало. Я теперь трусь о него, гонясь за жгучим чувством в своей душе.
Сжимая покрывало, я ускоряю движения бедрами, он двигает губами, сосредотачиваясь на моем клиторе. Это экстаз, и я вся мокрая, пока Ноа слизывает все это.
Его взгляд следит за моим ртом, глазами, дыханием. Он оценивает каждую мою реакцию и подстраивается под то, что доставляет мне наибольшее удовольствие. Его крепкая хватка удерживает меня на месте, когда он попадает в ту точку, от которой у меня появляются звезды перед глазами, и я плыву по течению, преодолевая первые волны, которые начинают обрушиваться на меня.
Я почти уверена, что кричу его имя, но не знаю, получается ли у меня слово, когда он выжимает из меня оргазм, не сдаваясь, пока я начинаю извиваться и рвать его простыни. Он проводит моей влажной вагиной по своему рту и впитывает каждую каплю, словно я — лучшее, что он когда-либо пробовал.
Когда я наконец падаю без сил, он ослабевает хватку, приподнимает мои бедра, чтобы скользнуть вверх по моему телу и уложить меня на себя. Я украдкой целую его, и чувствую свой вкус на его губах и во рту.
Мне нравится, что это я на его коже. Мне нравится, что это я на его языке. Я хочу погрузиться в этот аромат.
Я опускаюсь чуть ниже и скольжу своей влагой по его твердому члену. Его бедра приподнимаются, чтобы сильнее прижаться ко мне.
— Ноа, — говорю я, слегка отстраняясь, все еще вдыхая его выдохи.
— Черт, — он делает паузу, словно только что что-то осознал, и наклоняет лоб навстречу моему. — Презервативы в ванной.
— Или…— я кусаю нижнюю губу, чувствуя себя сейчас совершенно безрассудной, потому что это Ноа, и хотя я никогда не хотела быть его, сейчас я хочу быть только с ним — полностью. — Я тебе доверяю. И мне будет хорошо, если тебе тоже.
Взгляд Ноа, обдумывающего все это, трудно прочитать, но я чувствую, как участилось его дыхание.
— Ты всегда используешь презервативы? — спрашиваю я его.
Он кивает.
— Я тоже. Ты…
— Я чист, — говорит он, крепче обнимая меня. — Я сдал анализы после тура, и с тех пор ни с кем не контактировал.
Я испытываю небольшую гордость от его признания, потому что это означает, что он ни с кем не спал с тех пор, как я начала жить в его доме, хотя я знаю, что он несколько раз ходил на вечеринки с Ромом, так что, уверена, возможностей было предостаточно.
Я снова провожу своей скользкой киской по его члену и чувствую, как он дергается навстречу мне.
— Тогда трахни меня без презерватива. Мне нужно почувствовать тебя, я нежно касаюсь его губами и улыбаюсь. — Пожалуйста.
Ноа издает низкий рык в груди, услышав мои слова, и переворачивает меня так, что я оказываюсь на спине, а он — сверху. Его вес успокаивает, когда он хватает свой член и слегка касается моего входа.
— Раз уж ты так вежливо попросила, — говорит он с лукавой ухмылкой, а затем одним толчком вонзается в меня, отбрасывая так далеко назад, что я вижу, как за моими глазами взрывается целая вселенная.
— Ох, черт, — издаю стон я, обхватывая его талию ногами, чтобы освободить для него место. Визуально я всегда знала, что Ноа огромный, но ощущение, когда мое тело растягивается вокруг него, — это неожиданное чувство.
Сначала его бедра двигаются медленно. Одна его рука держит мое бедро, а другая — мою челюсть. По мере того, как я привыкаю к его прикосновениям, я начинаю раскачиваться все сильнее и сильнее, а его бедра двигаются, как лодка по волнам.
Мы подходим друг другу во всех отношениях. То, как он ощущается на моей коже. То, как мы двигаемся как одно целое. Он понимает меня, и я понимаю его, и я никогда еще так не боялась быть так близко к кому-то, потому что это может быть его член внутри меня, но то, что я чувствую, намного больше.
— Мэри, — произносит Ноа мое имя, нежно целуя меня в губы. Его глаза говорят о том, что у него на языке еще много чего есть, но по какой-то причине он сдерживается и вместо этого набрасывается на меня с поцелуем.
Моя вагина сжимается, когда оргазм проносится по мне. Движения Ноа становятся быстрее и неровнее, он стремится уловить это ощущение, как я сжимаюсь вокруг него. И пока волны моего собственного оргазма все еще продолжаются, Ноа изливается в меня множеством способов, которых я никогда не позволяла никому.
Мы все мокрые от пота, крепко обнимаемся, и когда эйфория утихает, Ноа зарывается лицом мне в шею. Я крепко обнимаю его и закрываю глаза, чувствуя, как бешено бьются наши сердца.
Я твоя.
Я твоя.
Я твоя.
Я в ужасе.
Глава 21
Ноа