Девятиэтажка - часть вторая

Распахнув дверь, влетел на кухню, рванул ящик стола — там, среди вилок и ложек лежала зажигалка. Пластиковая, прозрачная, с едва заметным остатком газа на дне. Он схватил её, выщелкнул жидкий огонёк, поднёс его к кончику окурка и затянулся.

Окурок дотлел почти до фильтра, Сергей затушил его, посмотрел на крошечный огрызок и аккуратно положил в жестянку из-под кофе — туда, где когда-то хранил драгоценные бычки. Потом вытер рот рукавом и медленно, всё ещё чуть пьяный от дыма, побрёл обратно вниз.

С летоисчислением здесь было и вовсе не слава богу. Считали кто во что горазд, словно календарь это что-то такое, непостоянное и не особо нужное.

Но византийцы были ещё цветочками. На Руси вообще использовали болгарскую эру. По ней от Сотворения мира до Рождества прошло ровно пять тысяч пятьсот лет. Разница с византийской в восемь лет. И попробуй пойми, кто из них прав. Местные рыбаки, те вообще не заморачивались. Они говорили: «На Изока пришли под стены, а к Листопаду уже крепость поставили». И попробуй догадайся, что Изок — это июнь, когда кузнечики стрекочут, а Листопад — октябрь, когда листья падают. Или вот ещё: Червень — июль, от червецов, из которых красную краску добывали. Серпень — август, когда серпами жнут. Вересень — сентябрь, цветёт вереск. Грудень — ноябрь, земля смерзается в груды. Студень — декабрь. И так далее.

Выйдя из подъезда, Сергей сплюнул на землю и вздохнул. Скорее бы уж Колян домариновал свое балконное детище, а то вообще, хоть волком вой. Тут не то что уши, от такой жизни всё что хочешь свернется.

Четыре драккара и императорский дромон стояли у дебаркадера, щеголяя обновками. Не всё было идеально, не так, как планировали, — вечно не хватало то меди, то парусины, то рук, — но главное сделали, корабли носились по морю с невиданной доселе скоростью и, плюясь огнём и железом, наводили жути на всех, кто попадался на пути. А попадалось немало. В первую очередь — римляне, рыскающие по морю в поисках пропавшего дромона и двух галер. Четыре стычки за месяц из которых новоявленные флотоводцы под Андреевским флагом вышли победителями. Шесть потопленных римских судов — таков был счёт. Три галеры и три лёгких дозорных корабля пошли на дно, не успев ни уйти, ни дать хоть какой-то отпор.

Степная сторона, обращённая к холмам, откуда осенью приходили печенеги, прикрывалась тремя пушками и семью пищалями. Их расставили у восточного и западного подъёмов.

Не сказать, что прямо супероборона. Но учитывая сроки и ресурсы — лучшее из возможного.

А ещё готовили поход в Херсонес.