Страница 34 из 121
Ожидание, пока цель займет нужную позицию, всегда утомляло. А уж дожидаться, когда высокомерный Михаил Варгас наконец соизволит навестить лечебницу, и вовсе сводило с ума.
День ушел на то, чтобы подтянуть хвосты по другим делам, и главное — навести справки о сталелитейном заводе в Кастель-Амаро и Фаби Карроцце, у которого, по слухам, водились связи с оргпреступностью. Я был не понаслышке знаком с Коза Нострой, хотя никогда не присягал на верность ни одной из семей. Я работал на того, кто больше платил, вот и всё.
Разобраться в прошлом Фаби казалось важнейшим шагом в поисках последнего пристанища матери. Если бы только ублюдок не сдох так быстро. Уверен, под пытками он бы выдал что-нибудь полезное. Теперь предстояло выяснить, с какой семьей он был связан и кто еще мог помочь ему упечь мою мать в больницу. Смутно припоминался какой-то логотип, но больше ничего. Может, они помнят о нем больше, чем он сам.
Я вернулся в «Святую Обитель», когда торжество уже утихло. Я не мог позволить себе маячить на виду, пока здесь директор. В конце концов, я был не тем, за кого себя выдавал, а нечестивая троица считала, что меня прислали по запросу Centrium Group. Легенда была хлипкой, но должна была продержаться достаточно долго, чтобы я успел сделать свое дело. Моим делом был Варгас. После этой ночи у меня не останется причин задерживаться в этом проклятом месте.
Кроме нее.
Вчерашняя ночь, когда я держал Катарину Дмитрову, пока она выплакивала свое сердце у меня на коленях, намертво врезалась в память. Она была как те бездомные кошки, которых я подкармливал, когда они мне попадались. Никому не нужное создание. Прямо как я. Чувствовала ли она это? Поэтому ли искала у меня утешения? Кто вообще ищет утешения у дьявола? Она отвлекала.
Отодвинув личные мысли в сторону, я стал готовиться к работе. Проверил в сумке перчатки, веревку, кляп, снотворное. Весь набор инструментов на случай, если всё пойдет не по плану, чтобы перекрыть разные варианты развития событий. Затем сунул заряженный пистолет в кобуру на бедре, скрытую под сутаной, а глушитель положил в карман.
У Варгаса была квартира на верхнем этаже здания, и, как я и ожидал, когда поздно ночью поднялся туда, он оказался дома.
Я постучал и неоправданно долго ждал, пока он откроет.
Наконец дверь распахнулась. Он выглядел взволнованным: лицо раскраснелось, одежда помята.
— Я ничему не помешал? — спросил я, когда он пригласил меня внутрь.
— Нет, нет. Всё в порядке. Рад знакомству, отец Лучиано. Бенедикт сказал, что вы наконец прибыли. Давненько Centrium никого не присылал к нам на обучение.
— Взаимно. Я столько о вас наслышан, — с улыбкой ответил я и пожал протянутую руку. Куда, блядь, по их мнению, я должен был пойти применять их больные и извращенные методы терапии, я понятия не имел. Это место было насквозь прогнившим.
Мы обменялись рукопожатием, и Варгас огляделся.
— Позвольте мне налить нам выпить, и мы сможем обсудить, что привело вас в «Святую Обитель». Сергей упоминал, что у него здесь есть человек, который ежедневно следит за тем, чтобы мы не расслаблялись. — Варгас ухмыльнулся, словно сама мысль об этом была какой-то локальной шуткой.
Я кивнул, подыгрывая.
— Звучит идеально. — К моему счастью, легенда работала. Кристоф оказался идеальной кандидатурой, чтобы пустить его в расход и занять его место.
Но теперь всё это не имело значения. После этого я вернусь в тень и постараюсь забыть о существовании этого места.
Дождавшись, пока Варгас повернется к бару, я подошел сзади и обхватил его горло рукой.
Он немного подергался — ничего такого, что могло бы ослабить хватку, — а затем обмяк.
Даже как-то слишком просто. Какое разочарование. С тех пор как я прибыл сюда, мне слишком часто приходилось сдерживать себя от убийств, и это уже начинало действовать на нервы. Павел и Бенедикт так и напрашивались, но я игнорировал свой порыв, чтобы выполнить работу.
Опустив Варгаса на пол, я потянулся за свернутой в кармане веревкой. Клиент хотел, чтобы его повесили; он был очень настойчив. Вероятно, в этом скрывался какой-то намек на Иуду, но мне было плевать. А может, они хотели опозорить его в глазах Церкви, выставив смерть как самоубийство? Так или иначе, мертвый — значит мертвый, а я умел добиваться этого любыми способами. Раз уж заказали именно самоубийство, я не стал оставлять свою обычную визитную карточку... разбитые песочные часы.
На сооружение петли ушло немного времени, и вскоре я взгромоздил безвольное тело Варгаса на табурет, чтобы тот принял на себя его вес. Я хотел, чтобы он был в сознании, когда я буду его убивать. Хотел, чтобы он понимал, что происходит.
Да, миссис Васко, самая невезучая учительница государственной школы в округе, я действительно нашел свое призвание в вашем классе. Спасибо вам.
Я уселся за роскошный стол и прикурил сигарету, наполняя легкие никотином. Посмотрел на Варгаса. Это был человек с секретами, и я гадал, сколько из них зародились прямо здесь, в «Святой Обители». Это место всё еще оставалось загадкой, и я не особо горел желанием ее разгадывать, если только дело не касалось ее.
Катарина Дмитрова всё усложняла.
Оставить ее здесь или забыть будет непросто.
Я раздумывал над этим так, словно уже не решил забрать ее с собой.
И тут я это услышал. Всхлип. Звук боли, приглушенный кляпом. Я слышал его сотни раз, но никогда от кого-то, кто не был моей жертвой.
Блядь.
Здесь кто-то был.
Я медленно поднялся, чувства обострились до предела. С тех пор как я покинул «Коль Москин», я заработал себе репутацию. Репутацию грозного киллера, человека, способного добраться до кого угодно. Омбра. Тень. Мне даже прозвище дали.
Но моя способность проникать куда угодно и подбираться к кому угодно строилась на том, что мало кто знал меня в лицо. Как только моя анонимность будет нарушена, всё кончено.
Я не мог позволить себе оставлять хвосты, а свидетели — это именно они и есть.
Я бесшумно скользнул по комнате, приближаясь к шкафу сбоку, чтобы меня было сложнее заметить. Если у того, кто сидит внутри, есть хоть какой-то инстинкт самосохранения, он нападет первым.
Сунул руку под рясу за пистолетом. Он лег в ладонь, как старый друг. Накрутил глушитель, снял с предохранителя, прицелился в створки и открыл их.
Человек внутри бросился на меня, смазанное бело-красное пятно. Я навел на него пистолет. Скорость была слишком большой. Он не бросался. Он падал.
Я попятился, держа его на мушке, пока наконец не разглядел, кто это. Кому еще суждено умереть этой ночью.
Она приземлилась на бок, закрыв лицо руками. И всё же я ее узнал.
Бродячая кошечка залезла туда, куда не следовало.
Ее одежда была испачкана кровью, волосы растрепаны. Она сфокусировала на мне взгляд, и ее губы зашевелились вокруг плотного атласного кляпа. Я смотрел на нее, удивление пригвоздило меня к месту.
Чем занимался Варгас, когда я его прервал? Видела ли она, как я на него напал? Ей достаточно было бросить взгляд налево, чтобы увидеть мою заготовку для самоубийства.
Катарина только что стала свидетельницей, а я никогда не оставлял свидетелей. Никогда.
Я присел перед ней на корточки и потянулся к кляпу. Она со страхом отшатнулась от меня. Ее взгляд был прикован к пистолету в моей другой руке.
Я стянул кляп. Ее рот был перепачкан кровью, глаза покраснели. Она выглядела так, словно побывала в аду, а теперь смотрела на меня так, будто я явился точно по расписанию, чтобы забрать ее душу.