Страница 17 из 31
глава 10
Я не чую их. Последнее, что видел, — как мачете возносится над Ульяной. А затем — удар. И я отрубился.
Проснувшись на краю обрыва, я видел вокруг лишь лес.
— Исаак! Ульяна! Фил!
Голос надрывается. Ответа нет.
Я должен бежать. Если я не помогу — кем я буду?
Тело меняется. Волчья шкура — как же в ней легче. Я бегу по тропе, нос скользит по земле. Запахов нет. Словно испарились.
Я вою пронзительным лаем. Они отзываются. Волчья стая — они всегда понимали меня. Пару шкур мелькает среди деревьев. Жёлтые глаза мелькают. Я чую запах дружественный.
Я снова завываю — и шкура приближается. Слишком быстро. Рыжая шерсть. Лёгкое тельце. Я скалю зубы. Сцепились. Гулкий удар о землю. И она исчезает.
Я отряхиваюсь. Бок саднит. Слышу волчьи крики. Она убивала мою свору.
Я вою. Не для них — для себя. Потому что они не ответят.
Я забегаю в лес. Пытаюсь найти по запаху. Ели, ягоды, трава, зайцы, лисий запах.
Удар — тело переворачивается. Я чувствую запах крови. Своей.
Я падаю. Смотрю на небо. И не понимаю, кто я — человек или зверь, который умирает один.
Я смотрю на полную луну. Моего вечного спутника. Она всегда давала мне силы. Она не просто светит. Она дышит со мной. Она — моя вторая кровь. Она даст силы моим друзьям. А сейчас я должен устранить одного из врагов.
Я зову его. Того, кто спит. Того, кто голоден.
Глаза наливаются жёлтым. Кости нарастают мясом. Зубы скалятся, из пасти капает пена. Я чувствую, как человек умирает. И как зверь открывает глаза.
— А-у-у-у!
Она не знает, что я — не просто волк. Я — тот, кого боятся даже хищники.
Прыжок. Тело падает на землю. Уши навострены, шерсть дыбом, когти навострены. Взгляд мелькает по деревьям. Я вижу её шерсть. Я чувствую её запах. Я чувствую её страх. Он слаще крови. Он — моя награда.
Я убью её!
Тело срывается, ветер бьёт по телу. Я бегу среди деревьев. Шкура прорубает путь. Сверху. Тело приземляется на шкуру. Я чувствую, как зубы рвут шкуру, как когти вонзаются в плоть.
Моя рука хватает её за шкирку. Бросок — через деревья. Я слышу хруст деревьев и костей.
Глаза зацикливаюсь на её тельце. Рывок — я возле неё. Зубы готовы рвать, когти готовы рвать. Замах.
Я вижу её. Голая женщина сидит на коленях, вся в крови. Тянет руку ко мне.
— Прошу… не делай этого.
Как же — это же враг. Бей, ну же. Но я больше не монстр. Я не убиваю беззащитных. Исаак научил. Я захотел.
Её рука ложится на мою голову, чешет по шерсти. Рука мягкая, тёплая.
Её ладонь пахла домом. Тем, которого у меня никогда не было.
— Хороший мальчик. Всё хорошо. Сыночек…
Эти слова пробуждают воспоминания. Я вспомнил её пироги. Её объятья. Её грудное молоко. Мама. Та, что я всегда хотел найти.
Я смотрел на неё и чувствовал: она не враг.
Тело уменьшается. Я снова мальчик. Уставший, забытый.
Я снова стал маленьким. Снова хотел, чтобы меня обняли. Снова — просто ребёнок.
Я приближаюсь к ней. Её руки ложатся на моё лицо, вытирают слёзы.
— Мой мальчик.
Она тянет меня к себе. Обнимает крепко.
Я не знаю, кто она. Но я знаю: я хочу, чтобы этот момент длился вечно.
Я тянусь к ней. Её рука тихонько гладила меня. Её руки укладывали меня на её мягкие колени. Она начала покачивать меня. Глаза начали смыкаться. От неё пахло заботой, лаской, молоком.
— Держи, мой мальчик.
Зубы цепляются за сосок. Я глотаю молоко — вкусное, материнское. Грудь мягкая, ложится на лицо. Я закапываюсь в неё.
— Всё хорошо. Спи, мой мальчик.
Она покачивает меня.
— И… прости.
Я чувствую, как лезвия прорубают горло. Я открываю глаза. Лисья морда хищно смотрит на меня. Отбрасывает. Я захлёбываюсь кровью. Она встаёт — грациозно, в полный рост. Изящное тело покрыто стальной шерстью.
Я не могу дышать. В глазах темнеет. Мне так больно. Нет. Не хочу. Не хочу. Я же сказал: мы не умрём.
Кровь не перестаёт литься. Густая, чёрная. Руки не выдерживают — тело падает в землю. Во рту — грязь, кровь. Воздуха не хватает. Глаза заливаются чернотой. В ушах звенит. Я перестаю что-то чувствовать.
— Ты слаб. — Голос, которого я не слышал раньше. Похожий на звериный рык.
— И ради этого ты меня всегда сдерживал?
Нет. Только не это. Мой волк внутри обрёл разум. Я уже ничего не чувствовал. Только его голос. Только зверя, который ждал.
— Дай мне сделать это, или умрёшь.
— Нет…
— Хватит. Мы — зверь. Нет смысла сопротивляться.
«Если бы я не был зверем, меня бы не выкинули. Я бы не убивал людей. Меня бы не боялись».
— Если бы ты не был зверем, ты бы не дожил до своих лет. Не стал бы собой. Не обрёл бы друзей. Ты не человек, запомни. Ты — зверь. И в этом — твоя сила.
Я вижу его волчью морду. Мою морду. Я — волк.
Я перестал бояться. Я перестал сомневаться. Я стал тем, кем должен был быть.
Зрение возвращается. Я вижу, как пятится лисица. Она не ожидала.
Она смотрела на меня и видела не мальчика. Она видела то, что всегда было внутри.
Я встаю. Руки — массивные, шерстяные. Ноги — крепкие, как бревна. Я поднимаюсь, чувствую страх. Я стал выше. Тело больше не худощавое — покрылось мышцами, кубиками, грудными мышцами. Я расправляю плечи.
Я больше не оборотень. Я — четвёртая форма тотема волка.
Омега.
— Потанцуем, леди?
Мой голос рычащий, жуткий. Лисица оскалилась — и её тело рвануло на меня. Она бежала зигзагами, когти прорезали воздух.
Я успел заметить, как её лапа прорезала живот. Она скрылась в темноте.
Чёрт. Слишком быстрая. Кровь потекла по шерсти. Я не чувствовал боли — только злость. Я чуял её, но не успевал реагировать. Она проскальзывала рядом — ещё и ещё. Нанося ножевые ранения. Я успевал лишь бить воздух. А её тело било с другой стороны. Я не успевал. Я просто получал. И ждал, когда она ошибётся.
Она дралась хитро. Грязно.
Я чувствовал, как кипит кровь. Как моя мощь хочет вырваться. Рано.
Ещё удар. И ещё.
Я чувствовал, как замедляются её движения. Как тяжело дышит. Я перестал бить наобум. Я стал слушать. Её дыхание. Её шаги. Её страх. Я знал, где она будет. Я ждал её там. И она пришла.
И я ударил резко. Я опередил её. Я знал её траекторию. Она хитра, но безмозглая.
Я вдалбливаю её тело в землю. Задние лапы врезаются в руку. Ладонь разжимается. Она ускользает.
Стойка. Руки тянутся по бокам, ноги на ширине плеч. Я чувствую её приближение. Я слышал её дыхание. Она думала, что я слепой. Она ошибалась. Взмах её когтей. Уклон. Рука находит опору на земле. Нога поднимается — носком бью по лисиному затылку. Её тело вздрогнуло. Она не ожидала, что я успею. Но я — Омега. Вдалбливаю мордой в землю. Нога держит её за шеей. Я бью её по затылку. Ещё.
Её тело изгибается. Переворот. Она цепляется руками и ногами за мою руку. Кусает пальцы, когти врезаются в плоть. Моё тело падает на спину. Она встаёт лапами на мою грудь, впивается. Я хватаю её за горло, сдавливаю. Она пытается вырваться. Шерсть режет мою руку до крови. Боль была острой. Но я не отступил. Я сжал её горло крепче.
— Мелкая дрянь.
Я откидываю её в сторону. Она приземляется, бежит куда-то. Пытается скрыться. Нет, я так просто тебя не отпущу .Она думала, что убежит. Но я был быстрее. Я всегда буду быстрее.
Прыжок — и мои ноги бьют в её спину.
Позвоночник хрустит под ступнями. Лиса взывает. Я вдалбливаю сильнее.
Я чувствую, как вгрызаются мелкие зубки в спину, в руки, в шею. Десятки мелких лисиц прокусывают мою кожу, вгрызаются поглубже, висят мёртвым грузом. Я пячусь назад, пытаюсь их стряхнуть — но на месте старых вгрызаются новые.